Они уже были совсем рядом со святилищем, когда дорогу им заступила старая ведьма, неожиданно вышедшая из-за деревьев
— Опять вы здесь, ашевы прислужницы?!
— Уйди с дороги, ведьма! Не до тебя сейчас — Марта попробовала отпихнуть ее с дороги, но та стояла как скала, не шелохнувшись.
— У нее видение было — выступила из-за спины подруги Бренна — князь Йен в большой беде! Ему грозит смертельная опасность.
— Говори, что видела! — старая ведьма схватила Марту за руку и сжала до боли ее запястье, впиваясь в него ногтями — Все говори, ничего не упусти! Сейчас каждое твое слово важно.
— Вода… в этом сне была кипящая вода! Не знаю, как такое может быть, но только она холодная — прикрыла Марта глаза, пытаясь восстановить в памяти свой вещий сон — А забурлила вода, когда князь опустил в нее руку. А потом вижу, что он уже вдруг падает в воду, и она смыкается над ним. И Йен даже не пытается всплыть, потому что без сознания. Я не видела крови, не видела других людей, только князя. Не знаю, что это за место такое, но мои видения никогда не обманывают.
— Вот же мальчишка… — нахмурилась ведьма — знаю, что он задумал! Уши ему за это обрву! Скажи, девочка, он точно был там один? Магов рядом с ним не было?
— Нет, больше я никого рядом не видела.
— Ладно. А теперь уходите. Дальше без вас справлюсь, я знаю, где он сейчас.
— Я могу ему помочь!
— Думаешь, ты одна такая умелая лекарка на все наше княжество?! — осекла ее ведьма — И посильнее тебя здесь найдутся. Ступайте. Теперь каждая минута дорога, и мне не до вас.
Девушки недоуменно переглянулись, а когда снова повернулись к старой ведьме, ее уже там не было. Словно растаяла среди деревьев. Только где-то неподалеку вдруг встревоженно заверещала сорока, но сразу же замолкла…
*****
До озера идти недалеко, тропинка хорошо натоптана, одно удовольствие прогуляться по ней этим безмятежным утром. Вокруг на разные голоса поют птицы, где-то вдалеке уже слышен шум падающей воды, и чем ближе мы подходим к озеру, тем он становиться громче. Вскоре нам с парнями уже приходится кричать, чтобы услышать друг друга.
Выйдя на берег, окидываю взглядом нагромождение камней, по которым мне предстоит сейчас вскарабкаться. Там давно не ступала нога человека — в расщелинах камней уже поселились не только папоротники, но и кусты ярко-красных бересклетов. Отчего перед глазами рябит от разноцветной листвы и темно-зеленого мха. И хотя я никогда не был поклонником скалолазания, меня вдруг охватывает азарт и предвкушение предстоящего квеста…
Найдя глазами точку, до которой мне нужно добраться, я трачу еще несколько минут, чтобы наметить примерный маршрут между камнями. Но начав восхождение, вскоре понимаю, что это было бесполезной тратой времени — снизу все казалось совершенно другим. А теперь, прежде чем сделать каждый следующий шаг, мне приходиться сначала примять ногой листья папоротников и проверить впереди камни на устойчивость.
Нетерпение меня подгоняет, но я стараюсь наступать осторожно, чтобы не поскользнуться и не сломать себе шею. Ребята рвались за мной, чтобы подстраховать, но тут и одному негде развернуться. Приказ оставаться внизу они, конечно, выполнили, но на их хмурых лицах написано недовольство. Ага… знаю я, чем они недовольны — им просто завидно! Их оставили внизу, и теперь парням остается только наблюдать, как я ловко двигаюсь к намеченной цели.
Поскальзываясь то и дело на мокрых камнях, я подобрался как можно ближе к потокам воды падающим с высоты. Моя одежда и лицо давно уже намокли от мельчайшей водяной пыли, висящей в воздухе — от нее нет спасения. Терять уже нечего, я вымок до нитки, поэтому, прицелившись хорошенько, нырнул под водяную завесу, надеясь, что зрение не подвело меня, и за водопадом все же есть скрытое пространство. Пещера или хотя бы небольшой уступ, на котором можно развернуться, чтобы шагнуть назад.
А пещера там была…! Скрытая за стеной воды, размерами она не превышала метра четыре в глубину и три в ширину. С невысокого потолка свисали сосульки сталактитов, самые длиные из которых на полметра не доставали до моей макушки. По дальней стене пещеры сочилась вода, образуя на ней затейливые наплывы, а затем она стекала и скапливалась в небольшом озерце в центре пещеры. Глубина в нем была по колено, дно песчаное, а вода такая прозрачная, что можно было разглядеть каждый камешек и каждую песчинку. Потом переливаясь через край этого углубления в полу пещеры, вода устремлялась ручейком к внешнему краю пещеры и оттуда падала вниз, сливаясь с потоками водопада.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В середине озерца “кипел” ключ, но если не приглядываться, то и не заметишь его. Еще на дне были заметны плоские створки небольших раковин, занесенных песком. Которым здесь по определению неоткуда было взяться. В углу пещеры большой валун, при ближайшем рассмотрении оказавшийся перевернутой створкой выпуклой раковины с волнистыми краями — размер ее превосходил все те, что я видел когда-то в своем мире по телевизору. Раковина была просто огромной — и не лень же было кому-то затаскивать ее сюда…! Я с большим трудом перевернул раковину, но под ней ничего не было. Видимо ее просто когда — то использовали в качестве чаши для подношений.
Я понимал, что нужно поделиться со спящим источником своей магией, чтобы начать его пробуждение. Но здесь, как и в святилище Мереи, сила Огня была неуместна. Оставалась на выбор стихия Земли или стихия Воздуха. И, погрузив руки в озерцо, я пустил по ним потоки своей родовой магии, позволяя ей смешиваться с кристально-чистой водой. Ключ забурлил, вода стала похожа на газировку и похолодела. Пузырьки воздуха взбаламутили песок, и на дне начала медленно проявляться пентаграмма, выложенная из створок раковин. Значит, само озерцо и есть алтарь в этом святилище Тримэя!
И что мне дальше делать? Ванна с “газировкой” — это, конечно, интересно, но дальше что? Бежать за Лукасом? Или все же попробовать самому пробудить источник, вливая в него все больше и больше собственной магии? И тут случилась первая неожиданность — моя сила перестала подчиняться и хлынула мощным потоком в источник помимо моей воли. Вода буквально вытягивала ее из меня.
Я попробовал вытащить руки из воды, но их словно сковало ледяными браслетами. Ключ закипал все сильнее, над поверхностью воды уже появился бурлящий купол, а я ничего не мог с этим поделать! Мало того — вода с каждой минутой становилась все холоднее и холоднее! Если бы не ее бурление, озерцо уже покрылось бы коркой льда. И самое ужасное — теперь я не мог оторвать свои закоченевшие руки от воды, они будто примерзли к ней, а моя кровь начала потихоньку превращаться в кристаллы льда. Тело пронзила такая жуткая боль, что даже я, привыкший к ней с первого дня своего появления в Рионе, завыл в голос.
Понимая, чем мне грозит опустошение внутреннего резерва, я отпустил магию Земли, в надежде, что источник насытится хотя бы ею. Но он явно не собирался останавливаться на достигнутом. Так источник Эолмара при пробуждении чуть не убил когда-то Лукаса, вытянув из него почти всю силу. Боль, которую я испытал при инициации на алтаре Мереи, просто ничто по сравнению с тем, что творилось с моим телом сейчас!
И теперь я точно знал, почему в Рионе нет магов с несколькими стихиями! Их невозможно примирить в бренном человеческом теле. Нормальному человеку не выдержать эту жуткую боль, разрывающую его на части! А те маги, кто на такое решатся, просто обречены умереть от болевого шока.
Теряя сознание, я слышал, как за спиной проявился и тревожно зазвенел ас-урум. Сквозь темные круги, плавающие перед глазами, видел его багряное сияние и чувствовал, как он вливает в меня свою магию, отдавая все без остатка ради спасения моей жизни. Судя по яркому зеленому свечению, охватившему меня, и эльфийский амулет работал на полную силу, но угасающим разумом я понимал, что голодный источник это не остановит — он вытянет всю магию, и мое тело вот-вот превратится в пустой сосуд.
От боли я вообще перестал соображать и контролировать стихии, схлестнувшиеся в моем теле — при всем желании больше не мог сдерживать магию Огня. И, сцепив зубы, я отпустил огненную силу которая хлынула в голодный источник. Да, гори оно все синим огнем! Обидно только, что погубил свой ас-урум из-за бабской прихоти легкомысленной богини. За что мы с ним сейчас умираем?! Хотя понятно за что… Это возмездие за мою самонадеянность…
