знаю... Я не верю!
— Только потому, что он тоже лихо чешет по-испански?! — съязвил Макс.
Ростислав бросил на сына взгляд, от которого тому вдруг захотелось провалиться на месте.
— Нет, потому что своими наездами вы его здорово задели, — ответил он. — Если бы он намерено рисковал нашими жизнями, на благодарность/неблагодарность с нашей стороны ему было бы наплевать, — Ростислав отвернулся к боковому стеклу.
Розовский сидел поодаль на траве, смоля одну сигарету за другой. А метрах в ста от него полыхал одиноко стоящий, сухой дуб. В том, что запалил его именно Розовский, ни у кого не возникло сомнений.
— А по-моему, просто взбесили, — выдал своё заключение Морис.
Глава 29
Почувствовав на себе взгляды, Розовский поднялся на ноги, бросив на траву окурок, затушил его мыском «казака» – дерево вдали в этот момент тоже погасло, и двинулся к машине. Подошёл он к водительской двери.
— Давай дальше поведу я, — предложил дракон, но тоном, не предполагающим возражений.
Впрочем, Ростислав был даже благодарен ему за это решение. Сам он ещё не пришёл в себя до конца.
Сев за руль, Розовский выудил из кармана куртки флешку в форме черепа, вставил её вместо флешки с Leo... и врубил что-то из true[1] black’а. Вот прям true-true! От силы через минуту уши завяли отнюдь не только у Ростислава.
Розовский, не сверяясь с навигатором, выбрался с поля на просёлочную дорогу, попетлял через какой-то посёлок, и в итоге выехал на шоссе. Одним словом,емуместность явно была хорошо знакома. В отличие от всех остальных.
True black продолжал испытывать на прочность нервы пассажиров. Была ли это со стороны Розовского месть или же выплеск злости – сложно сказать. Ехал он с таким видом, как будто никого другого в машине просто не существовало, даже в зеркало заднего вида смотрел только в боковое – очевидно, чтобы случайно не встретиться с кем-нибудь взглядом в салонном. При этом он периодически вторил вокалисту одними губами. То ли скриминг с гроулингом не были его коньком... а может, и вовсе произносил какое-то проклятье. По крайней мере, выражению его глаз более всего подходил именно последний вариант.
Так продолжалось порядка получаса. Розовский смотрел исключительно прямо перед собой, ни разу на градус шеи не повернул. Правда, при этом иногда совершал довольно лихие манёвры. Но за рулём он определённо чувствовал себя очень уверенно, поэтому новых дорожных эксцессов никто не опасался.
Неожиданно Розовский перестроился из левого ряда в правый, съехал на обочину и выключил музыку – даже не дослушав композицию.
— Что касается твоего, Рондвир, вопроса, — заговорил он, по-прежнему глядя перед собой. — К тому моменту я уже давно усвоил, что просто так для тебя никто палец о палец не ударит. А предложить Илзи взамен мне было нечего.
— И ты предложил ему смерть, — заметил Рондвир с ледяным сарказмом.
— Оправдываться за то, что уже совершил, я не собираюсь.
В машине снова повисло молчание.
— Андрей, спасибо, — вдруг произнёс Рондвир спустя какое-то время.
— Да не нужно мне ваше «спасибо»! — огрызнулся Розовский.
— Уверен, что не нужно? — Рондвир был уверен как раз в обратном.
Розовский улыбнулся – всё так же не поворачивая головы, видеть его улыбку мог только сидевший рядом Макс. Затем поменял флешки и нажал «play». Снова зазвучал Leo.
— Рос, почему ты не попытался объехать фуру слева, когда я тебе сказал? — спросил дракон, убавив звук.
— Да там же встречный поток шёл.
— Но проскочить на противоположную обочину между минивэном и самосвалом было возможно.
Расширив глаза, Ростислав помотал головой – он помнил и минивэн, и самосвал, однако ему завершение данного манёвра никак не виделось успешным.
— Ладно, — махнул рукой Розовский, — очевидно, я хотел от тебя слишком многого. В конце концов, у тебя за плечами нет столетнего водительского стажа.
— А ты бы проскочил? — полюбопытствовал Макс. Когда Розовский закричал отцу, он тоже посмотрел, куда именно тот предлагал уходить влево.
— Да. — Розовский вернул прежнюю громкость звучания.
***
Оставив Стива с Риком в гостях у отца Крис, они двинули к родителям Дэна. Розовский уже не видел смысла высаживаться из машины по каким-то своим ранее намеченным делам – благодаря перемещению в пространстве они ехали на три часа дольше, чем предполагалось изначально. А ещё сколько простояли в поле. Он только заехал в магазин, чтобы купить зарядку для своего телефона.
В ожидании возвращения Розовского Морис снова заснул. Рондвир, которому чатившийся хакер не давал спать почти до утра, вскоре последовал его примеру.
Когда подъехали к дому Дэна, на заднем сидении все ещё наблюдалось сонное царство.
— Макс, поднимешься со мной на этаж? — попросил Дэн, явно теряя прежнюю решимость.
— Конечно. И в квартиру тоже зайду.
— Нет, в квартиру не надо – лучше подожди между этажами. Увидев тебя, отец ещё больше взбесится.
— Чем это твоего отца так не устраивает Макс?! — оскорбился за сына Ростислав.
— Да его вообще никто не устраивает, — вздохнул Дэн.
— Пожалуй, я тоже с вами поднимусь, — решил Ростислав.
Втроём они двинулись к дому. Неожиданно музыка в «Экспедишне» смолкла. Розовский нагнал их возле подъезда.
Как и просил Дэн, группа поддержки поднялась к окну между этажами, а сам он нерешительно позвонил в дверь. Спустя, наверное, минуту – Дэн уже подумывал уйти – защёлкали замки.
— Ты? — грубо произнёс мужской голос. — Явился-таки!
Вообще Дэн надеялся, что отец в такое время ещё на работе и дома окажется только мать, но ему не повезло.
— Начало, по-моему, не слишком хорошее, — грустно заметил Ростислав.
— Да, пап, здесь блудного сына, похоже, не ждали и уж определённо не разыскивали, — нахмурился Максим. — Может, заберём его прямо сейчас?
— Не спеши, Макс. Пусть всё-таки поговорят.
— Только учти, что, в отличие от тебя, отец Дэна не брезгует рукоприкладством.
Из квартиры уже доносился шум скандала. Кричали мужчина и женщина. Дэна слышно не было.
— Замечательно они разговаривают... — прошипел Розовский.
— Ты должен был жениться на Катюше! — проорал мужской голос. — А не со своей нищей потаскухой путаться!
Послышались звуки ударов.
В следующее мгновение бронированная дверь слетела с петель, оглушительно бухнувшись на кафельный пол подъезда. Розовский ворвался в квартиру первым, походя разнеся в щепки внутреннюю дверь из красного дерева.
Отожравшийся килограммов
