водоросли, лук, грибы, овощи, моллюски, соевый творог (
тофу) и другие продукты. В Центральной и Западной Японии
о-дзони варили утром первого дня Нового года, а ташке для трапез 2, 3, 5, 7, 11, 15 и 20-го дней 1-го месяца. При этом на 7-й и 15-й день
о-дзони мешали с рисовой кашицей. В некоторых местах его готовили на «молодой воде». Прежде чем начать есть
о-дзони, в Западной Японии его подносили Тосигами (две чашечки, так как это супружеская пара) и ставили на
камидана (в доме может быть несколько
камидана, ставят по чашечке на каждую).
В новогодней трапезе были также кушанья из бобов, закуска из соленой селедочной икры (кадзу-но-ко). Пили на Новый год сладкое сакэ (тосо), возлияние которого вообще играло и играет большую роль в новогодней обрядности.
После тосо и супа о-дзони в специальном наборе дзюдзумэ подавалось традиционное новогоднее угощение — ассорти различных закусок, подаваемых в четырех поставленных друг на друга судках-ящичках (дзюбако). В верхнем ящичке находятся закуски для аппетита (кутитори), во втором — жаренные на углях овощи и рыба (якимоно), в третьем — различные вареные блюда (нимоно) и, наконец, в последнем, четвертом — различные кислые, приготовленные с уксусом маринады (суномоно). Среди кутитори имеются различные остро-соленые овощные и рыбные закуски, селедочная икра под соусом, сушеные сардины в карамели и т. д.
В суномоно также входят вымоченные в уксусе мелкие рыбки и разные овощи. Дзюдзумэ как бы символизировало все многообразие японского стола, его основные пищевые продукты и способы приготовления пищи. В число распространенных новогодних блюд входили также сладкие черные бобы, отварной рыбный фарш, яичный рулет, рулет из водорослей, пюре из батата с каштанами и другие праздничные блюда. Как правило, с каждым из этих блюд связана своя благопожелательная символика. Так, засахаренные ломтики морской капусты — это пожелание счастья (за водорослями в Японии вообще закреплена общая недифференцированная «счастливая» символика), белая фасоль — пожелание здоровья, икра — пожелание многодетности, корень лотоса (рэнкон) — пожелание прозорливости, рыба тай — знак поздравления и т. д. Очень часто эти символические ассоциации имеют в своей основе принцип омонимии. Например, слово мамэ, обозначающее фасоль, входит в идиоматическое выражение «будьте здоровы», слово тай входит в состав глагола мэдэтай — «поздравлять».
В первые дни года блюда из риса обычно не готовили, в основном ели холодную пищу, что давало женщинам возможность отдохнуть от домашних дел и предоставляло им больше времени для участия в связанной с началом года обрядности. В некоторых местах в течение всей 1-й луны года женщины для приготовления пищи пользовались отдельным очагом и не имели даже права входить в тот пролет дома, где находился алтарь Тосигами.
Утром 1-го дня горевший в очаге огонь обычно гас, и новый разводили огнивом на бобовой шелухе. Впрочем, этот обычай с конца XIX в., когда в обиход вошли спички, мало кем соблюдался, но в некоторых семьях Западной Японии считалось, что огонь гасить нельзя. Вообще в Японии не только деревни, но и отдельные патронимии и даже семьи нередко имели собственные варианты обрядности, связанные с какими-либо событиями, в их истории и потому ставшие для них традиционными.
После праздничной трапезы обходили родных и знакомых с краткими визитами. В городах в прихожих выставлялись при этом подносы для визитных карточек. На селе визиты проходили главным образом в рамках патронимии (додзоку), при этом члены боковых семей (бункэ), навещая главную семью (хонкэ), несли с собой алтарные подношения и возлагали их на буддийский алтарь.
Утром первого дня Нового года посещали местные синтоистские храмы. Этот обряд назывался хацумодэ. Было также принято ездить в наиболее знаменитые храмы. Этот обычай очень древний, но сохранился и до наших дней. В XVII в. в Нара существовала традиция в 1-й день года отправляться на поклон в храм Касуга-даймёодзин. По этому случаю собиралась вся семья, даже самые дальние родственники, и не было конца их оживленным беседам. Считалось, что, чем больше родни, тем больше к семье уважения[613].
В XVII в. бытовал веселый обычай в первый день Нового года обливать молодоженов водой, и в первую очередь мужа. Молодой зять должен был посещать дом родителей жены в первые дни праздника.
Одна из важнейших примет первого дня Нового года — обмен подарками. Среди подарков наиболее распространенными были сушеная рыбка, завернутая в красочную обертку, веера, чай в нарядной упаковке. Девочки получали ракетки (хагоита) для игры в волан. Родители часто дарили детям «новогоднее сокровище» (о-тоси-дама) — монетку любого достоинства, положенную в специальную бумагу, сложенную в конвертик (позднее это были просто конвертики). Подарок был символическим пожеланием богатства и благополучия детям[614].
Рис. 37. Новогодние подарки-конвертики («яшмовое сокровище»), о-тоси-дама[615].
Первый день Нового года — один из самых веселых и оживленных праздников. Каждая семья в полном сборе совершала визиты к родным, друзьям, паломничество в храмы. В этот день все выглядели помолодевшими в нарядных одеждах. Особенно праздничными выглядели дети, которым в эти дни уделялось особенно много внимания.
Новый год, и особенно 1-й день нового года, немыслим без разнообразных игр и развлечений. Многие из них еще сравнительно недавно были играми взрослых и имели магическое значение. Таковы, например, игры, в которых соревновались две партии, — перетягивание каната, борьба.
В Токио и его окрестностях молодые люди развлекались запуском воздушного змея. Множество пущенных под облака воздушных змеев наполняли воздух таинственной музыкой. Сделанные из бумаги и бамбуковых планок, они изображали смешных людей с крыльями за плечами, журавлей, ястребов, фантастических животных, воинов или прекрасных дам. Мелодичный звук возникал от движения тонкой бамбуковой пластинки, положенной поперек несколько выгнутой рамы, сделанной также из бамбуковых планок. Иногда между воздушными змеями устраивали бои, в результате которых или оба падали на землю, или один улетал в небо. Примечательно наблюдение Э. Гюмбера: «Поединки бумажных воздушных змеев — любимое занятие женихов и невест, потому все уличное население принимает в них самое живое участие. Жители следят за ходом борьбы и разражаются громкими, радостными аплодисментами, если победа остается на стороне прекрасного пола»[616].
Со временем запуск воздушных змеев стал игрой мальчиков, хотя на Новый год их могли запускать и девочки. Так, Токутоми Рока, писавший в начале XX в. о первом дне Нового года в Сёнан, заметил: «Деревенские девочки, принаряженные, играют в волан, запускают бумажного змея»[617].
Рис. 38. Имэй Футоси. Запуск воздушного змея (1981). Гравюра.
Мальчики развлекались также игрою в волчок,
