— Естественно, я Генриетта Ролланд, сэр. Только не знаю, к счастью или к несчастью, это уж как вам будет угодно, мы с вами незнакомы. И я не отношу вас к числу джентльменов, которые вызывают интерес. Во всяком случае, у меня. Следовательно, нам больше не о чем говорить.
Увидев, как маркиз удивленно посмотрел на нее и в замешательстве вскинул черную бровь, она тотчас пожалела о столь откровенной грубости.
— Я полагаю, — продолжил он еще медленнее, чем минуту назад, — можно сказать, уверен, что мы танцевали с вами на маскараде на балу у Рэнлигов минувшим вечером, мисс Ролланд. Только что я справлялся о вас у моей тети, леди Мелбери. Она указала мне на вас.
— Неужели мы танцевали с вами, сэр? Странно, я что-то не припомню.
— Может быть, я ошибся, — сказал он, хотя был уверен в обратном. Но как бы то ни было, это убожество, стоявшее перед ним, никак не соответствовало тому, что он ожидал увидеть. Это были два разных человека. Или один человек, состоящий из двух частей, которые совершенно не вязались вместе. Он пытался разобраться в происходящем. Все в этой странной леди смущало его: ее слова, голос, холодный тон, надменность, дерзкие незамедлительные ответы. Решительно все. «Нет, здесь определенно что-то кроется».
Хэтти заметила в его глазах и выражении лица борьбу противоречивых чувств, отражавших его сомнения и догадки, и решила, что пора положить конец насмешкам и оскорблениям. Раз уж он выяснил, что та Генриетта Ролланд, которая была накануне в маске, способна веселиться, острить и подтрунивать над ним, надо разрушить этот образ. Она должна сейчас стать такой, какой на самом деле никогда не была настоящая мисс Ролланд. Без особых усилий она снова скосила глаза.
— О-ля-ля, сэр, — развязно воскликнула она и глупо заулыбалась. — Вы разоблачили меня. — Она изо всех сил старалась изобразить кокетство и даже игриво замахнулась на него, как будто намеревалась стукнуть его по руке. — Скажите спасибо Джеку. Это он, бесстыдник, наболтал вам, что вы мне якобы не понравились, — добавила она с противным смешочком, заметив недоверие на его лице. Она тут же мысленно попросила у брата прощения, испытывая отвращение к самой себе за этот дурацкий спектакль. — В самом деле, сэр, точнее, ваша светлость, вы пользуетесь большим успехом у дам. Я должна признаться, что все мои шутки были лишь невинной уловкой, чтобы подольше потанцевать с вами. Вы такой шикарный кавалер! Я надеюсь, у вас достанет великодушия простить мне эту невинную ложь?
При виде вытянувшегося лица лорда Оберлона она едва не расхохоталась. Интересно, добилась ли она своего? «Ну как, ваша светлость? Присмотритесь получше! Разве я не безнадежно плоха? Или не слишком отталкивающая? А может быть, от меня даже смердит?»
Маркиз определенно сердился. Он был готов устроить хорошую трепку Джеку за то, что тот поставил его в глупейшее положение. Теперь он уже не хотел ничего иного, только бы избавиться, и как можно скорее, от этой невыносимой омерзительности сестры своего друга. И все-таки где-то в глубине сознания у него опять шевельнулось сомнение: «Что это? Два разных человека? Или две не связуемые половинки одного?» Хотя на его лице было ясно написано неудовольствие, все же он постарался напоследок быть спокойным и вежливым.
— Любопытная деталь, мисс Ролланд. Вот сейчас вы, кажется, никак не можете обойтись без очков. Хотя я припоминаю, что прошлым вечером вы без труда видели карты в игорном зале. Я еще подумал, что у вас глаза, как у орла.
Хэтти издала скрипучий смешок и стала неуклюже отговариваться:
— Фи, как вам не стыдно, ваша светлость! Что вы такое говорите! Это невероятно. Носить очки и маску в одно и то же время? — От противного писклявого визга у нее самой поползли мурашки по спине. — Вы такой щеголь и не можете этого понять, — поспешила она перевести разговор на его личность. — Клянусь вам, у меня до сих пор сердце не на месте. Правда, Джек устроил мне маленькую взбучку за то, что я не отходила от вас. Но я сказала ему, что вы так прекрасно танцуете, такой галантный кавалер и такой…
Она была готова и дальше лить на него поток восторженной лести, но он больше не стал ее слушать и не хотел увязывать ее половинки. Он измерил Хэтти таким холодным и презрительным взглядом, что ей стоило большого труда придержать язык за зубами.
— С вашего позволения, сударыня, я, пожалуй, пойду на свежий воздух. А брата поздравьте с удачной шуткой.
Глядя ему вслед, она почти захлебывалась от душившего ее хохота. В какой-то момент он замедлил шаги, молча постоял с минуту и затем, не оглядываясь, пошел прочь.
«Так тебе и надо, самодовольный дьявол», — сказала она про себя, наблюдая, как к нему приближалась очаровательная мисс Каролина Лэнгли, караулившая его все это время. «Резвитесь на здоровье, ваша светлость. Мисс Генриетте Ролланд предостаточно вашего внимания. Впрочем, она на него и не рассчитывала».
Хэтти была довольна собой. Она успешно разделалась с ним. Теперь ее занимал только один вопрос: как долго лорд Оберлон будет пребывать в неведении? Когда он узнает об интрижке лорда Гарри с его любовницей? «Нужно еще больше распалить его ярость». И она решила снова прогуляться с Мелисандой в парке. Только бы Всевышний удержал Мелисанду от плотского соблазна! «Если эта красавица вздумает затащить лорда Гарри в постель, вот это будет номер», — подумала она, криво усмехнувшись.
Глава 20
Чтобы нанести обещанный визит мисс Изабелле Бентуорт, лорду Гарри нужно было очень быстро собраться и произвести исключительно точный расчет времени. Ни при каких обстоятельствах ленч сэра Арчибальда не должен был состояться даже на секунду позже полудня. Естественно, присутствие на нем Хэтти оставалось таким же обязательным, как и сам точно установленный час ритуала.
Когда лорд Гарри вместе с мисс Изабеллой оказался в компании с ее мамой, высокого роста дамой с крючковатым носом, было минут без пяти десять утра. Матушку чрезвычайно интересовали подробности родственных связей семейства Монтейтов. Хэтти легко парировала не слишком деликатные вопросы леди Бентуорт и наблюдала, как Изабелла мучилась от неловкости в связи с чрезмерной любознательностью своей матушки. «Дай Бог, — думала Хэтти, — чтобы сэр Гарри был счастлив в этой семье и чтобы в будущем Изабелла не впала в подобную отвратительную манерность». Она также мысленно пожелала своему другу, чтобы мать Изабеллы жила от них как можно дальше, лучше всего в противоположном конце страны.
В целом, как считала Хэтти, визит достиг своей цели; у нее появилась прочная надежда на то, что у сэра Гарри возникнет ревность и он рассердится на лорда Гарри за это легкомыслие. Отличная комбинация! Интересно, как в действительности поведет себя сэр Гарри? «Тупица! Вот уж воистину болван!»
