Салли посмотрела в иллюминатор. За окном было темно, лишь мстительно блестели звезды.
– Я еще не вполне доверяю вам обоим. Здесь, на Долгой Земле, человеку нужна какая-то граница, и у меня она тоже есть. Но кое-что я скажу. Если отправитесь дальше, встретитесь с большими проблемами, которые движутся навстречу.
И пульсирующая боль в голове Джошуа это подтвердила.
– Что именно движется навстречу?
– Даже я не знаю. Пока не знаю.
– Поэтому бегут тролли и прочие гуманоиды?
– Так вы в курсе? Да, наверное, трудно было не заметить.
– Мы с Лобсангом решили, что нужно разобраться. Выяснить, в чем причина.
– И спасти мир?
Джошуа постепенно привыкал к ее насмешкам. Салли как будто оставалась совершенно равнодушной к сокровищам корабля и к напыщенным речам Лобсанга, как и к репутации самого Джошуа.
– Зачем ты вернулась? Чтобы посмеяться или чтобы помочь? Или потому, что тебе что-то от нас нужно?
– В том числе. Но это подождет. – Салли встала. – Спокойной ночи, Джошуа. Прикажи Дживсу приготовить еще одну каюту, пожалуйста. Желательно не рядом с твоей. Ой, не пугайся, никто не собирается лишать тебя чести. Просто я храплю.
Глава 37
Корабль переходил всю ночь, и в кои-то веки Джошуа казалось, что он ощущает каждый переход. Перед рассветом он провалился в некое подобие сна и продремал, быть может, с час, прежде чем в дверь постучала Салли.
– Хватит дрыхнуть, отважный герой.
– Что случилось? – простонал Джошуа.
– Вчера вечером я выдала Лобсангу кое-какие координаты. Мы прилетели.
Приняв приличный вид, Джошуа заспешил в рубку. Корабль стоял. Они находились недалеко от Тихоокеанского побережья в очередной версии штата Вашингтон. А внизу, глубоко-глубоко в дебрях Долгой Земли, далеко за пределами общепринятых представлений о том, куда способны забраться колонисты, виднелся поселок. Там, где никакого поселка не могло быть. Джошуа молча смотрел. Поселение тянулось вдоль берега большой реки. Кучка построек, дороги, проложенные в густом сыром лесу. Ни полей, ни каких-либо еще признаков сельского хозяйства. Повсюду толпились люди, которые вели себя как и положено людям, увидевшим над головой воздушный корабль, – они показывали пальцами и взволнованно переговаривались. Но как они умудрялись выживать в таком количестве, не занимаясь сельским хозяйством?
Тем временем у реки появились знакомые массивные силуэты. Не люди. Но и не животные.
– Тролли.
Салли удивленно взглянула на Джошуа.
– Да, здесь их так называют. То есть ты в курсе.
– Лобсанг это знал еще до того, как мы отправились в путь.
– Наверное, мне положено удивиться. Значит, вы с ними уже встречались? Джошуа, если хочешь понять троллей – если хочешь понять Долгую Землю, – пойми сначала это место. Поэтому я тебя сюда привела. Слушай ориентировку, Джошуа. На Базовой Земле мы бы сейчас висели над городом под названием Хамптьюлипс, в округе Грейз-Харбор. Мы недалеко от побережья Тихого океана. Разумеется, в каждом мире меняются детали ландшафта и русло реки. Надеюсь, они там варят суп из моллюсков.
– Суп из моллюсков? Ты здесь уже бывала?
– Разумеется.
Салли иногда держалась с таким же неприятным самодовольством, как и Лобсанг.
Корабль приземлился на широкой немощеной площади в центре поселка. Дома вокруг казались очень старыми – деревянные стены потрескались и обветрились за много лет, а некоторые постройки стояли на выщербленных каменных фундаментах. У Джошуа тут же возникло ощущение, что этот поселок, в котором жили сотни две человек, возник здесь задолго до Дня перехода. На площади возвышалось приземистое общественное здание, по словам Салли, называвшееся ратушей. Туда она и направилась. Внутри Джошуа увидел внушительные кедровые балки, высокий потолок, отполированные деревянные полы и мебель, окна без стекол на уровне глаз, прочные двери в обоих концах. Очаг в середине давал достаточно света.
Лобсанг спустился вместе с ними, нарядившись ради такого случая в желтое одеяние. Невзирая на сложение культуриста эпохи восьмидесятых, он выглядел настоящим тибетцем. Казалось, он смутился – насколько смущение вообще было знакомо Лобсангу, – потому что в ратушу битком набились улыбчивые зеваки и… тролли, которые спокойно стояли бок о бок с людьми, точь-в-точь собаки на пикнике. В воздухе веял отчетливый, слегка неприятный запах мускуса.
В ратуше действительно ждала похлебка, которая варилась в огромных котлах – полная неожиданность, учитывая расстояние до Базовой Земли.
Мэр приветствовал гостей. Он был низкорослым и полным, с акцентом европейца, хорошо говорящего по-английски. Салли, разумеется, его знала. Подойдя, она вручила мэру небольшой сверток, и он провел гостей к главному столу.
Салли перехватила взгляд Джошуа.
– Перец.
– Работаешь службой доставки?
– В том числе. А ты разве так не делаешь? Я иногда здесь ночую. И не только здесь. Если я нахожу интересных поселенцев, то остаюсь у них на некоторое время и помогаю по хозяйству, и вообще. Вот лучший способ постичь мир, Джошуа. А вы оба, сидя в гигантском летающем пенисе, ни черта не видите.
– Я же тебе говорил, – украдкой шепнул Джошуа Лобсангу.
– Быть может, – тихо отозвался тот. – Но в любом случае, невзирая на наши недостатки, она вернулась. Ты прав, Джошуа. Салли что-то от нас нужно. Давай не будем отвлекаться и постараемся выяснить, что именно.
Салли продолжала:
– Этот поселок по-своему уникален. Во всяком случае, среди тех мест, где бываю я. Я называю его Мягкая Посадка.
– Видимо, поселок существует уже давно, – заметил Лобсанг.
– Очень! Люди вроде как сами попадают сюда… он притягивает странников как магнит. Вы скоро поймете.
Мэра звали Спенсер. За миской супа из моллюсков он охотно рассказывал о своей необычной общине.
– Магнит – да, наверное, Салли права. Но век за веком, когда люди приходили сюда, они давали поселку другие имена – или проклинали – на сотнях языков. Здесь стоят старые дома, и мы находим старые кости, иногда даже в самодельных гробах. Веками, да… Люди давным-давно начали здесь селиться. Может быть, тысячи лет назад. Конечно, большая часть здешних обитателей, которых вы сейчас видите, родилась в поселке, как и я сам, но всегда есть и пришельцы извне. Никто из них не знает, как попал сюда, и каждый, придя, рассказывает одну и ту же историю: только что он был на Земле, на Базовой Земле, как ее теперь называют, и занимался своими делами, и вдруг очутился в незнакомом месте. Иногда они переходят от испуга, если спасаются от чего-то. Иногда нет.
Он понизил голос и добавил:
– Порой к нам попадают дети. Одинокие. Бесприютные. Потерявшиеся мальчики и девочки. Даже грудные младенцы. Зачастую никогда раньше не переходившие. И мы их всегда принимаем с радостью, можете не сомневаться. Попробуйте эль, я считаю, он у нас прекрасно удается. Еще супа, мистер Валиенте? Так на чем я остановился… Конечно, сейчас наши ученые единогласно утверждают, что людей сюда приводит какая-то физическая аномалия, нечто вроде дыры в пространстве. А раньше думали, что это место – средоточие загадочного проклятия. Или, наоборот, благословения, в зависимости от обстоятельств. И вот мы живем здесь, отшельники и изгои, хотя, смею заметить, ни один моряк, потерпевший кораблекрушение, никогда не оказывался на таком гостеприимном берегу. Грех жаловаться. От гостей в последнее время мы слышим такое… Наши старики радуются, что некоторые аспекты жизни в двадцатом веке прошли мимо них, – Спенсер вздохнул. – Некоторые попадают сюда и думают, что оказались в раю. Большинство сбиты с толку, а иногда напуганы. Но каждого, кто к нам приходит, мы встречаем тепло. От пришельцев мы узнаем о том, что происходит на других Землях. Мы рады всякой новой информации, идеям, концепциям, способностям; особенно мы рады инженерам, врачам и ученым. Но я с гордостью заявляю, что мы сейчас создаем собственную культуру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
