ни пытался услышать, ничего не разобрал, кроме последних слов — весьма благоприятные дни.
Судя по раскрасневшемуся лицу Адель, ничего страшного он ей не сообщил, наверное, рассказал, когда лучше собирать травы для отвара. Ладно, самое важное дело сделано, осталось принять гостей и придумать, куда их разместить на ночевку.
64. Разговор с Генералом
Первым вошел Генерал Дариан Вейз, сын главы обсидианового рода драконов. Бывший Генерал, насколько я понял из слов Алекса. За самовольный поступок император разжаловал его и сослал в Сумеречное Предлесовье, сюда, к нам, но я то знал, что бывших Генералов не бывает.
Не удивлюсь, если это стратегический ход, чтобы отвлечь внимание, создать видимость наказания, а на самом деле попытка выстроить грамотную защиту важных земель от недружественных соседей.
Признаюсь честно, только увидев, я сразу воспринял его в штыки. Молодой (даже младше кузена), с отточенной изнурительными тренировками фигурой, он излучал уверенность и надежность одним только своим видом. И даже его походка была больше похожа на твердый шаг победителя, а не опального и лишенного всего дракона.
Не понимаю, почему отец отвернулся от него и вычеркнул из своего рода, я бы никогда так не поступил, каким бы сын не был. А Дарианом можно было гордиться.
В свое время я был наслышан, как он в короткие сроки возвел крепость на северной границе империи, отразил три крупных атаки соседей, нанеся им несокрушимый урон, из-за чего их вылазки прекратились и граница стала спокойней.
Но стоило Генералу посмотреть на мою Адель и почтительно поцеловать руку в знак приветствия, я сразу завелся и бросил на него злой и недружелюбный взгляд.
Несмотря на то, что я был полностью уверен в чувствах Адель ко мне, в очередной раз не бросившей меня, не отвернувшейся, а наоборот, отдающейся мне со всей своей страстностью, мое мужское эго задевал вид пышущего здоровьем дракона.
И если раньше я считал эти эмоции ревностью, то сейчас понял, что это банальная зависть. И страх. Что я все-таки никогда не встану на ноги и не смогу обеспечить достойную жизнь Адель и нашим детям.
Только подумал и сам удивился. Стоило лекарю намекнуть, что я более не бессилен, как мое сознание сразу стало подбрасывать картинки нашей счастливой семьи с маленькими дракончиками. Интересно, какими они будут?
Я посмотрел на жену и непроизвольно улыбнулся. Хочу девочку. Самой первой. Чтобы она также, как мама смущенно кусала губки, опускала взгляд, скрывая смешинки в глазах, весело и задорно смеялась и вила из меня веревки.
— Ваше сиятельство! Рад приветствовать вас! — обратился ко мне Генерал, протягивая для приветствия руку.
Я внимательно вгляделся в его лицо, и, не заметив и тени презрения или жалости, пожал. Ладно, он же не виноват в моих злоключениях. Так и быть, постараюсь быть доброжелательным хозяином. Он ведь сильно помог своим приездом.
Сев на участливо предложенный стул, Дариан с удивлением осмотрел комнату и перевел озадаченный взгляд на меня. Я не удержался и невольно улыбнулся. Да, да, если ты рассчитывал заночевать в нашем доме, то ты сильно заблуждался. Наша изба в буквальном смысле не поместит всех приехавших гостей.
Но, оказалось, я заблуждался на его счет.
— Прошу прощения за нескромный вопрос. — начал он. — но не хотели бы вы переехать в центр деревни? Для себя и своих солдат я купил за бесценок два десятка добротных домов, и дома есть еще, более просторные и вместительные, чем… этот дом. Деревня долгие годы была предоставлена сама себе, и многие жители уехали, бросив имущество.
Заметив, как тяжело вздохнула Адель, Генерал все равно продолжил настаивать.
— Граф Штолли мне рассказал вашу историю, госпожа Бирек. Но путь до этой деревни не близкий, никого из приезжих, помимо вас, давно в ней не появлялось. Если не афишировать ваше имя, а представить вас, например, экономкой при герцоге, то жители ничего и не заподозрят, и никому не сообщат. И даже ваши близкие отношения никого не удивят, и воспримутся как вполне закономерное явление. Зато вы будете жить в более … кхм… приемлемых условиях, сможете нанять помощников по хозяйству. Я считаю, не дело, что герцогиня вынуждена сама возделывать огород, носить тяжелые ведра для полива, портить свою белоснежную кожу под палящим полуденным солнцем. Да и к тому же надо обладать существенной физической силой, чтобы…Прошу заранее простить, если слова вас заденут или обидят, но, Герцог, ваша жена слишком хрупкая и нежная для того, чтобы банально перевернуть вас на другой бок!
С горячностью произнеся свой монолог, Генерал с искренним непониманием и осуждением уставился на меня, а я замер. Давно никто не смел так открыто и смело разговаривать со мной. Кроме кузена, естественно.
И если сначала речь Дариана меня обескуражила и разозлила, и я даже намеревался прогнать этого зазнавшегося и обнаглевшего вконец Генерала, то быстро остыв, успокоился. Генерал был прав. Я и сам это понимал.
Условия, в которых мы живем не предназначены для такого нежного создания, как моя жена. И я совершенно не хотел, чтобы она уставала, и весь день тратила на ведение дел по хозяйству. Тем более сейчас, когда нам будет чем заняться долгими вечерами, а для этого определенно понадобятся силы.
Я взглянул на Адель, мысленно ее раздевая и представляя, как она подходит ко мне… садится на постель… медленно проводит своей хрупкой ладонью по моему животу, решительно направляясь вниз… и тут же схватил бумагу, не глядя написав ответ, что согласен, и прошу помочь с поиском домом.
Протянув исписанный листок Генералу, я заметил, как тот облегчённо выдохнул, прочитав ответ и кивнул.
— Ты правда считаешь, что нам стоит переехать в деревню? И что это будет безопасно? — озадаченно спросила Адель, подходя ближе и читая текст.
Бездна! Я забыл посоветоваться с женой. Все-таки именно она рискует выдать свое местоположение и навлечь на себя гнев императора и внимание преступников.
Поэтому я тут же набросал второй лист. Где просил присмотреть дом, подготовить к переезду, но а мы завтра утром свяжемся с императором и обсудим этот вопрос.
Генерал удовлетворенно кивнул и со смешком произнес:
— Если вы про первого министра, то думается, ему сейчас не до герцогини. Он вместе с дочерью взяли в оборот его величество, Адриана, пуская слух, что Камилла Брук является его истинной. Но боюсь, они слишком высоко замахнулись. Вся столица несколько дней только и гудит об этом, делая ставки, бросит император свою прежнюю жену или
