стенки матки, до сих пор стоит в ушах, но еще никогда мой собственный оргазм не был настолько полным, а ощущения после настолько правильными. Казалось, нас обоих пронесло по бурной реке, сбросило с водопада, скрутило воронкой, а теперь мы отдыхали на берегу, греясь в лучах солнца. Именно оно пробилось сквозь серые тучи Петербурга и освещало наши лоснящиеся тела.
Мне охуенно.
Ничего другого на ум не приходит, а ведь у нас, по сути, просто секс. Просто охренный секс, который еще долго я буду считать лучшим в жизни, а все потому Мышка избавилась от навязчивой идеи, что она некрасива, и перестала стесняться своего тела. А еще она словно впервые видела член. Так яро она бросилась учиться его ублажать. Вот правду говорят, нет шлюхи лучше, чем влюбленная женщина. А то, что Мышка влюблена, я даже не сомневаюсь. В другом случае она бы не легла со мной. Ни с кем бы не легла. Такая вот натура женщин. Здесь самое главное не переборщить, поймать момент, когда ее влюблённость может превратиться в проблему, и просто разойтись.
Но сейчас не об этом надо думать, а о том, как удобно руке поглаживать ее круглую попку, пока она забавно сопит в подушку. Я легонько провожу между ягодиц, нащупывая вход, который мне только предстоит опробовать.
Лида поворачивает голову и смотрит на меня одним глазом и хмурит гладкий лоб.
— Убери свои грязные мысли от моей задницы.
— Че это?
— Должно же на моем теле остаться хоть одно неоскверненное тобой отверстие.
Я засмеялся и вместо того, чтобы убрать руку, сжал ягодицу сильнее и резко поднялся, чтобы укусить белую мягкую плоть. Лида кричит, пытается вырваться, но я сильнее кусаю, говоря сквозь зубы.
— Я кусожоп.
— Ты идиот, – визжит она, резко переворачивается. Собираясь меня скинуть с кровати, но я успеваю навалиться на нее всем телом и широко улыбнуться.
— В таком случае, тебя срочно нужно заразить идиотизмом, — щекочу ее под ребрами, но от того, как она елозит, внутри рождаются желания далекие от шуточных. Член тут же находит нужный вход и ошивается рядом под скептическим взглядом Лиды.
— Серьезно?
— А что ты хотела? Всю неделю ждал, когда смогу поиметь твою киску.
— Киска у мышки, фу, — рассмеялась она, пытаясь столкнуть меня, но тщетно, а мне на ум сразу приходит мысль, и я встаю.
— А что ты фукаешь, думаешь, такого не бывает?
— Даже думать не хочу об этом, — морщится она и одеялом накрывается. Точно. Самое время. – Зачем тебе ноут?
Я взял его, чтобы ей кое-что показать.
— Назови свой самый любимый мультфильм.
— Эм, – мнет она губы в раздумье. – Наверное, «Зверополис», но там нет мышей.
— Зато там есть зайчик, – скалюсь я и быстро вбиваю в поиске: «Зверополис, порно», таинственно смотрю на Лиду, которая сделала забавное выражение лица.
— Интрига.
— Смотри, — поворачиваю к ней экран и ржу с того, как низко упала ее челюсть.
— Выжги мне глаза. Стой, но он же лис, а она зайчиха. Это как минимум противоестественно.
— Пф, пидорасы тоже, но их же никто не бьет в задницу молнией, так что…
— Сволочь. И как мне теперь этот мультик смотреть? – вглядывается она в экран. – Мне бы даже в голову не пришло такое искать.
— Моя ты скромница, а хочешь глянем хентай?
— Стоп, стоп. Давай в следующий раз, а то потом тебе придется надевать костюм лиса, чтобы меня возбудить.
— Пф, — фыркаю. – Вот уж в чем не будет никогда проблемы, так это в том, чтобы тебя возбудить.
Она делает скептическое выражение лица, а я щиплю ее за сосок, за что она не теряется и щелкает меня по твердому члену.
— Погнали, пожрем. Тут недалеко место есть отличное.
— Сейчас прям?
— Ну, можем сначала нагулять аппетит, — закрываю я ноут и лезу к ней, на что она спрыгивает с кровати и несется в душ.
— Всю ночь нагуливали. Есть и правда хочется.
Пока она принимает душ, а я думаю стоит ли ей помешать и оттянуть завтрак, быстро прохожусь бритвой по скулам. Кстати…
— Лида.
— А?
— Тебе бритву дать?
— Очень смешно. Я боюсь она выскользнет у меня из рук и кинется к твоему горлу.
— Жестокая, — усмехаюсь, быстро пройдясь по зубам зубной щеткой, пока Лила все намывается. – Значит, ты программист?
— Ага, – выходит она и заворачивается в полотенце. – А ты, значит, владелец туристического агентства.
— Откуда… — застываю, смотря на нее в упор. – Не помню, чтобы рассказывал.
— Марат Дмитриевич рассказывал, что у него есть приятель, владелец турагентства Садыров. Потом назвал Садыровым тебя. Вот я и сложила дважды два.
— И как часто вы с Маратом общаетесь помимо работы? – спрашиваю, как бы невзначай. Меня, конечно, это не волнует. Праздное любопытство.
— Я думала, одним из пунктов соглашения было отсутствие ревности.
— Кто ревнует? Шутишь что ли? Просто интересуюсь, когда в твоем расписании есть окошки.
Неудачно сказал.
Лида нахмурилась и прошла мимо меня, но я поймал ее и прижал спиной, поцеловав в шею.
— Ладно, допустим, я немного ревную…
— Допустим? А то, что ты сказал ему о нас, разве не подтверждает этот факт?
— Еще как, – разворачиваю ее к себе, меняя тему на более приятную, и стягиваю полотенце, чтобы ощутить на вкус приятную кожу, капли, что еще стекают с кончиков ее волос. Она не стала мыть голову, чтобы я ее не ждал долго. Чертовски правильно.
— Если мы хотим поесть, то мне нужно зайти домой переодеться.
— Променяешь мой член на пару блинчиков? — она хихикнула, и сама сжала в руке его, лизнула ухо. — Что?
— Просто представила, как поливаю твой член сгущенным молоком.
Член тут же стал тверже, а в пояснице закололо от одной только фантазии.
— Я породил распутную дьяволицу, — беру ее затылок и глубоко целую, второй рукой сжимая грудь. Но она снова выворачивается и кивает на выход.
— Но ведь сгущенное молоко еще нужно купить.
— Ну и чего ты тогда ко мне пристала, давай живей, — разворачиваю и бью по заднице. Она быстро показывает средний палец и хватает халат с вешалки на двери. Кутается в него и шагает
