стрела реки в сторону Коломны. Примерно в половине версты. Последние лучи заходящего солнца играли на оконечниках копий и пластинах длинных, ниспадавших до колен доспехов. У каждого за спиной виднелся лук.
– Татары, – выдохнул Коловрат, – сотни три, не меньше.
– Из Рязани идут, – добавил Ратиша, стоявший чуть поодаль.
В этом месте Ока чуть сужалась и, похоже, торосов на ней почти не было. Далеко впереди река забирала влево. Голова татарской колонны уже давно исчезла за этой излучиной, а теперь и последние ряды всадников растворялись в полумраке.
– Подождем еще маленько, – решил воевода, – больно уж смело шли. Может, за ними сзади еще кто проскачет.
Выжидая за сосной, Коловрат рассматривал противоположный берег Оки, тоже высокий, который ко всему показался воеводе еще и каменистым. С той стороны берег часто взрезали отдельные скалы, а через пару верст они вообще сливались в непрерывную высокую скалу. И тянулась она оттуда насколько хватало глаз, уходя за поворот вместе с руслом реки.
«Мы уже близко, – подумал воевода, – и переходить нужно именно здесь, пока еще можно кое-как вскарабкаться между валунов. Дальше вообще идет одна высокая скала сплошняком. Похоже, где-то в этих местах и золотишко мое в пещере припрятано. Не забрать ли на обратном пути бочонок?»
Поразмыслив, воевода решил оставить это решение напоследок.
«Вот отыщу Черное озеро, – рассудил он, – найду Ваську, поговорим по душам. А там и видно будет, как быть дальше».
Выждав положенное время и убедившись, что никто больше не следует за татарами, воевода приказал разведчикам спускаться. Вскоре весь отряд оказался на льду и стремительно, по сравнению с первым разом, преодолел Оку в обратном направлении. Торосов здесь почти не оказалось, поэтому перемещаться было легко. Завидев на середине реки следы татарских коней, Ратиша чуть замедлил шаг и по привычке присмотрелся.
– В пять рядов идут, – сообщил он Коловрату, – значит, и правда сотни три, не меньше.
Воевода посмотрел сквозь сумерки в сторону уже пропавшего за поворотом отряда и произнес, как бы рассуждая сам с собою:
– Видать, в Коломну идут. Только как-то не спеша, словно не торопятся на битву.
– А может, ее того, Евпатий Львович, – вдруг предположил Ратиша, – уже взяли?
– Типун тебе на язык! – пригрозил воевода. – Шевели ногами давай. Нам еще на берег взобраться надо и уйти от него подальше засветло.
Ратиша прибавил шаг и вскоре был у берега. Коловрат же, поспешая следом, про себя лишь горько подумал: «А может, и правда взяли. Что там натворил малолетний Роман Ингваревич за это время, пока мы в Рязани сидели, одному богу известно. Отправил гонцов за помощью к великому князю во Владимир или предал нас. Может, Васька что ведает о сиих событиях. Надо его отыскать побыстрее».
Отогнав черные мысли, воевода приблизился к высокому берегу вслед за Ратишей. Первый разведчик уже закинул веревку с крюком за огромный валун и вскарабкался по ней почти до середины склона. Там он, изловчившись, забросил вторую веревку, которая зацепилась крюком уже за корень березы, нависавший над скалистым берегом. Еще пара мгновений, и «лесной дух» уже махал им сверху.
– Хорошо мы дружину обучили, – похвалил Ратишу Коловрат.
Вслед за первым бойцом по веревкам вскарабкались и остальные ратники, включая самого воеводу. Последний боец выдернул крюки и забрал их с собой, так что и следов почти не осталось. Надев снегоступы, рязанцы вновь углубились в чащу.
Еще не совсем стемнело, когда, пройдя версты три по нехоженому лесу, отряд Коловрата внезапно наткнулся на большую поляну, где стояло несколько заброшенных домов. От поляны на юг уходила занесенная снегом дорога. Осмотрев все вокруг, разведчики ничего не обнаружили. Ни людей в полуразрушенных домах, казалось, готовых рассыпаться в труху от первого прикосновения. Ни следов на узкой лесной дороге, что терялась в лесу.
– Не тот ли это починок, что ты искал, Евпатий Львович? – поинтересовался Ратиша.
– Впотьмах я что-то не разберу, – признался Коловрат, пересчитывая остовы домов. – Может, он, а может, и не он. Кто его знает, сколько тут таких заброшенных починков по лесам окрестным. Тебе, кстати, виднее, ты же в нем ночевал.
– Да и я что-то не признаю, – с сомнением ответил бывалый воин. – Давно это было.
Домов оказалось ровно шесть.
– Ладно, – рассудил воевода, которому отчего-то показалось, что в том починке домов было меньше, – утром разберемся. А сейчас идем дальше в лес и готовимся к ночлегу. Сегодня ночью никуда не пойдем. Рано поутру будем искать приметы. Мы уже близко.
Поглядев на стремительно темневшее небо, а затем на стоявшие рядом остовы деревянных домов, Ратиша удивился.
– Так зачем далеко ходить, да еще в лес, Евпатий Львович – вопросил он, указывая на ближний к себе дом, в котором сохранилось аж две стены, – вот же ночлег готовый. Сюда уже, наверное, сто лет никто не заглядывал. А тем более татары. И стены есть, и крыша над головой. Разведем костерок и прекрасно заночуем прямо здесь.
Но воевода отчего-то был непреклонен.
– Нет, – отмахнулся он, казалось, от стоящего совета, – идем в лес. Не нравится мне это место. В лесу спокойнее.
– Воля твоя, – нехотя подчинился Ратиша, – коли так.
И, скользнув взглядом по утопавшему во мраке починку, сделал знак всем ратникам двигаться дальше. Пройдя еще версту, рязанцы нашли удобный овраг и, расставив дозоры, заночевали там.
Глава двадцать первая
Тайна мертвеца без головы
Ночь у костра прошла спокойно, хотя воеводу до рассвета терзали какие-то странные тягостные сны. С первыми лучами солнца Евпатий поднял свой отряд. Перекусив, рязанцы начал поиски дороги к Черному озеру, до которого, как считал Коловрат, было рукой подать.
Первым делом воевода решил вернуться по своим следам к починку и, убедившись, что это тот самый, пройти по лесной дороге как можно дальше от берега. Ночью прошел снегопад, и следы отыскать не удалось. Сначала это ничуть не обескуражило Евпатия. Однако, вернувшись на целую версту назад, в том направлении, откуда они пришли вчера, рязанцы не смогли найти ни поляну с починком, ни лесную дорогу.
– Ничего не понимаю, – бормотал воевода, рассматривая похожие друг на друга пустые поляны в лесу, попадавшиеся с завидной регулярностью, но истлевших домов не было ни на одной из них, – где же починок? Он ведь был где-то рядом. А, Ратиша?
– Был, – только разводил руками следопыт, пытаясь проникнуть взглядом сквозь мохнатые лапы елей, – где-то здесь. Сам не пойму, как заплутали.
Так они кружили по лесу до тех пор, пока вновь случайно не оказались на берегу Оки. Это вышло как-то само собой, так незаметно,
