после приема Сьюзи и правда надеялась, что ее отправят в бордель. Но хозяйка продолжала держать ее при себе, игнорируя правила и протоколы безопасности. Упоминание о мастере причиняли девушке невыносимую боль. Яркие рассказы, как Юс будет совокупляться с малиами, заставляли ее ненавидеть и рабыню, и хозяйку дома, и мастера.
Влюбленность в хаята прошла, осталась только физическая потребность, которая изводила Сьюзи – причиняла не только психологическую, но и вполне ощутимую физическую боль. Она не спала несколько суток и находилась на грани реальности.
Тамиле такое состояние девушки приносило наслаждение. Она понимала, что с ней происходит, и заботливой рукой подталкивала женщину к полному истощению и смерти. Почему-то мысль, как она передаст труп прислуги службе утилизации, особенно ее радовала.
Мина
Первые сутки мы провели в управлении. Варадар сделал то, что считалось на Кардале недопустимым – устроил обыски в домах жертв. Длились они восемь часов, для каждого объекта были собраны отдельные группы. Сам Варадар поехал в дом Ронни – мальчика, которого я нашла в парке. Майрад отправился в госпиталь, а я ждала в управлении. Можно было вернуться домой переодеться, и поспать. Но я так нервничала, что эта мысль просто не пришла мне в голову.
Рядом оставался Байрон. Он прилетал в управление, проводил с нами несколько часов, потом снова улетал по работе. Если дела можно было решить дистанционно, муж занимал небольшую переговорную комнату в конце коридора, но чаще приходилось улетать.
Первые звоночки, что моя теория с культом Матери оказалась верной, пришли ближе к вечеру. В одном из коридоров начали собираться кардали с мужьями. В некоторых я узнавала родителей похищенных мальчиков, другие были незнакомы. Я наблюдала за происходящим из кабинета Варадара – через тонированное стекло рассмотреть меня никто не мог. Зато я видела всех и могла спокойно наблюдать за чужими реакциями и поведением. Кардали осторожно переглядывались, но не общались. Хотя мне показалось, что друг с другом они были знакомы.
– Так странно, – в кабинет зашла Ёмси, – видеть их снова в одном месте.
– Варадар вышел.
– Да, я знаю, – девушка улыбнулась, а я только сейчас заметила в ее руках коробку. – Райси попросил, чтобы вы пересмотрели эти материалы, пока он будет вести допрос. На случай если увидите что-то новое, что мы пропустили.
– Спасибо.
– Хотите, попрошу в ресторане отправить вам обед? Детективы все равно, пока не пройдут допросы, будут перебиваться снеками.
– Да, буду благодарна.
Офицер улыбнулась и вышла. А я снова посмотрела на собравшуюся в коридоре толпу и порадовалась про себя, что родителей Ронни там не было.
Глава 32
Юс
Долгожданный заказ должны были доставить менее чем через сутки. Хаят вышел на террасу, чтобы насладиться пейзажем. Настроение у него было как у ребенка накануне дня рождения. Предвкушение долгожданного подарка заставляло мастера улыбаться. И только попытки жены до него дозвониться портили настроение.
Тамила раздражала своей настойчивостью. На коммуникаторе светилось больше десяти пропущенных звонков. Чтобы не отвлекаться от новых для себя ощущений, Юс снял с руки прибор и оставил его в гостиной. Сейчас он хотел сполна насладиться моментом предстоящего триумфа. Завтра в это же время, возможно, на этом же месте, он уже будет смотреть на рабыню, стоящую перед ним на коленях.
Хаят представил девушку с разбитой губой и растрепанными волосами. В его фантазиях она стояла перед ним в разорванной одежде. Хаят затемнил окна террасы, чтобы никто не смог увидеть, чем он занимается, и приказал виртуальному ассистенту сделать трехмерное изображение его фантазии. Искусственный интеллект тут же среагировал на приказ, и Юс улыбнулся: терраса превратилась в ночную улицу одного из не самых благополучных кварталов Земли – серые дома, тусклые фонари, темные окна квартир. На холодном асфальте в драном платье сидела она – его ноар. Она смотрела на хаята испуганными, полными смирения и обреченности глазами. Юс видел, что рабыня готова на все.
Девушка выглядела настолько реальной, что хаят попытался схватить ее за ошейник, но ничего не получилось. От досады Юс застонал, а фальшивая рабыня испуганно моргнула. Ее страх заставил член хаята затвердеть и вздыбиться.
Он уже не мог, да и не хотел контролировать собственную похоть. Дрожащими руками он расстегнул магнитную застежку брюк и стянул их до колен вместе с бельем. Изображение девушки дернулось и, подчиняясь фантазии хаята, прижалось к виртуальной стене, дрожа от страха. Еще через секунду исчезло платье рабыни, тонкими руками она пыталась закрыть грудь. Хаят медленно приближался, гладя свой пульсирующий от возбуждения член. Чем ближе он подходил к стене, тем сильнее сжималась рука и быстрее становились движения. Ему понадобилось ровно десять шагов, чтобы застонать от оргазма и упасть на колени перед голограммой. Последнее, что он увидел, были сверкающие капли собственной спермы на пальцах. Через секунду голова хаята отделилась от тела и упала на пол, а затем покатилась в сторону гостиной. Маленький робот бесшумно двинулся за ней.
Мина
Еще около получаса я наблюдала, как офицеры приглашали присутствующих в кабинеты. Что происходило внутри, никто не знал – комнаты для допросов были полностью закрыты. Следить за процессом могла только отдельная группа, чтобы не было нарушений. Я, поняв, что в ближайшие часы ничего не узнаю, подошла к коробке, которую принесла Ёмси – обычному небольшому боксу с информационными пластинками.
Я даже порадовалась, что Варадар решил загрузить меня работой. Во-первых, не придется мучиться в ожидании, во-вторых, пока меня радовала любая возможность прикоснуться к местным технологиям. На Земле я работала за стареньким, очень медленным компьютером с плоским экраном, а вот местные рабочие панели вызывали восторг. Я активировала несколько окон для удобства и открыла бокс.
Нос защекотал странный кисловатый запах. Посмотрела на ящик, из которого поднимался едва заметный серый дымок. Первое, что я сделала – отскочила в сторону. Но тут же поняла, что поздно: ноги стали ватными и перестали слушаться. Я хотела отползти к двери, но в глазах все помутнело. Комната расплылась, перед глазами появились зеленые ботинки. Я хотела попросить помощи, но из горла не вырвалось ни одного звука, и я упала на пол.
Сознание я не потеряла. Я все слышала, чувствовала, даже частично видела. Но ничего не смогла сделать. Меня подняли на руки так, чтобы я не смогла увидеть лицо мужчины, и понесли прочь из кабинета. Я надеялась, что сейчас меня увидят, бросятся на помощь, ведь управление просто кишело офицерами и детективами. Но никто не бросился мне на помощь. Более того, я никого не слышала, как будто все вымерли. Только
