— Не пойду! — нахмурилась Маша. Подумала, вспомнила, как ругали кухарки в Перепутинске чужих возчиков-безобразников, и решила, что пара эпитетов вполне подойдет властителю.
— Вот, это другое дело! — обрадовался тот и коварно бросился вперед.
Для своей комплекции властитель оказался более чем прыток, во всяком случае, ему удалось сцапать Машу за подобие юбки. По счастью, материя выскользнула из его пухлых пальчиков, и парочка снова оказалась лицом к лицу: властитель у кровати, Маша спиной к окну.
— Иди же сюда, — воззвал изнемогающий от страсти (это было вполне заметно) мужчина. Маша не знала, плакать ей или смеяться. — Я увлеку тебя в пучину наслаждения и научу такому, чего ты даже представить не могла!..
— Не надо, мне и так достаточно, — ответила Маша, а властитель снова кинулся к ней с победным воплем. Видно, игры порядком его раззадорили. На сей раз ей достаточно было отступить в сторону, чтобы он пролетел мимо и едва не врезался в стену.
А вот потом пришлось пожалеть, что в комнате так мало метательных предметов: Маша кинула в извращенца вторым канделябром, не попала, угодила в зеркало, то загудело, но выдержало, а вот свечи погасли, и комната погрузилась во мрак.
— Мне по нраву такие игры! — прокричал откуда-то из темноты властитель и тут же цепко схватил Машу сзади за юбку.
Сил ему было не занимать, он ухитрился повалить девушку на пол и уселся сверху. Правда, ее еще предстояло перевернуть, хотя… Видимо, властитель пришел к такому же выводу, потому что хихикнул, задрал Маше юбку и пошлепал по ягодицам.
Первым порывом Маши было закричать и начать брыкаться, — так ее еще не оскорбляли! — но она сумела сдержаться и по чуть-чуть, волоча на себе властителя, стала продвигаться вперед по ковру. Маша помнила, что лежит там, успела увидеть до того, как потухла последняя свеча!
И вот, последний рывок — пальцы ее сомкнулись на ножке скамеечки для ног! Извернувшись, она с силой опустила ее на голову растерявшегося властителя. Тот охнул и плюхнулся на пол.
Маша действовала совершенно машинально, не слишком задумываясь, что делает.
«Нужно найти ключ», — пришла мысль.
Морщась от отвращения, Маша нашла ключ от двери за набедренной повязкой властителя. Она ничуть не сожалела о том, что ушибла аристократа. Все они совершенные негодяи, прав был Вождь!
Девушка пока вблизи видела только двух дворян — Веся и этого Ронана-дикаря, и впечатления у нее остались самые неприятные. Правда, она не могла не отметить, что от Веся бы она так легко не отделалась: вспомнить только, как он ей руки выкручивал! Взял бы вот так, свернул в бараний рог, и неважно, что она выше и тяжелее…
Впрочем, думать об этом было некогда — нужно было бежать, пока есть возможность.
Хорошо бы раздобыть нормальную одежду, но это можно попробовать сделать по дороге. Вдруг какая кладовая попадется или гардеробная.
Маша торопливо отперла дверь, торопясь выбраться наружу.
Конечно, никакой стражи рядом не было, да и не нужна она, если вдуматься. Ведь в этой комнате селили любовниц властителя, которые добровольно соглашались делить с ним постель и играть в странные игры. В конце концов, что может сделать обычная девка?
Маша осторожно вышла в коридор, и на этом ее удача закончилась — под дверью поджидала Бесса.
— Дура-девка! — укоризненно покачала головой ключница, сразу поняв, что произошло.
Она казалась настолько искренне расстроенной непокорностью Маши, что той на мгновение даже стало совестно.
Но потом девушка вспомнила, что ей следовало делать, чтоб не огорчать ключницу, и стыд мигом исчез.
— Пожалуйста, отпустите меня! — взмолилась она, впрочем, без особой надежды.
— Нет уж, — покачала головой та. — За тебя деньги плачены, так что теперь ты принадлежишь господину.
Что же делать?! Взгляд Маши метнулся к пустому коридору за спиной Бессы.
«Общевисты не сдаются!» — решила она и бросилась на ключницу.
Это была ее последняя ясная мысль…
Маша пришла в себя, с трудом осознавая, что она лежит на чем-то мягком.
Она распахнула глаза, но перед ней все плыло, будто в тумане.
— Очнулась, — услышала девушка голос управляющего.
— А ну-ка, — произнесла над нею Беса, — встань!
Маша совсем не собиралась повиноваться, но тело будто само поднялось. Девушка невольно испугалась — что это еще такое?!
— Теперь быстро поправь одежду и иди извиняйся перед господином, — велела ключница. — Твое счастье, ничего ты ему не сделала, так, обеспамятел на минутку. Простит. Еще, глядишь, понравится ему! Давай, иди живо!
— Н-не пойду! — Говорить было страшно трудно, будто язык стал чужим, а зубы не желали разжиматься. Но Маша произнесла первые слова, дальше пошло легче: — Я общевистка! И не буду со всяким там… в дикарей играть! Это противно моему человеческому достоинству!
— А говорили, хватит, хватит! — проворочала Бесса в адрес управляющего. — Жадность вас погубит!
— Да тут зелья на лошадь хватило бы! — нахмурился тот. — Откуда ж я знал, что она так сильна?
— Воля в ней крепкая, — хмыкнула ключница. — Ну да ничего. Давай еще.
— А платить кто будет?! — вякнул было управляющий, но та перебила:
— Хозяйская игрушка, он и заплатит! Держите-ка ее!
Маша дернулась было, понимая, что от зелья ничего хорошего ждать не приходится, но на нее разом навалились ключица и две служанки, не давая даже шевельнуться.
— Давайте лейте! — скомандовала Бесса.
Тут Маше зажали нос, и ей невольно пришлось открыть рот. В горло сразу хлынуло что-то горькое. Девушка дернулась, но попытки вырваться были тщетны.
Пришлось глотать эту гадость.
— Вот и умничка, — удовлетворенно сказала Бесса.
«Встать!» — велела себе Маша, но сил не было совершенно.
Наверное, это от того удара по голове, которым ее наградила ключница в коридоре. Видимо, после она теряла сознание. Надо собраться с духом и бороться!
— Знахарь говорил, она будет смирной, как овечка, — как сквозь вату услышала Маша голос ключницы. — Ничего, что добавить пришлось, уж больно крепкая попалась девка. Думаю, к обеду подействует, уж очень сильно противится. — В голосе Бессы звучало сожаление. Как будто ключница в самом деле сокрушалась о судьбе глупой пленницы.
Послышались шаги, потом хлопнула дверь и щелкнул замок.
Пленница была снова заперта и совершенно беспомощна.
Обессиленная, Маша почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы…
Глава 18
Спасительница
Хорошо смазанная телега катилась по дороге почти бесшумно. Крупная гнедая кобыла уверенно рысила вперед — возница почти не трогал вожжи, но лошадь прекрасно усвоила, что сбавлять ход не стоит, живо влетит. Рядом шел привязанный Разбой, для него этот темп быстрым не казался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
