Я не могла придумать, что еще сказать, и, посмотрев на Толливера, едва заметно пожала плечами в знак того, что закончила.
— Вы не знаете, кто сказал вашему мужу, что моя сестра — подходящий человек, чтобы пригласить ее на занятия его группы? — поблагодарив за печенье и кофе, спросил Толливер.
— О да! — ответила Анна. — Знаю.
— И кто это был? — спросила я, надеясь, что мы наконец-то все узнаем.
— Это была я, — просто ответила Анна. — После того как Фелисия встретилась с вами в Нэшвилле, она говорила о вас на вечеринке, и я очень заинтересовалась. Она и впрямь верила в ваши силы. Поэтому я почитала о вас в Интернете и подумала, что наконец кто-то сможет дать Клайду отпор. Он преподавал этот курс уже два года и просто обожал выставлять всех приглашенных людей как обманщиков или, по крайней мере, не заслуживающих доверия. И не потому, что Клайд не был согласен с их убеждениями, ему просто не хотелось, чтобы кто-нибудь мог делать нечто иное. Но вы — я же знала, что вы настоящая. Я читала статьи, видела кое-какие фотографии. В тот день, когда вы обнаружили тело ребенка, Клайд просто разъярился. В ночь своей смерти он покинул дом, потом вернулся еще злее, и я догадалась, что он видел вас в отеле, так?
Я кивнула.
— Ну а потом он раз или два позвонил по мобильнику и снова уехал, — помрачнела Анна. — Я пошла в свою комнату спать. И на сей раз он так и не вернулся домой.
— Сочувствую вашей потере, — сказала я мгновение спустя, когда поняла: она уже сказала все, что хотела.
Но, кто знает, не будет ли ей лучше без Клайда Нанли.
Анна не встала с места, пока мы выходили из комнаты. Она смотрела вниз, на свои руки, и вся ее маниакальная энергия как будто угасла, оставив ее грустной и меланхоличной. Она покачала головой, когда я предложила позвонить ее соседке или подруге.
— Мне нужно просмотреть бумаги Клайда, — сказала она. — И Сет Кениг обещал заехать попозже. Федеральный агент.
Сев в машину, мы с Толливером несколько минут молчали.
— Он скверно с ней обращался, — заметил Толливер. — Наверняка ей станет легче без него.
— О да, Клайд был крысенком, — согласилась я. — Но она все равно будет по нему скучать.
Я не могла увидеть для Анны Нанли блестящего будущего, но отложила это в ту папку, где хранились проблемы, с которыми я ничего не могла поделать.
Пока мы ехали, я мысленно представила себе будущее вдовы, которая на похоронах Клайда встретит замечательного и доброго доктора, питающего огромную слабость к худым несчастным женщинам, живущим в больших удобных домах. Он поможет ей вернуть душевное равновесие. Они никогда не будут давать вечеринки.
После этого я почувствовала себя много лучше.
Глава восемнадцатая
Во время нашей странной беседы с вдовой профессора мы много узнали о нем, но я не была уверена, что это поможет нам сузить круг поисков убийцы Нанли. Не то чтобы меня очень заботило, кто убил Нанли, но меня и впрямь заботило, кто убил Табиту.
В Техасе намечалась баскетбольная игра, которую мне хотелось посмотреть. Освободившись, я собиралась поехать туда и поискать дом в Техасе — дом, который находился бы не слишком далеко от места, где жили мои сестры. Поэтому я хотела сбросить с плеч данное дело — и ради Моргенштернов, и по личным причинам.
Пока я шла через холл «Кливленда», Толливер давал чаевые швейцару гостиницы. Я так глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не заметила Фреда Харта, пока тот не окликнул меня.
— Мисс Коннелли! Мисс Коннелли!
Его сильный голос с южным выговором отвлек меня от размышлений, но я не была этому рада. Возможно, я посмотрела на него не слишком дружелюбно, потому что он резко остановился.
— Вы хотели меня видеть? — спросила я. Это был глупый вопрос, но надо же было что-то сказать.
— Да, и извините, что побеспокоил вас, — ответил он. — Диана и Джоэл попросили меня передать вам кое-что от лица Фонда поисков Табиты.
У меня ушло несколько секунд, чтобы понять, о чем он говорит. К тому времени Толливер догнал меня и пожал руку мистеру Харту.
Вести такую беседу, стоя посреди холла отеля, казалось не очень удобным. Я предложила мистеру Харту подняться с нами в комнату. Он принял предложение без большого энтузиазма, но все же пошел за нами к лифту.
Оказавшись рядом с мистером Хартом, я поняла, что он угостился бурбоном. Я попыталась не скорчить гримасу, почуяв слишком хорошо знакомый запах, и увидела, как напряглось лицо Толливера. Отец Толливера очень любил бурбон. Мы оба бурбон терпеть не могли.
— Я так понимаю, вы оба уже виделись раньше с моей дочерью, — сказал мистер Харт.
В зеркале лифта я глядела на человека, который как будто старился на глазах. Фред Харт был угрюмым и седым.
— Да, — ответила я. — Толливер некоторое время с ней встречался.
Не знаю, какой демон подтолкнул меня сказать эти слова, но, думаю, мне захотелось кольнуть Фреда Харта за его нежелание подниматься в наш номер. Я решила, что его колебания связаны с тем, что он считал нас неприятными и фальшивыми, и решила отплатить ему за это. Я поступила глупо.
— Да? Фелисия так погружена в работу…
Мистер Харт не договорил. Он должен был закончить фразу словами: «…рад, что она нашла время поразвлечься» или «…она редко с кем-нибудь встречается». Эти слова придали бы его фразе смысл. Но, похоже, его сердце не выдержало раньше, чем он смог закончить. Мы оба очень пытались не выглядеть испуганными.
Когда мы наконец вошли в номер, я подумала, что нам нужно вызвать для старика такси, нельзя было позволить, чтобы он сам сел за руль. Он казался милым человеком во время того ужасного обеда у Моргенштернов — очень серьезным и печальным, но также заботливым и задумчивым. Что случилось с Фредом Хартом?
— Мистер Лэнг, мисс Коннелли, — сказал он церемонно, стоя посреди нашей маленькой временной гостиной, — Джоэл просил передать вам это. — Он вынул из внутреннего кармана пиджака конверт и протянул его мне.
Я мгновение смотрела на белый конверт, прежде чем его открыть. Нельзя было это сделать, не испытывая неловкости. В конверте был чек на сорок тысяч долларов. Вознаграждение за то, что я нашла тело Табиты. С такими деньгами и с тем, что мы уже скопили, мы могли купить дом. Глаза мои наполнились слезами. Я не хотела заработать деньги именно таким образом, но была рада, что получила их.
— Вы потрясены, я вижу, — сказал мистер Харт. Судя по его голосу, он и сам был порядком потрясен. — Может, вы не захотите принять это, мисс Коннелли, но вы сделали свою работу и заслужили награду.
Я хотела принять это и не собиралась отказываться от денег. Я и вправду их заслужила. Но его слова каким-то образом заставили меня устыдиться, и я почувствовала внезапную тошноту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
