– Не знаю. Возможно, ты что-то не понял. Его просто интересуют мои родственники.
– И поэтому он расспрашивал о моем старом наставнике? Чрезмерное любопытство в отношении родственников женщины, с которой он в таких вольных отношениях. Согласись, это странно.
– Если он и задавал какие-то вопросы, уверена, они прекратятся. Абсолютно уверена. – Шарлотта попыталась заглянуть под маску гнева и обнаружить мужчину, которого она знала. – Жестоко с твоей стороны разлучать меня с Амброузом лишь из-за этого. Ты знаешь, ребенок очень привязан ко мне. Он никогда не поймет, если я неожиданно исчезну из его жизни.
– Он слишком мал, чтобы задумываться над этим. Когда он подрастет, я объясню, как ты променяла нашу любовь на дешевое удовольствие, которое нашла с этим негодяем.
« Нашу любовь». Не сами слова заставили громко забиться ее сердце, а горький тон, каким они были сказаны.
Неожиданно в памяти возникла другая часть прошлого.
Она никогда не подозревала, что Джеймс испытывал к ней подобные чувства. Никогда не догадывалась, что маленькая семья, которую они образовали, была именно той, которую он и хотел.
Если именно это так рассердило его, а даже не расспросы Натаниела, она понимала, что вряд ли сможет переубедить его. Однако она попыталась.
– Мне жаль, что ты так рассердился, разочаровался во мне. Честное слово. Ты можешь запретить мне появляться в твоем доме, но позволь мне видеться с Амброузом. Пусть няня приводит его ко мне домой. Мысль потерять его невыносима, Джеймс, и это разобьет его маленькое сердце. Ты не настолько жесток, чтобы идти на это.
– Я не жесток, я только забочусь о правильном воспитании сына. – Он повернулся и направился к выходу.
В дверях он остановился и снова посмотрел на Шарлотту. Его лицо выражало удовлетворение. Он был рад тому, что причинил ей боль.
– Что касается визитов в твой дом, так у тебя его нет. Ты живешь в моем. Я решил продать его. Мой поверенный придет завтра к тебе и все объяснит, но ты немедленно начинай упаковывать свои личные вещи.
Он наблюдал за Шарлоттой, потрясенной этим последним ударом, и как-то отвратительно ухмыльнулся. И оставил ее, смущенную и озадаченную.
* * *
– Он просто указал тебе на дверь? – недоверчиво спросила Бьянка.
– Пока мы здесь разговариваем, горничная уже укладывает мои вещи. – Шарлотта сидела рядом с Бьянкой на узорчатом канапе в комнате Пен.
Встреча с поверенным в делах два часа назад почти граничила с оскорблением. Человек не только сообщил ей о решении Марденфорда, но составил также перечень обстановки и других предметов.
Если он ожидал, что Шарлотта будет спорить, то был разочарован. Она возьмет с собой только личные вещи, без всякой переписи. Позже она пришлет своего доверенного – уладить остальное.
Чтобы не наблюдать за сборами, Шарлотта назначила встречу с Бьянкой в доме Пен. Она решила помочь сестре выбрать свадебное платье. Пен в раздумье стояла с шелковым желтым платьем в руках. Но о платье сразу же было позабыто, как только Шарлотта, войдя в комнату, выложила свою новость.
– Ты должна переехать к нам, – заявила Бьянка. – По крайней мере, пока не придумаешь ничего другого.
– Спасибо. Может быть, мне и придется принять твое предложение, но пока я не готова. Я благодарна тебе за гостеприимство. Просто я опять буду чувствовать себя малышкой, возвращенной в детство.
– Чепуха. Пен жила с нами в прошлом году и не испытала никакой «детской зависимости».
Шарлотта встретилась глазами с Пен. Они обменялись молчаливым признанием неприятных сторон любой зависимости.
– Бьянка, Шарлотта имеет в виду Леклера, а не финансовые вопросы, – мягко заметила Пен. – Ты знаешь, каким он может быть. Я его старшая сестра, а он по-прежнему хочет мной руководить и защищать. Шарлотта же намного младше его, и он может захотеть всерьез опекать ее.
Бьянка задумалась. Изучая узор на канапе, она взвесила сказанное. Тут была проблема.
– Да, я понимаю. К тому же Леклер был абсолютно уверен в отношении Хэмптона, но сейчас его занимает мистер Найтридж.
Пен нахмурилась:
– А какое отношение к этому имеет мистер Найтридж?
– О, сейчас он любовник Шарлотты.
Пен рассмеялась:
– Отличная шутка, Бьянка. – И снова принялась рассматривать явно полюбившееся ей желтое платье.
Бьянка осторожно засмеялась. Повернувшись к гардеробу, чтобы вынуть еще один туалет, она бросила на сестру и невестку веселый взгляд и усмехнулась. Ее явно забавляло нелепое предположение о любовной связи Шарлотты с Натаниелом.
Шарлотта усиленно изображала равнодушие. Пен догадливо оценила ее сдержанность, а затем и невинное выражение широко распахнутых глаз Бьянки.
Она застыла на месте, пораженная открытием.
– Господи, так это правда? У тебя роман с Найтриджем?
.– Прости меня за мою неосторожность, Шарлотта, – извинилась Бьянка. – Однако что интересного в любовной связи, если о ней не знают твои лучшие друзья?
– Ты сказала Бьянке и не сказала мне, твоей сестре? – Пен выглядела обиженной.
– Я никому ничего не говорила. Со стороны Бьянки это только догадки.
– Прости, не только догадки. Скажи спасибо, что мы с Леклером не застали вас, когда вошли в библиотеку…
– И все же это лишь домыслы.
– Подозреваю, что ты не хочешь жить с нами из-за того, что у нас ты не сможешь проявить той осмотрительности, на которую ты способна. Хотя вряд ли можно назвать раннее свидание в библиотеке удачным и осмотрительным, если хочешь знать мое мне…
– Просто хочу избежать нотаций, который мой брат начнет читать некоему другу о честных намерениях и тому подобной ерунде. Скажите мне, это справедливо?
Пен и Бьянка обменялись быстрыми взглядами.
Пен закусила нижнюю губку, а Бьянка, которая отличалась своей способностью задавать прямые вопросы, задала его:
– Шарлотта, дорогая, ты имеешь в виду, что были обсуждения в отношении этих честных намерений?
– Войдя в эту комнату, я сказала лишь то, что у меня больше нет дома. Теперь проблема заключается в следующем: где я буду жить завтра и как поступить, чтобы видеться с Амброузом.
Это вернуло молодых женщин к насущным делам.
– Ты можешь остаться здесь, – предложила Пен. – Через два дня я отправляюсь на побережье, а когда вернусь, буду жить на Расселл-сквер. Конечно, этот дом раза в три меньше твоего, но он верно служил мне долгие годы.
– Уверена, Леклер продолжит содержать его, – добавила Бьянка.
– Мне не нужна его помощь. Я не осталась без средств, просто в данный момент я лишена дома. Моих средств достаточно, чтобы достойно жить даже без помощи Марденфорда.
