Когда он подъехал к ней, сам хозяин, вся его семья и несколько постояльцев немногословно приветствовали его, собравшись перед входом в гостиницу.
— Никак обогнали почтовую карету, а? — полюбопытствовал один.
— А вот и она приближается! — заметил другой. — И на козлах сегодня, конечно, Джоель!
Вдалеке на дороге Дьюан разглядел облако пыли, лошадей и тяжело переваливающуюся неуклюжую карету. Проследив, чтобы его лошади было обеспечено все необходимое, он вернулся к группе перед гостиницей. Здесь ожидали почтовый дилижанс с интересом и нетерпением, свойственным людям, ведущим обособленный образ жизни. Наконец, дилижанс подъехал — большая, покрытая пылью и грязью карета, загроможденная всякого рода чемоданами, баулами, тюками и корзинами, размещенными на крыше и подвязанными сзади на запятках. Из дилижанса вышло несколько пассажиров, среди которых внимание Дьюана привлекли трое: внушительного вида пожилой высокий темноволосый джентльмен и две дамы, одетые в длинные серые дорожные пальто и шляпы с вуалью. Дьюан услыхал, как хозяин гостиницы, обращаясь к высокому мужчине, назвал того полковником Лонгстретом, а когда вся компания вошла в гостиницу, его острый слух уловил несколько слов, объяснивших ему, что полковник Лонгстрет был мэром Фэйрдейла.
Дьюан вошел вслед за ними и узнал, что ужин скоро будет готов. За столом он оказался напротив троицы, обратившей на себя его внимание.
— Если бы ты знала, Рут, как я завидую счастливчикам-ковбоям! — вздохнул Лонгстрет, обращаясь к своей соседке, кудрявой девице с не то серыми, не то карими глазами.
— Я тоже без ума от верховой езды! — ответила она.
Дьюан вскоре узнал, что она приехала в западный Техас погостить. Мягкий тембр голоса второй девушки, звонкого и мелодичного, словно колокольчик, заставил Дьюана приглядеться к ней поближе. Девушка обладала красотой, какой Дьюан не встречал до сих пор ни в одной из женщин. Она была стройная, грациозная, но по ее полностью оформившейся фигуре Дьюан заключил, что ей уже лет двадцать, если не больше. Более изящных рук, чем у нее. ему ни у кого не приходилось видеть. В ней не было сходства с полковником, который по всей видимости приходился ей отцом. Она выглядела усталой, притихшей, немного печальной. Четко очерченный овал лица; чистая с оливковым оттенком кожа; широко расставленные большие глаза, черные, словно угли, и настолько прекрасные, что от них трудно было оторвать взгляд; тонкий прямой нос с нежной кожей и нервно подрагивающими ноздрями наводили Дьюана на мысль о породистой кобыле-трехлетке; и рот, ничуть не маленький, но отличной формы; и волосы, черные как смоль, — все эти черты внезапно раскрыли перед Дьюаном ее необычную красоту. Он подумал, что девушка очевидно происходит от одного из древний французских родов в восточном Техасе. Он убедился 1 этом, когда она посмотрела на него, привлеченная его чересчур настойчивым взглядом. В ее глазах он прочел спокойную гордость, затаенный огонь и скрытую страсть. Дьюан поймал себя на том, что краснеет от смущения. Так бесцеремонно уставиться на девушку было, конечно, невежливо, но произошло это помимо его воли. Сколько лет прошло с тех пор, когда он видел девушек, подобных этой! Сидя за столом, он больше не поднимал глаз от своей тарелки, хотя чувствовал, что возбудил любопытство у обеих дам.
После ужина постояльцы собрались в большой гостиной у открытого камина, где пылающие мескитовые сучья наполняли комнату теплом и веселыми пляшущими отблесками огня. Дьюан выбрал место за столом в углу и, найдя газету, погрузился в чтение. Случайно подняв глаза от листка, он увидел двух незнакомых мужчин с темными загорелыми лицами, которых он не видел до сих пор и которые заглядывали с порога в гостиную. Заметив, что Дьюан за ними наблюдает, оба отступили в темноту и скрылись из глаз. Манеры обоих незнакомцев показались Дьюану подозрительными. В семидесятые годы в Техасе всегда считалось неблагоразумным позволять незнакомым людям уходить незамеченными. Дьюан раздумывал только одно мгновение, затем поднялся и отправился на поиски загадочной пары. Дверь из гостиной выходила во внутренний дворик, «патио», на противоположной стороне которого находился крохотный, тускло освещенный бар. Здесь Дьюан обнаружил хозяина гостиницы, разливающего выпивку двум незнакомцам. Когда он вошел, оба подняли на него глаза, и один что-то прошептал. Дьюану показалось, будто он где-то видел одного из них прежде. В Техасе, где люди, проводящие большую часть времени на открытом воздухе, зачастую выглядят внешне грубыми, загорелыми, бесцеремонными, а иногда и мрачноватыми, отличить честного человека от мошенника — непростая задача. Но годы, проведенные Дьюаном на границе, усилили его природный дар разбираться в человеческих характерах, по крайней мере, распознавать в людях зло. И он сразу понял, что оба незнакомца — жулики.
— Выпьете чего-нибудь? — осклабясь, предложил один из них. Оба рассматривали Дьюана с головы до ног.
— Благодарю, я не пью, — отвечал Дьюан, возвращая им столь же любопытный взгляд. — Как ловчили на Большой Излучине?
Оба мужчины молча уставились на него. Дьюану достаточно было одного внимательного взгляда, чтобы угадать в них довольно распространенный тип проходимцев, наиболее часто встречающихся вдоль реки. На этих чужаках словно стояло клеймо, и их растерянность подтвердила его правоту. Тут уже и хозяин гостиницы начал проявлять признаки беспокойства, повторив на собственной физиономии то же выражение удивления, что и на вытянувшихся лицах своих клиентов. Никто больше не произнес ни слова, и оба мошенника торопливо покинули бар.
— Вам знакомы эти типы, хозяин? — спросил Дьюан у содержателя гостиницы.
— Нет.
— Откуда они здесь появились?
— Теперь я припоминаю, что оба эти парня прибыли сюда с двух противоположных концов, — ответил хозяин, опершись руками о стойку бара и глядя на Дьюана. — Они полдничали здесь, заявив, будто приехали из Бредфорда, и потом вновь появились следом за почтовой каретой.
Когда Дьюан возвратился в гостиную, полковник Лонгстрет отсутствовал, как и несколько других пассажиров. Мисс Рут занимала стул, на котором он сидел перед тем, как выйти из комнаты, а напротив нее за столом сидела мисс Лонгстрет. Дьюан направился прямо к ним.
— Прошу прощения, — обращаясь к дамам, сказал Дьюан. — Я хотел сказать вам, что здесь появилась пара очень подозрительных людей. Я только что их видел. Они замышляют что-то недоброе. Предупредите вашего отца, чтобы он был настороже. Заприте двери… закройте окна ставнями на ночь.
— О! — сдержано воскликнула Рут. — Рей, ты слышишь?
