ответил Павел.
Владелец клуба только глубоко вдохнул и грустно протянул:
— Ля-я-я-я-я-ять… И когда за всеми нами придут? — поинтересовался он.
— Ну, во-первых, если верить радиоперехвату, то никто не связал твоих людей с инцидентом.
Влад тут же подтянулся. Он получше многих иных представлял сложность перехвата. Ведь «уральцы» вполне заслуженно считались одними из лучших производителей систем связи.
— А, во-вторых, как придут, так и уйдут.
Гриня грустно кивнул. Не то чтобы он не поверил. В конце концов, этот самый молодой человек приперся в стриптиз-клуб с одной из наследниц тех самых Юсуповых. Но вот уровень проблем, которые вдруг замаячили на горизонте, его откровенно напрягал. С другой стороны, если бы не собеседник, то ему давно бы полагалось лежать на кладбище. Прошлого «толковища» он бы попросту не пережил бы.
— Чего ж они испугаются? — хмыкнул Гриня чуть одергивая «закатки» рукавов очередной белоснежной рубашки.
— Вот этого, — спокойно ответил Павел, выкладывая перед мужчиной небольшой конверт.
Замерли все. Гвардеец такое уже видел. И прекрасно понимал, что именно перед ним лежит. А вот владелец клуба только догадывался. Но герб Юсуповых, скрепляющий послание, как бы намекал…
— Прикоснись к ней, — потребовал Волконский.
Мужчина даже спорить не стал. Просто ткнул пальцем в центр печати.
— Ау, — ровно произнес он, почувствовав скорее неожиданный, чем болезненный укол.
Однако руку не отдернул.
Получив каплю крови, алхимический сургуч вспыхнул и вновь угас, сменив цвет ссо светло-коричневого на темно-красный.
— Можешь убирать.
— Это было драматично, — чуть настороженно сообщил мужчина, разглядывая собственный указательный палец без всяких следов.
— Печать получила твою кровь, — пожал плечами Волконский. — Теперь сломать ее можешь только ты.
— А что если?.. — тут же задал вполне логичный вопрос Гриня.
— Я бы не стал проверять, — искренне посоветовал Павел.
Мало ли чего туда безопасники «уральцев» напихали.
— Хорошо, — кивнул Григорий. — Что случится, если послание вскрою я?
— Во-первых, — рассудительно пожал плечами молодой человек, у тебя на руках окажется письмо. Его вполне хватит, чтобы практически любой представитель Юсуповых оставил тебя в покое.
— А во-вторых? — поинтересовался мужчина, искоса глянув на юного собеседника.
— Во-вторых, автор послания узнает, что печать сломана, — вновь ответил чистую правду Павел.
Вот только, как оно обычно и бывает, честность была оценена, но душевного покоя никому не принесла.
— И кто же у нас автор послания? — с небольшой задержкой уточнил Гриня.
Он уже совершенно не был уверен, что хотел знать ответ на этот вопрос. Любопытство пересилило.
— Воевода Юсуповых, — коротко раскрыл завесу тайны клановец. — Лично.
И даже предпочел не услышать как охнул Колчаков, вторя хозяину заведения. Весь тон молодого человека явно подсказывал, что больше вопросов задавать не следует.
Никто и не стал. Всем и так было о чем подумать.
— Впрочем, я практически уверен, что даже если «уральцы» и свяжут вас с инцидентом, то никто сюда не заявится.
Парень действительно был уверен. Он уже прекрасно знал, что бойцы действовали без ведома воеводы. И, оставалось лишь надеяться, что тот сможет разговорить своих излишне инициативных подчиненных.
Раздался короткий сигнал комма. Легок на помине…
— Да, Лев Демидович, — ответил клановец без особой радости в голосе.
Ему уже хотелось закончить сегодня с делами и, подложив под бок Катерину или Елену (ну, не вдавался Павел в их сложное расписание!), уснуть часов так на десять.
— Они зачистили свидетелей, — без эмоций по-военному четко сообщил мужчина.
— Твою ж… — глухо выдохнул Волконский. — Подробности будут?
— Известно, что их эвакуировали с места происшествия на автобусе…
— Было такое, — кивнул молодой человек.
За побитыми гвардейцами действительно прислали рейсовый «лайнер». Раненных моментально погрузили своими силами, но большинство из пострадавших были вполне себе ходячими.
— Водитель не справился с управлением, — все также ровно выдал Лев Демидович. — Автобус перевернулся и загорелся. Никто не выжил.
Собеседники молчали долго. Примерно с минуту.
— Спасибо, что сообщил, — наконец поблагодарил Волконский.
— У тебя моя дочь, — ответил собеседник таким тоном, что Павел, как наяву увидел его пожатие плечами.
Спорить было не с чем.
— Лев, — негромко и очень аккуратно уточнил Павел. — Возможно, пора брать за жабры «борзого»?
Юсупов на такое вмешательство в дела клана не разозлился. Напротив, он достаточно задумчиво протянул:
— Пока рано. Этот гнойник нужно вскрывать до конца.
— Как скажешь, — не стал спорить клановец. — Опыта у тебя больше.
Дав отбой, молодой человек несколько минут размышлял, поглядывая в сторону трех изуродованных людьми Колчакова автомобилей, за которыми пока не прибыли эвакуаторы.
Собеседники, хоть и не очень представляли, кто такой «Лев», серьезный вид юноши оценили, а потому отвлекать не спешили.
— Что ж… — выдал Волконский наконец. — Зато теперь совершенно точно можно не бояться «ответного визита».
Похоже, «кукловод» со стороны «уральцев» очень хочет сохранить свое инкогнито, чтобы никто с «благодарностями» ответными к нему не заявился. А, значит, он не будет делать никаких резких телодвижений. Чуть больше волноваться можно будет, например, если Игнат не займет трон, сместят/убьют воеводу, но этого пока не просматривалось.
Гриня кивнул. Разговора он, естественно, не слышал. Но слова Волконского успокаивали.
— Влад, — негромко позвал Павле.
— Слуфаю, — все также неразборчиво выдал он.
— Три пятерки оставляешь здесь, — скомандовал парень. — Распредели по трем сменам: одна во все оружии, вторая бодрствующая, третья отдыхает. Только с учетом послезавтрашнего выезда.
— Мфе понафофятся фосмнфцать тфеловек, — озвучил свои «хотелки» командир.
— Действуй, — кивнул клановец.
Колчаков тут же встал и направился
