Когда Хэтти подошла к мисс Бентуорт и увидела ее вблизи, то решила, что сэр Гарри просто сумасшедший. Изабелла была без преувеличения очень обаятельной девушкой. У нее были выразительные карие глаза, спокойные и теплые. Ее приятная наружность совсем не была обманчивой, эти красивые глаза светились неподдельной добротой. Хэтти даже начала сомневаться, заслуживает ли сэр Гарри такой партии. Она отметила, что у мисс Бентуорт необыкновенно красивые волосы — блестящие, темные, без всякого намека на красноватый отлив, напротив, черные как смоль. Ее волосы были красиво зачесаны наверх, и только небольшая россыпь мелких кудряшек обрамляла ее тонкое лицо цвета слоновой кости со стороны лба и на висках. Нет, сэр Гарри определенно не стоил мисс Изабеллы — таков был окончательный приговор Хэтти. Она была уже близка к тому, чтобы завладеть рассеянным вниманием мисс Бентуорт, как неожиданно ее отвлек скрипучий голос мисс Мод Лэнгли.
— Вы ли это, мисс Ролланд? — сказала мисс Мод тягучим приторным голосом, от которого у Хэтти сразу возникла оскомина. — Я безумно рада видеть вас вновь, моя дорогая. Простите, что я не смогла наведаться к вам. Я была ужасно занята. Сплошные балы и рауты! Мне с трудом удалось выкроить время для покупки нескольких новых платьев.
«Какое счастье, что судьба оказалась столь милостивой ко мне», — подумала Хэтти, набирая в легкие побольше воздуха и лелея одно-единственное желание — поскорее избавиться от этой занудливой особы.
— Я понимаю вас и прощаю вам этот грех, мисс Лэнгли, — сказала она, повышая голос и привнося в него одновременно с визгливыми нотками противный гнусавый оттенок. — А где ваша прелестная сестра? Неужели ее не будет сегодня? В таком случае я не сомневаюсь, что все джентльмены дружно завоют в один голос.
Мисс Мод сразу же стала менее дружелюбной:
— Ах, вы о Каролине! Нет, она здесь. Должно быть, где-нибудь в углу без стыда и совести флиртует с каким-нибудь джентльменом. Мама просто в отчаянии от ее поведения. Оно недостойно настоящей леди и отпугивает от нее мало-мальски приличных кавалеров.
— В это трудно поверить, мисс Лэнгли. Джентльмены любят живых и красивых девушек. Вероятно, уже с начала сезона она потеряла счет предложениям руки и сердца.
Мисс Мод нашла слова Генриетты Ролланд неуместными и дерзкими. Они произвели на нее не менее отталкивающее впечатление, чем ее неприглядная, подходящая разве что для дома одежда. Она мрачно посмотрела на Хэтти, отчего ее длинный нос вытянулся еще больше, и затем, откровенно разглядывая каждую складку на бесформенном гороховом платье, издала короткий ехидный смешок.
— Уж вам-то, мисс Ролланд, наверняка не приходится беспокоиться на этот счет. Вряд ли вам грозит пресыщение вниманием сильного пола.
Хэтти с трудом удержалась от смеха, однако сделала вид, что раздосадована. Она косо посмотрела на мисс Мод и с важностью произнесла прежним омерзительно гнусавым голосом:
— Возможно, вы правы, мисс Лэнгли. Но я не исключаю, что вы составите мне компанию на этот сезон. Вот уж тогда мы с вами вдоволь перемоем косточки всем хорошеньким девушкам, пока будем сидеть у стены и смотреть, как они танцуют.
— Экая насмешница, — едва слышным шепотом сквозь зубы сказала мисс Мод, не отважившись по каким-то соображениям произнести это громче и внятнее. Затем она с важностью удалилась.
— Просто невыносимая особа. Ужасная, правда? Однако вам неплохо удалось отделаться от нее и главное — вежливо.
Хэтти обернулась на незнакомый женский голос и увидела стоявшую рядом мисс Изабеллу Бентуорт.
— Это вовсе не трудно, если знаешь, чем задеть ее за живое. Простите, сударыня, меня зовут Генриетта Ролланд. Я рада познакомиться с вами. Я давно приметила вас. Вы одна из самых привлекательных девушек в этой гостиной. Я думаю, вы и сами знаете это. Зато мисс Мод, дай ей волю, отыскала бы у вас кучу изъянов: в наружности, одежде и характере.
Мисс Изабелла Бентуорт улыбнулась, сначала сдержанно, а потом довольно — во весь рот.
— Раньше мне не приходилось встречать вас в обществе. Вы недавно в городе?
— Да, сравнительно недавно. Но я видела вас, мисс Бентуорт. Пару раз вы были с одним молодым джентльменом. Он высокого роста, хорошо сложен и красив лицом. Одевается щеголевато и вообще выглядит решительным и лихим. Во всяком случае, так мне показалось. — «Ну это уж я слишком», — подумала Хэтти насчет лихости. К ее удивлению, мисс Изабелла не выказала никакого недовольства столь откровенной оценкой ее поклонника. Она только зарделась и смущенно опустила глаза на свои атласные туфельки.
— Я думаю, вы говорите о сэре Гарри Брэндоне.
От Хэтти не скрылся оттенок тревоги в голосе собеседницы. Она понимала, что после столь непродолжительного знакомства и нескольких фраз не может делать сколько-нибудь серьезные выводы о ее характере. Но в целом мисс Бентуорт была ей очень приятна и невольно располагала к дальнейшему общению.
— Я наслышана о сэре Гарри. Говорят, из всех холостяков он едва ли не самый завидный жених, не правда ли?
— Думаю, да.
Ответ мисс Бентуорт прозвучал явно безрадостно.
После этих слов у Хэтти не было сомнений, что Изабелла не только благосклонно принимала ухаживания ее друга, но и отвечала ему взаимностью. Хэтти с удовольствием дала бы сейчас хороший пинок сэру Гарри за то, что он своими проволочками мучил такую прелестную молодую леди. «Лихой? Чушь собачья! Чурбан!»
— Извините за откровенность, мисс Бентуорт. Мне показалось, что в отношении этого молодого человека у вас есть определенная линия поведения. Надо думать, он тоже имеет вполне серьезные намерения?
Мисс Изабелла окинула глазами симпатичную ей мисс Ролланд и доверительно сказала:
— Вы угадали, мисс Ролланд, для меня это больной вопрос. Но сейчас эти разговоры теряют всякий смысл. Моя мама спит и видит, чтобы я обручилась к концу сезона. У меня три сестры, и все они дожидаются своего выхода. А разговаривать на эту тему с Гарри бесполезно. Он бледнеет при разговорах о женитьбе. Ему уже двадцать четыре, а он все считает, что еще не созрел. И все потому, что его зять, граф Марч, женился в двадцать восемь лет. Вот и Гарри, подражая ему, говорит, что сделает это не раньше, чем в таком же возрасте. Он без конца повторяет, что мне сейчас должно быть только четырнадцать лет, а не восемнадцать. В этом, видите ли, все дело. Иногда он становится еще упрямее, чем моя мама. И тогда я прихожу в ужас от мысли о замужестве: ведь с таким супругом придется прожить всю жизнь.
«Кто с этим станет спорить!» Все, что Хэтти сейчас услышала, в точности соответствовало логике рассуждений сэра Гарри. Сказать по правде, она не прониклась сочувствием к трем незнакомым ей сестрам девушки, но судьба самой Изабеллы была ей небезразлична. Когда она выслушала конец ее рассказа, в голове у нее невольно мелькнула мысль о самой себе. Стала бы ее собственная мать, если бы была жива, вот так же настойчиво толкать ее под венец до конца первого сезона? «Бог мой, что за спешка? Ведь сезон еще только начался».
