адепту в их городе ловить было в самом деле нечего. Сил на монстров банально не хватит.
— Лекарь, черт ее возьми!
— Ну, я смотрю, ты не на шутку завелся, — усмехнулся Элльтаг, качая головой. Длинный низкий хвост качнулся в такт за спиной.
— Какие, твою мать, шутки?! Если эта козявка с самого нашего знакомства пытается самоубиться?! То на босса нарвалась сразу после становления адептом, то на шершней нарвалась, а то вообще, будучи лекарем, вооружилась мечом и две недели несчастных кроликов шпыняла у стен города!
— Зачем? — искренне удивился командующий, под взглядом которого Халльвега невольно покраснела и отвела взгляд в сторону. Ее выдавали горящие уши.
— Да потому что, мать ее, не знала, что взять меч недостаточно! Что надо сменить специализацию для начала! Ни черта не знает, а всюду свой нос сует. Вбила себе в дурную башку, что не хочет быть лекарем, и хоть ты тресни. Все сделает назло, лишь бы не как положено! Вон, даже приперлась сюда. Что, весело? Наигралась в ассасина?
Малиновые глаза злыми колючками посмотрели в лицо мужчины напротив. Халльвега скрипнула зубами, но ничего на гневную тираду не ответила. Развернулась и направилась в сторону. Подошла к гвардейцу за спиной, игнорируя окружающих на корню.
— Уже полдень, — притихшим от едва сдерживаемых эмоций произнесла она. — Мне на площадь еще не пора?
— Халльвега!
Девушка медленно обернулась через плечо, смерила мужчину в дорогих одеждах взглядом и тихо, но четко процедила сквозь зубы.
— Иди к черту. Ты мне кто? Никто. Оставь нотации для других. Придурок, — совсем тихо произнесла она, вновь поворачиваясь к гвардейцу перед собой.
Тишина вокруг дала понять, что ее слова не остались незамеченными. Вскоре затишье нарушил веселый смех.
— Какая милая у тебя знакомая, Зафиру, — вовсю хохотал командующий Элльтаг. Даже прослезился от смеха. — Никогда не слышал, чтобы с тобой хоть кто-то так себя вел. Уму непостижимо.
— О, хочешь услышать, скажи этой тупице, чтобы сменила специализацию обратно на лекаря. Поверь, о себе услышишь нового не меньше.
— Что, правда? — оживился командующий под едва слышный стон девушки. Они сговорились, что ли?
— Правда-правда, — мрачно пробурчал Зафиру.
Вид девчонки возле гвардейца ему не понравился. Наверное, зря он на нее набросился, поддавшись эмоциям. Вон, стоит, дрожит от злости и обиды, на глазах слезы блестят. Маленькая злая колючка, которую так и норовят вырвать с клумбы.
— Элльтаг, не в службу, а в дружбу — отдай ее мне вместо наказания, а? — неожиданная просьба Зафиру к командующему удивила девушку. Шмыгнула носом, прислушалась. Стояла к ним спиной, видеть лиц не могла. — Тебе маленькая бродяжка на площади плюсом не пойдет. Горожанам и без нее все предельно ясно было еще с прошлого раза. Обещаю, что на улице ее больше не найдут. Штраф заплачу, а она его у меня в бане отработает. Как тебе?
— Ну, — протянул задумчиво Элльтаг.
Зафиру вздохнул.
— Ладно, пойду с тобой на охоту.
— Забирай, — мигом прозвучал положительный ответ.
— Шантажист чертов, — фыркнул беззлобно Зафиру.
— Но только, чтобы больше никаких нарушений, — предупредил Элльтаг. — Не то, сам знаешь, что ее будет ждать.
— Даю слово.
— Тогда забирай свое сокровище зубастое, и буду ждать тебя на закате у южных ворот. Не опаздывай!
— По рукам, — Зафиру обернулся через плечо к девушке в черных доспехах. — Афурста, сними с нее оковы.
— На ней нет оков, — пожала плечами Афурста беззаботно. — Она у тебя чересчур правильная. Вот и пользуются этим всякие.
— Да она, куда ни ткни, везде неправильная. С головы до пят, — отмахнулся Зафиру от объяснений. — Идем, Халль. Не отставай.
Пока шагали по улицам, Зафиру потребовал рассказать все. От начала и до конца о том, что с ней приключилось. Делать нечего, пришлось в очередной раз вспоминать все беды, которые успели свалиться ей на голову. Слова про Око волка заинтересовали Зафиру в разы больше всего остального.
Оказалось, камень с боссов подобного рода попадался крайне редко. Еще мог достаться очень удачливым авантюристам с простых волков, но шансы там были никакие. Зафиру слышал, что когда-то давно парочке авантюристов повезло, и все на том. Все прочие — только с боссов.
Уверенным шагом ее провели к центру города. Здесь, недалеко от городской площади, где сегодня ее собирались поколотить за бродяжничество, располагался квартал явно не бедных людей. Во всяком случае дома такие, сады перед ними такие, что можно челюсть свернуть, разевая в удивлении рот.
К себе Зафиру ее не повел. Халльвега не спрашивала, послушно топала, куда ведут. Спас от головомойки, уже «спасибо». Обещал, что не будет жить на улице — вдвойне «спасибо»! Поработать в бане она совсем не против.
На этих словах друга Халль себя мысленно отругала. Ведь о такой возможности она даже не подумала. Привыкла, что деньги можно заработать, уничтожая монстров, этим и жила в Сал Нари Завале. Однако, как правильно заметил Зафиру, существовал и другой способ. Вместо того, чтобы пытаться убить неубиваемых монстров, нужно было найти работу. О чем она совсем не подумала. Вот что значит отсутствие житейского опыта.
По пути Халльвега невольно отметила, что с ее спутником многие здороваются. Приветливо машут руками. Девушки глазки строят, проходя мимо. На нее смотрят волками.
— Здесь будешь работать ближайший месяц. Или два, если будут нарекания, — Зафиру остановился перед огромным домом.
Халль запрокинула голову назад, чтобы окинуть взглядом все его великолепие.
«Игривый краб» — гласило название на резной табличке над входом. Такая же, только чуть меньше и без надписи встретила их у дороги на столбе. Танцующий красный краб на зеленой полянке.
Вход один, широкий и просторный. Створки двери открывались внутрь, чтобы у посетителей возникало чувство, будто здесь всегда открыто. На самом деле перерыв был, если верить еще одной табличке возле схода. Время работы с семи до часа ночи. Цены…
Халльвега нервно икнула, различив стоимость одного посещения. А если добавить к ним массаж, обертывания, грязевые ванны, которые щедро предлагала табличка, то вместо одного прихода сюда, можно жить в свое удовольствие даже в Шир Шар Халош целый месяц.
Зафиру уверенным шагом переступил порог. Она юркнула за ним.
Днем в бане народу было немного. Никто никуда не спешил, никакой давки. Гостей у входа встречала высокая светловолосая девушка в треугольных очках.
— Мое почтение, господин, — склонилась в поклоне девушка, заметив владельца заведения.
Очень интересный контраст. Все авантюристы обращались друг к другу просто, вне зависимости от социального положения или профессии. Однако едва оказывались на работе, как положение дел тут же менялось.
— Привет, Аюна. У вас все хорошо?
— Да, господин. Все спокойно. Гости довольны, —
