Читаем без скачивания Левиафан - Валерий Ковалев

— Летящая Стрела посылает тебе свои приветствия, Морской Змей и просит его навестить вместе с твоими вождями, — сказал он, приложив к груди руку.

Несколько позже Морев со старшими офицерами сидели на мягких шкурах в доме Текумсе, курили трубки и внимательно слушали его рассказ.

— Как ты знаешь, Морской Змей, я уезжал на Великие равнины, навестить своих родичей из племени шауни, — глядя в огонь очага, начал он.

— И что же я увидел за Скалистыми горами?

Некогда могущественные и вольные племена сиу, делаваров, черноногих, команчей, гровантров, арапахо и многие другие влачат жалкое существование.

Их территории захватывают инглизи, а хозяев изгоняют в бесплодные пустыни и горы. Оставшихся же преследует и убивает армия, как собак. За каждый скальп индейца, будь то воин, женщина или ребенок, выплачивается вознаграждение.

На отряд таких «охотников» мы наткнулись в устье Ред-Ривера. Они добивали остатки откочевавших туда шауни. Теперь скальпы бледнолицых сушатся у наших очагов, — кивнул Текумсе на высокие стропила дома, — а оставшиеся в живых шауни ушли с нами в Канаду.

— Сучье все-таки племя — англичане, — прервал наступившую после этих слов паузу угрюмо сопевший Лобанов.

— Не англичане, а американцы, — тихо поправил его Сокуров. — Они восстали против власти метрополии.

— Да, эти люди зовут себя американцами, — продолжил Текусе. — Но они дети одного отца и такие же подлые и жестокие, как инглизи.

Благодаря вам, — обвел он взглядом сидящих напротив офицеров, — мы выгнали захватчиков из страны Великих Озер. Теперь здесь мир и благополучие. Но там, на равнинах, — протянул вождь руку в сторону запада, — гибнут и просят помощи наши братья. И я принял решение созвать Совет Лиги. Вопрос один — изгнание американцев с Великих равнин. Совет меня поддержит, уверен. Можем ли мы надеяться на вашу помощь, Морской Змей?

В доме снова повисла тишина, и только очаг потрескивал рубиновыми углями.

— В свое время вы приняли нас как братьев, Летящая Стрела, — положил руку на плечо вождя Морев. — Потом мы стали союзниками, вместе сражались и породнились.

— Люди о которых ты рассказал, нам хорошо известны. В той жизни, откуда мы пришли, они сеяли только зло и горе. Можем ли мы теперь оставаться в стороне?

— Вот именно, — не задумываясь, поддержали своего адмирала офицеры. — Этих янки нужно поставить на свое место. Раз и навсегда.

— Я знал, что ваш ответ будет таким, — чуть качнул головой Текумсе. — Мой народ никогда этого не забудет.

Затем был созван Совет Лиги, принявший решение откопать томагавк войны, и Военный совет по организации очередной военной кампании.

Ее было решено начать в мае, а предварительно отправить за Скалистые горы небольшие отряды разведчиков для подготовки индейского восстания.

Каждый такой отряд был вооружен скорострельными винчестерами и вел за собой заводных мустангов, а все их начальники, назначенные из наиболее известных и прославленных воинов, имели при себе вампум Лиги, для вручения его вождям и старейшинам равнинных племен.

— А могут ли его прочесть американцы? — поинтересовался Круглов, перебирая в руке раковины одного из таких посланий.

— Нет, — ответил Танскветава. — Язык вампума доступен только посвященным.

— Практически шифр, — уважительно прогудел Лобанов. — Вот тебе и индейцы.

На этот раз план кампании разрабатывался союзниками с особой тщательностью, что определялось грандиозностью стоящей перед ними цели.

Отвоевать у алчных и жестоких американцев практически целый континент — задача непростая.

Ко времени описываемых событий война за независимость США уже закончилась, но они продолжали борьбу с индейской конфедерацией Северо-Западных территорий, стремясь добиться от нее признания своего суверенитета и допуска белых поселенцев на индейские земли. Помимо этого, молодое агрессивное государство вело переговоры с хиреющей Испанией об уступке ему Юго-Западных территорий, где также велись активные боевые действия против их коренных народов. Первый президент США Джордж Вашингтон активно формировал центральные органы власти и управления, делая основной упор на армию, поощрял развитие сельского хозяйства и экономики, не гнушаясь при этом использованием рабского труда, а заодно люто ненавидел индейцев.

Внешне демократическое государство по сути было рабовладельческим, повсеместно вело захватническую политику и несло геноцид другим народам.

Все это было учтено при выработке плана, и на третий день, общими усилиями, он был сверстан.

На представленной штурманами цветной кальке, снятой с карты США, при активном участии вождей, многие из которых родились и выросли на Великих равнинах, была отмечена американская столица Филадельфия, все ее крупные города, форты и поселения, а также ведущие к ним сухопутные и водные пути.

Здесь же указывались места проживания равнинных индейских племен с приблизительным числом воинов, которых они могли выставить, а также южные штаты, в которых предполагалось организовать восстание рабов. В этот раз никакого ультиматума противной стороне решено было не направлять, поскольку индейцы не признавали за ней никаких прав на Американский континент, войска Лиги племен, перевалив Скалистые горы, должны были выйти на равнины, и, приняв в свои ряды восставших, с боями двинуться на Филадельфию. Для их усиления выделялся специальный отряд, в количестве двухсот человек, сформированный из моряков крейсера, фрегатов, шлюпа и охотников-промысловиков, которому придавались четыре артиллерийские батареи, состоящие из доставленных Шелиховым и снятых с кораблей двенадцати полевых и морских орудий.

Командование отрядом поручалось капитану 1 ранга Сокурову, а его заместителями назначались капитан 2 ранга Лобанов и старший офицер «Орла» лейтенант Врангель.

Общее же руководство всеми объединенными силами, как и в первую кампанию, осуществляли Текумсе и адмирал Морев.

Зная из истории и от индейцев, ранее проживавших на равнинах, о том, что Франция активно помогала американским колониям в войне за независимость, снабжая последних оружием, боеприпасами и продовольствием, адмирал снова решил использовать морскую блокаду побережья, чтобы ослабить противника и обеспечить успех сухопутной операции.

— Ты как всегда прав, Морской Змей, — согласился с ним Летящая Стрела. — Если французы не будут помогать инглизи, как это часто случалось, мы их разобьем и изгоним навсегда.

К концу мая, когда все кругом покрылось зеленью, а в Гудзоновом заливе растаял лед, объединенные силы союзников выступили в поход.

Двенадцать тысяч индейских воинов с морским отрядом и артиллерией, под предводительством Текумсе, направились к открывшимся в Скалистых горах перевалам, а «Левиафан», с идущими в кильватере «Аскольдом», «Орлом» и «Наядой», взяли курс в открытый океан.

Спустя две недели, оставив позади горные массивы, войска Лиги вышли на равнины, и в прериях запылало пламя восстания. Сначала оно охватило штаты Северная Дакота Небраска и Канзас, а затем перекинулось в Айову и на прилегающие к ней территории.

Выступивший навстречу индейцам пятитысячный Легион Соединенных Штатов[45] генерала Энтони Уэйда встретился с ними в штате Иллинойс, где произошло генеральное сражение.

Самонадеянный герой Войны за независимость, привыкший одерживать победы над местными племенами, не придал значения донесению разведчиков о численности противника и наличии у него артиллерии.

— Чем больше дикарей, тем лучше, — рыкнул он. — А то, что у них несколько старых пушек, дела не меняет. — И отдал приказ атаковать индейцев.

Командиры бодро зарысили к походным колоннам, Легион развернулся в боевые порядки, и, распустив знамена, под барабанный бой штурмовые каре заколыхались к молчаливо стоящей на равнине длинной линии конницы. Вслед за ними, на конных упряжках, неспешно покатили три батареи легких пушек.

Генерал же, вместе со штабом и отрядом драгун, поскакал к невысокому холму, и там спешившись, стал озирать окрестности в подзорную трубу.

— Хорошо идут, — сказал Сокуров Текумсе, и вождь лаконично ответил: — Хорошо.

Оба они, на поджарых, нервно перебирающих ногами мустангах, высились в центре первой линии индейской конницы, играющей на солнце всеми цветами радуги.

Под его яркими лучами сияла их боевая раскраска, серебрились орлиные перья головных уборов, легкий ветерок играл скальпами на длинных копьях.

— У нас все готово, Башир Нухович, — проскользнув между всадниками, подбежал к военачальникам Врангель и резко вскинул к виску руку.

— Отлично, Иван Карлович, — последовал ответ. — И скажите Михаил Иванычу, чтоб в бою не матерился. Любит он это дело.