дожить. Тем более, я и не собираюсь работать под твоей «вывеской».
— Каков план? — уточнил Гриня.
Ему не слишком нравилась идея устраивать кипишь на пороге своего дома. Однако и возражать он особо не стал.
— Пусть сами думают! — чуть удивленно выдал Павел. — Если им и тут подсказки нужны будут, то я сильно разочаруюсь.
С этими словами он сделал знак одному из «напрягшихся». Тот чуть вразвалочку, но довольно шустро, потопал на зов.
— Ну, не так уж и плохо, — решил клановец. — Кто таков?
— Синий я, — тут же протянул «ученичок». — Слушаю!
«А ведь непросто ему ломать рефлексы» — оценил Волконский. Тем не менее, боец относительно старался. Хотя в глазах до сих пор возможно разглядеть едва заметную неуверенность: «Да как так можно вообще⁈».
— «Топтыгиных» видишь? — поинтересовался Павел и поочередно указал на машины преследователей.
— Ну! — уверенно кивнул крепкий парень лет двадцати двух.
— Убрать, — отдал намеренно двусмысленный приказ клановец.
Очень уж ему было интересно, как отреагирует «ученичок».
— Типа ваще? — не подвел он.
— Нет, просто отсюда, — посерьезнел молодой человек. — Дополнительные задачи: без жертв, в «образе», вас не должны связать с клубом.
Буквально мгновение боец изучал Волконского. Не добавит ли чего еще?
— Работай, — завершил свою речь тот.
— Сделаем, — уверенно кивнул парень и, развернувшись, чуть грузно зашагал к остальным.
Первый экзамен начался.
* * *
— Калуга, возьми правее, — коротко посоветовал приятелю Сергей с очень экзотическим позывным «Серж».
Якову Калугину тут же захотелось отправить этого… советчика по известному адресу и с конкретным указанием, чем именно заняться в точке прибытия. Однако потакать своим желаниям здесь и сейчас он не стал. Недостойно это гвардейца. Тем более, водитель был в том уверен, их переговоры сейчас записываются, а потому будут внимательнейшим образом изучены клановцами.
— Поднажми, — вновь влез со своими советами Сергей.
Ему все казалось, что вот-вот, и «объект» оторвется от преследования. И что тогда?
— Может быть, тебе самому стоило сесть за руль? — ровно поинтересовался Яков, храня и блюдя Честь и Достоинство Фамилии.
— У меня нет права управления авто, — тут же откликнулся гвардеец.
Конечно, в случае необходимости, он и вполне сможет справиться и с колесной машиной. Их тому учили. Но практики у него не было давно.
— Тогда прошу воздержаться от советов под руку, — все тем же тоном выдал Калуга.
Серж тут же обернулся к приятелю и прищурился. Он был совершенно недалек от истины, что таким вежливым образом его послали куда подальше. Однако достойный ответ, что не вызовет вопросов у «висящего на шнурке» командира, он сразу придумать не смог.
А потом стало не до того.
— Останавливаются, — прокомментировал Яков.
— Остановись перед выездом со стоянки, — тут же озвучил приказ старшего гвардейца наушник гарнитуры.
«Какого из⁈» — мысленно вздохнул Калуга. Ответ получил тут же. Еще два авто, забитых гвардейцами, остановились прямо перед ним.
Естественно, «оригинальничать» боец не стал, притирая не самый дорогой и новый седан возле легкого внедорожника.
— Все ждем, — вновь раздался в эфире голос старшего гвардейца.
Естественно, спорить с ним никто не стал. Напротив, Яков чуть подрегулировал спинку кресла и с некоторым удовольствием откинулся на нее сам.
В салоне седана стояла тишина. Посторонние разговоры ни разу не приветствовались на их службе. А потому четверо пассажиров не столь уж и просторной машины, замерли в ожидании, что называется, без лишних слов.
Бум!
Негромко и глухо в стекло ударился стаканчик с какой-то розовой жидкостью.
Вжух! Вжух!
В два захода дворники авто восстановили обзор лобового стекла. Вот только открывшийся вид никого не порадовал. Перед глазами экипажа предстал небритый похмельный мужик в мятых джинсах и не слишком свежей майке алкоголичке. «Срисовали» его давно. Прежде чем исполнять перед гвардейцами, он уже успел докопаться до охраны клуба с поэтичным названием «Гараж», от которой к тому времени получил пару затрещин.
Плюх!
К удивлению гвардейцев, какой-то совершенно пьяный тип плюхнулся задницей им на капот. Много чего мог бы высказать каждый из членов экипажа. Но клановая этика прямо-таки требовала вежливости и сдержанности.
— Эй, — негромко окликнул пьяницу Серж. — Ты что делаешь?
«Офигеть какой умный вопрос!» — прокомментировал мысленно его приятель, стараясь не думать, как бы сформулировал мысль он сам.
Пьянчуга с трудом встал на ноги и, развернувшись, треснул двумя руками по капоту.
— Чо-о-о-о-о! — выдохнул он. — Чо-о-о-о-о надо⁈
— Отойди от машины! — потребовал Сергей.
— Чо-о-о-о-о⁈ — возмутился до глубины души алкаш. — Ты чо, мне указывать будешь, а⁈
— Я просто прошу отойти от нашей машины! — повторил гвардеец.
Он даже близко не надеялся, что слова тут смогут чем-то помочь. Слишком уж их «клиент» был пьян и упрям. Однако должностная инструкция была неумолима. И отступать от нее без особого распоряжения никто не желал. Ибо ну его на фиг.
— А выйти и в лицо мне сказать, сопляк⁈ — взревел довольно крупный дядька, ударив себя кулаком в грудь. — Совсем очко взыграло⁈
Гвардейцы переглянулись.
— Серж, Калуга, мы привлекаем внимание, — раздался в эфире голос командира. Уберите его. Только аккуратно.
Синхронно распахнулись двери авто. Одетые по гражданке гвардейцы вышли из машины.
— О-о-о! — обрадованно протянул пьянчуга… оказавшийся довольно крупным малым. — Аж два петушка выскочили!
Собственная «шутейка» заставила его рассмеяться хриплым каркающим смехом. Лицо Сергея посмурнело. Яков же, потомственный гвардеец, просто не совсем сообразил, кем именно их назвали. А вот Серж, до попадания сначала в императорскую, а затем и в клановую армию, успел по за свои годы «хапнуть» кое-чего. Но не попался.
