областях, Тосигами носит также имя Молодой год — Вакадоси. Здесь празднование прихода Тосигами было тесно связано с полевой обрядностью, приход его отмечался на поле рисовой рассады. Для него изготовлялся в доме временный алтарь, который сооружался из двух соломенных мешков с рисом. После обряда Первой мотыги (
кувахадзимэ), символы Тосигами переносили на рассадное поле. Японские этнографы полагают, что здесь с образом Тосигами контаминировался образ божества полей. Поскольку в этой области Тосигами воспринимается не как единичное божество, а как супружеская пара, то все новогоднее оборудование должно быть парным.
В Центральной Японии, в исторической провинции Саниндо, соответствующей одной из древнейших областей генезиса японской культуры — Идзумо, в наибольшей, пожалуй, степени сохранялись архаические формы новогоднего праздника и, более чем где-либо еще в Японии, наряду с домашней новогодней обрядностью существовала и даже имела преобладающее значение общепоселковая, коллективная, внесемейная новогодняя обрядность[610].
В этих местах, например, в префектуре Симанэ, систематически совершалось общесельское поклонение Божеству Нового года — Тосигами. Храмик Тосигами, в котором во вненовогоднее время хранится его паланкин — микоси, чаше всего находился в пределах храмового участка божества-покровителя рода, патронимии или селения — удзигами. Этот участок обычно был населен в основном семьями одной патронимии. Удзигами — первоначально «родовое божество». Но иногда храм Тосигами бывал и вне этих пределов. Часто храма Тосигами вообще не было, и его микоси в обычное время стоял в углу молитвенного зала храма, посвященного удзигами. Отдельный храмик Тосигами, когда он был, мог быть оформлен по-разному — как настоящий маленький храм или просто как сарайчик для храпения микоси. Микоси тоже оформлялся в виде маленького храма с крышей и дверьми, под коньком имелась надпись, объяснявшая, что это храм Тосигами. Микоси обычно черного цвета, размером 1×1,5 м и был укреплен на носилках для его переноски. На Новый год микоси выносили и помещали в «главный дом» (тоя). Устроителем тоя мог быть кто угодно из жителей деревни, определяемый по жребию или поочередно, но обычно требовалось, чтобы его дом на протяжении последних трех лет был свободен от траура.
Для встречи Божества Нового года, который также ассоциировался с Божеством счастья Нового года, в парадной части дома устанавливался и устанавливается поныне «новогодний алтарь» (камидана, или о-сёгацу-тана). Обычно камидана устанавливается в токонома.
Рис. 35. О сёгацу-тана — угощение для Божества Нового года: моти, сушеная хурма, мандарины, сушеная креветка (деревня Цугэмура, 31 декабря 1980 г.)[611].
Основным подношением для Тосигами, как, впрочем, и для большинства других синтоистских божеств, служат съедобные предметы, которые, в конце концов, и съедаются членами семьи. Прежде всего, это, разумеется, моти. Их помещали и помещают в месте отправления культа на дароносице триратна (три буддийских сокровища) (осамбо), украшая веточками, цветами и т. д. Их съедают на хацука-сёгацу — повторении новогодней трапезы в 20-й день 1-го месяца или в третий раз 1-го числа 2-го месяца.
Кроме моти среди подношений для Божества Нового года наиболее обычными были съедобные водоросли, сардины и сливы — все это в сушеном виде. Очень часто моти украшались листьями папоротника, ветками сосны, мандаринами, сушеными креветками, водорослями, каштанами, бобами. Непременная деталь о-сёгацу-тана — нанизанные на палочку сушеные плоды хурмы, называемые хякубёси («сто штук сушеной хурмы»). В сельской местности Западной Японии рядом с камидана клали два соломенных мешка с рисом, которые накрывали четырьмя заново сплетенными циновками. В некоторых местностях один из мешков бывал не с рисом, а с бобами. Токонома украшалась соломенным жгутом с рисовыми колосьями, а также обычными хворостинами с мандаринами и др.
С наступлением Нового года в местных синтоистских храмах зажигались новогодние костры, зажигался так называемый божественный, очистительный огонь (госинка). В прошлом бытовала примета: тот, кто первый придет ночью в храм и зажжет костер, будет счастлив и удачлив весь год.
После совершения обряда поклонения предкам и Тосигами на рассвете, по еще до восхода солнца, выходили из дому и отправлялись в храм, где, прежде всего, совершали моление божеству данного рода, патронимии или селения. Иногда при этом в некоторых семьях устраивали церемонию утреннего очищения от грехов. Во многих районах Японии в храм принято было идти молча, даже не приветствуя знакомых, так как считалось, что разговор в это время ведет к «истощению счастья». Только после посещения храма люди обращались друг к другу с поздравлениями.
По возвращении из храма хозяин дома совершал обряд «молодая вода», называвшийся вакамидзу. Этот обряд был наиболее широко распространен в Западной и Центральной Японии. Вакамидзу черпали из «реки духов» (камикава), т. е. из того места реки, где, по поверьям, обитают водяные духи. Духам преподносили рис, завернутый в белую бумагу.
Затем, обратившись лицом к востоку, произносили заговор: «Черпаем счастье, черпаем правду, черпаем благодать» («Фуку-о куму, току-о куму, сайвай-о куму»), или: «Тысяча мешков, тьма мешков, тьма тысяч мешков, все драгоценности мира повычерпали» («Тигоку, мангоку, манмангоку, коно ё-но тама-о комитотта»), или: «Не воду пьем, а счастье черпаем» («Мидзу-о номадзу-ни фуку-о куму»). После итого трижды зачерпывали воду из реки.
Рис. 36. Зачерпывание «молодой» новогодней воды (вакамидзу мукаэ)[612].
«Молодую воду» года из источника или из колодца зачерпывал глава семьи, иногда ему помогал взрослый старший сын; если это происходило в темноте, то сын держал фонарь. Деревянное ведерко обязательно украшалось симэкадзари, воду брали также деревянным черпаком с длинной ручкой. «Молодой воде» приписывались целительные свойства, все члены семьи умывались ею, в некоторых домах на этой воде готовили новогоднюю пищу.
Во многих местах существовал обычай встречать восход солнца и обращаться с молениями о благополучии к восходящему светилу Нового года.
Первый день Нового года.
Как и у других народов Восточной и Центральной Азии, в новогодней обрядности японцев особо важное место занимает первый день Нового года.
Ранним утром все члены семьи надевали свои лучшие (обычно новые), праздничные одежды и совершали снова моления предкам. Затем после взаимных поздравлений принимались за праздничную трапезу.
Для большинства японцев новогодний праздник ассоциируется с лаковыми, керамическими и фарфоровыми чашами, наполненными горячим о-дзони. Слово о-дзони этимологизируется как «смешанное варево», так как в это блюдо входит много продуктов, но его основа — приготовленные из моти маленькие круглые лепешки (в каждую чашку подают по две), которые, сначала отварив, кладут в бульон из морской капусты (комбу), бобовой пасты (мисо) и редьки (дайкон). О-дзони — общеяпонское блюдо, но рецепты его приготовления в разных районах различны. В него могут добавляться сушеная макрель,
