Андрусовский договор о перемирии стал значительным дипломатическим успехом A. Л. Ордина-Нащокина. После доклада царю о результатах переговоров, Афанасий Лаврентьевич был пожалован в бояре и получил в награду 500 крестьянских дворов в Костромском уезде, вотчину в Порецкой волости под Смоленском, 500-рублевый боярский оклад и атласную шубу на соболях. В благодарность за службу по специальному указу царя Алексея Михайловича, Ордин-Нащокин в 1667 г. становится главой Посольского приказа с титулом «царственные большие печати и государственных великих посольских дел оберегатель».
Ордин-Нащокин отдавал отчет в том, что возможная война или мир с Османской империей будут иметь общеевропейское значение, поэтому необходимо было заручиться поддержкой ведущих европейских государств. Сразу же после назначения главой Посольского приказа, он энергично берется за подготовку целой серии посольств, отправленных в мае-июне 1667 г. Русские посольства были направлены в Испанию, Францию, Голландию, Англию, Данию, Швецию, Бранденбург, Венецию, Австрию, Турцию, Персию, Крым. По пути следования дипломаты проезжали мелкие прибалтийские и немецкие государства, вольные города, власти и жители которых тоже узнавали о заключенном между Россией и Польшей перемирии. Официальной целью посольств являлось уведомление о состоявшемся перемирии, но в действительности Россия стремилась восстановить дипломатические связи с Западной Европой, нарушенные войной с Польшей и Швецией, и обрести союзников. Размах дипломатической деятельности Посольского приказа в 1667 с свидетельствовал о способности Ордина-Нащокина решать задачи европейского масштаба.
Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин очень высоко оценивал значение Посольского приказа, считая его «оком всей великой России». По мысли Ордина, Посольский приказ должен был иметь «промысел» и «неотступное попечение» о государственном благе. За четыре года руководства приказом он упорядочил работу и значительно возвысил роль этого учреждения. Ордин-Нащокин прилагал все усилия к тому, чтобы повысить качество личного дипломатического состава. Он подчеркивал, что Посольский приказ должен «хранить яко зеницу ока… беспорочные люди». Они должны обладать опытом, инициативой, самостоятельностью и стремиться к тому, чтобы с честью служить на дипломатическом поприще. Качество дипломатической службы, с точки зрения Нащокина, определялось не количеством посольских работников, а их талантами и чувством ответственности за свое дело. Будучи противником безоговорочного заимствования иностранного опыта, Ордин-Нащокин в то же время придерживался правила, что «доброму не стыдно навыкать и со стороны, у чужих, даже у своих врагов». Нащокин развил практику перевода иностранных газет и вестовых писем, из которых составлялись сводные выписки — «Куранты». Эти рукописные листки стали предшественниками печатных газет. Посольский приказ, таким образом, был осведомлен о том, что делалось в западноевропейских странах. Ордину-Нащокину принадлежит инициатива создания дипломатической почты между Россией и Польшей.
В качестве главы Посольского приказа и руководителя внешней политики Российского государства Нащокин принимал меры к обеспечению торговых интересов России в других странах. В 1667 г. по инициативе A. Л. Ордина-Нащокина был составлен Новоторговый устав — протекционистский закон о внутренней и внешней торговле России. Покровительствуя отечественному купечеству устав строго регламентировал правила торговли для иностранцев, особенно из Западной Европы. Купцы из Европы должны были торговать только в приграничных городах и в дни ярмарок. Для них устанавливался перечень товаров, которыми они могли торговать. Иностранным купцам запрещалось заниматься розничной торговлей, а иностранные товары облагались высокими таможенными пошлинами.
Главной проблемой внешней политики Российского государства в бытность Ордина главой Посольского приказа оставался украинский вопрос. Ордин-Нащокин был сторонником соблюдения Андрусовских соглашений и лично принимал участие в 1669–1670 гг. в съездах с польскими уполномоченными. В это же время наметились первые расхождения между Ординым и царем. Противники Нащокина выступали против его политической линии на союз с Польшей. Они стремились не только к удержанию за Россией Киева после истечения оговоренного перемирием двухгодичного срока, но и к присоединению Правобережной Украины. Это направление во внешней политике поддерживал и царь. Ордин-Нащокин же последовательно выступал за мир с Речью Посполитой для решения более важной проблемы, присоединения побережья Балтийского моря к России. Недовольство в правительственных кругах действиями Ордина-Нащокина скоро привело к его устранению сначала с поста руководителя Малороссийского приказа, а затем и Посольского приказа.
В начале 1671 г. обсуждался вопрос об отправке в Польшу посольства для заключения мира. Полномочным послом был назначен Нащокин, но вместе с тем, его отстранили от управления Посольским приказом и лишили титула «оберегателя». Место Ордина занял его политический противник А. С. Матвеев, которому было поручено составление посольского наказа для Ордина-Нащокина. Наказ лишал посла свободы «промысла», т. е. инициативы, и предлагал ему действовать в строго ограниченных рамках, в роли простого исполнителя полученных указаний. Нащокин заявил, что ему на таких условиях «в той посольской службе быть невозможно», и под предлогом болезни отказался от участия в посольстве.
В декабре царь формально принял отставку своего первого дипломата. В начале 1672 г. A. Л. Ордин-Нащокин уехал из Москвы. В Крыпецком монастыре Иоанна Богослова, в 60 км от Пскова, 21 февраля 1672 г. местный игумен Тарасий постриг его в монахи под именем инока Антония. После смерти царя Алексея Михайловича инок Антоний направил новому царю Федору Алексеевичу две автобиографические записки и челобитную с изложением своих внешнеполитических взглядов. Антонию разрешили вернуться в Москву, но его идеи оказались невостребованными. Оторвавшись от дипломатической жизни, инок не учитывал реальной обстановки, оставаясь на прежних позициях. В 1679 г. он вернулся в Псков, а в 1680 г. умер в Крыпецком монастыре.
А. С. Матвеев
Артамон Сергеевич Матвеев был одним из наиболее видных государственных деятелей России второй половины XVII в. Он бы выдающимся дипломатом, военачальником, разведчиком, писателем, историком, основателем русского придворного театра — вот далеко не полный перечень его талантов.
А. С. Матвеев родился в 1625 г. Его отец, дьяк Сергей Матвеев, был известен как весьма способный человек, выдвинувшийся на дипломатической службе при царе Михаиле Федоровиче Романове. В 13 лет молодой Артамонов был взят во дворец. Будучи старше царевича Алексея всего на четыре года, он рос и воспитывался вместе с ним. Позднее они даже состояли в некотором родстве. Артамон Матвеев был женат на Евдокии Григорьевне Гамильтон. Она происходила из знатного шотландского рода, осевшего в России еще при Иване Грозном. Родной дядя царицы Наталии Кирилловны Нарышкиной, второй жены Алексея Михайловича, был женат на племяннице Евдокии Григорьевны, тоже из семьи Гамильтонов.
В 16 лет Артамон Матвеев получил свою первую дворцовую должность — чин стряпчего. В 1642 г. в возрасте 17 лет он был назначен стрелецким головою (начальником) в Московский гарнизон, который предназначался, в основном, для внутренней охраны царского двора, а также охраны дипломатического корпуса. Образованность и личная преданность Матвеева сделали его вскоре любимцем и другом царя. Сохранилось немало свидетельств о верной службе Артамона Сергеевича царской власти и его немаловажной роли во внутриполитической жизни государства. В частности, он доказал свою преданность царю в «деле» патриарха Никона, пытавшегося поставить себя выше царя. В конфликте Алексея Михайловича и патриарха Никона Матвеев продемонстрировал понимание сути дела и гибкость ума.
Аналитические способности А. С. Матвеева, его умение правильно оценивать ситуацию и прогнозировать ее дальнейшее развитие ярко проявились во время восстания Степана Разина. В челобитной на имя царя в 1669 г. он предупреждал, чтобы разинцев не выпускали из Астрахани, иначе к ним присоединятся посадские люди, крестьяне и народы Поволжья, и появится тыл, который будет поставлять оружие, продовольствие и людей для войск бунтовщика.
После ареста в 1671 г. самого Разина и его брата Артамон Сергеевич внимательно следил и за отголосками разинского восстания в Запорожье. В 1673 г. здесь действовали некий «вор и самозванец», выдававший себя за сына царя Алексея Михайловича, — «царевич» Семеон Алексеевич и его пособник атаман И. Миюска. Матвееву удалось подкупить казацкую верхушку, которая сама выдала самозванца. В конце 1673 г. и в 1674 г. А. С. Матвеев участвовал в допросах руководителей восстания. Все полученные в результате этого материалы он лично передавал царю.
