Я хотел бы ознакомить вас с очень позитивной статьей Владимира Карпеца «Битва за историю» в газете «Завтра» от 1 июня 2011 года[44].
Я зачитываю статью Карпеца, потому что она мне представляется принципиально важной. Я очень рад, что это мнение господина Карпеца и что исчезла необходимость по любому поводу выступать самому. Меня абсолютно не беспокоят в данном случае разногласия между мной и господином Карпецом касательно судьбы России и ее будущего, смысла ее исторического существования. Это мы разберем потом. Сейчас для меня главное, что Карпец, как националист, патриот, как человек, представляющий направление «империя», выступил с очень важным политическим заявлением. Я это заявление зачитываю для того, чтобы с ним ознакомились все.
«Только что (это заявление Карпеца. — С.К.), 23 мая с.г., на круглом столе „Русский вопрос накануне выборов“ в Государственной думе РФ от имени т. н. Национально-демократического альянса (обратите внимание, Национально-демократического альянса. — С.К.) выступил известный публицист и поэт Алексей Широпаев. Его выступление в определенном смысле можно считать переломным — разумеется, для официальных структур, подобных Госдуме.
Национал-демократами (или национал-либералами)…»
Обратите внимание на это вводимое Карпецом понятие, потому что я о нем говорю давно: что появятся уменьшительные националисты, национал-оранжисты, которые войдут в прямой контакт с либероидами, и что это будет аналог того, что происходило в Египте, где существовал альянс между очевидно проамериканскими движениями типа «6 апреля», либероидными египетскими движениями — и «Братьями-мусульманами». У нас в стране никто не хочет даже «Братьев-мусульман», потому что это полноценный фундаментализм. А здесь создают некий национал-демократизм. Ускоренно создают, лихорадочно. И — запускают этот вирус в Государственную Думу…
Продолжаю читать Карпеца: «Национал-демократами (или национал-либералами) называет себя часть русских националистов, наиболее радикально отвергающих историческую Россию и открыто провозглашающих ее разделение на самостоятельные „русские республики“, ориентированные на „западную цивилизацию“ и рыночно-либеральные реформы».
Это касается нашего направления «Территориальная целостность». Мы называли это «русский уменьшительный национализм». И всегда подчеркивали, что готовы вести диалог с любым русским национализмом, но только не с уменьшительным. Это враги.
Продолжаю читать текст Карпеца. Здесь он цитирует Широпаева:
«Мы, национал-демократы, считаем, что справедливое решение русского вопроса непосредственно связано с отказом от имперского характера российской государственности, — сказал Широпаев. — Посредством конституционных процедур Россия должна быть преобразована в симметричную федерацию, состоящую из равноправных субъектов — национальных республик, в том числе русских республик (вы слышите? из РУССКИХ РЕСПУБЛИК. — С.К.), созданных на основе руссконаселенных краев и областей, не входящих в какие-либо существующие национально-государственные образования (жирный курсив Карпеца. — С.К.). Нам видится в составе РФ семь русских республик. Их региональная разверстка: Дальний Восток, Сибирь, Урал, Поволжье, Центральная Россия, Южная Россия, Русский Север».[45]
Расчленение России началось! И об этом разговор идет не где-нибудь, а в Государственной Думе.
Карпец пишет: «Выделенное курсивом не оставляет сомнений в том, о чем на самом деле идет речь. В среде самих национал-демократов, на их сайтах давно обсуждают независимость Сибири, „Казакии“, „Залесья“, „Ингерманландии“».
Дальше Карпец опять цитирует Широпаева — уже не из выступления Широпаева в Госдуме, но это один и тот же Широпаев, это не два разных Широпаева. Вот что цитирует Карпец: «„Россию не переделать. Ее можно лишь упразднить — конечно, бескровно и цивилизованно“, — это тот же Широпаев. „Кто в большей мере растоптал человека, его свободу, дух и мысль, чем Россия? А русские — жертвы и заложники этого Зла. А нередко и соучастники, невольные и вольные… Россия — это историческая аномалия, порожденная ордынским насилием над русской личностью“, — это из известной статьи Широпаева „Тьма-Родина“».
«Национал-демократы, — пишет Карпец, — открыто признают — Россия им не нужна. „В итоге получается, что национализм сводит понятие Россия к границам даже меньшим, чем Московское княжество на 1547 г.“, — признают они сами[46] (Карпец обращает внимание на то, на каком именно сайте национал-демократов это написано; вновь предлагаю, прочтите внимательно статью Карпеца в газете „Завтра“. — С.К.), считая себя единственными „русскими националистами“.
Но почему именно Широпаев? Я хорошо помню его в конце 80-х. Он был православным монархистом. Но Алексей — прежде всего поэт. И, как поэт, он не мог смириться с теми нравственными и эстетическими ограничениями, которые несет в себе Христианство. И которые несет в себе рожденное в Православии государство Российское. Подобными же вопросами мучился и граф А.К.Толстой, на самом деле предшественник Широпаева, также отвергший Москву и возлюбивший Новгород. У Широпаева добавилось острое чувство привнесенности Христианства „исчужа“. Все это вместе овладело Алексеем и породило радикальный его разворот. Его книга „Тюрьма народа“ (2001) — крик. Алексей Широпаев не выдержал сверхнапряжения того, что А.Блок называл „антиномиями русской истории“. Его политическая позиция (не поэзия) — гносеологический срыв».
Это личное мнение Карпеца. Ему виднее, он знает Широпаева. С моей-то точки зрения это достаточно широкий спецпроект, который осуществляется на полную катушку. И если даже отдельные его участники «срываются», так это их личное дело. Те, кто ими руководит, не срываются. Они холодно и беспощадно добивают Россию до конца. Если раньше они говорили, что мы-де ампутируем руку или ногу, чтобы не было гангрены, то теперь они делают харакири, вырывают сердце, отсекают голову. И не стесняются, не отказывают себе ни в чем. Так действуют только в последние времена.
И вновь Карпец цитирует Широпаева: «Я мечтаю о том, что появится, наконец, такое понятие: русский бюргер, подразумевающее свободу от психопатической тяги к „предельному и запредельному“, от „безбытности“ и „богоносности“… Соответственно, для национал-демократии культурная, социальная и, прежде всего, психологическая буржуазность является основополагающей».[47]
И ради этого надо расчленить Россию, чтобы появилась буржуазность, да?
Дальше Карпец пишет: «Но все дело в том, что вот этому самому „бюргеру“ совершенно не нужен, прежде всего, сам поэт Широпаев. Он будет выброшен как нечто использованное — в лучшем случае. Добавим и еще одно. „Новоязычник“ Широпаев, отвергший историческое Русское Православие, в своей апологетике демократических свобод и „буржуазных ценностей“ оказывается чисто „христианским персоналистом“, только уже западного, и даже не католического, а протестантского толка…»
Когда это протестанты так хотели что-нибудь расчленять? По-моему, оказывается он тем, кем он оказывается, но это мое личное мнение, — предателем, ликвидатором России. Протестанты построили великую Америку и совершенно не собирались ее на части расчленять.
«Само же по себе осуществление целей национал-демократии, якобы спасающей русских от „ментовско-поповского государства“ и „засилия черных“, будет означать конец русского народа (это пишет Карпец, я с ним полностью согласен. — С.К.). Как бы ни складывалась судьба „русских субэтносов“, это будут уже другие народы. Они станут частями других империй — европейской, американской, китайской, исламского халифата. На правах резерваций (поддерживаю каждое слово, каждую букву из того, что здесь говорит Карпец. — С.К.). Сегодня создаются и пересоздаются большие империи, и кто не созидает свою, работает на чужую (абсолютно согласен. — С. К.).
А теперь главное. Национал-демократию выпустила „из бутылки“ сама медведевская администрация. Не в последнюю очередь через затеянную ею „десталинизацию“».
И вновь Карпец дает слово Алексею Широпаеву: «Широпаев: „Подлинная, глубокая десталинизация неизбежно выходит на критику исторической России как таковой… Подлинная десталинизация предполагает последовательную историософскую и культурологическую ревизию вплоть до эпохи Ивана Грозного и даже дальше — до уничтожения Московией Новгородской демократии“.[48]
