серой массе. Сделал в него пару шагов, потом ещё и ещё уже с явным усилием, потом снова и… Вдруг только что была видна его спина, как мгновенно появилось его лицо, и он упал так, словно стена, в которую он упирался, вела не наружу, а внутрь и вдруг исчезла. Он поднялся, отряхнул штаны и развёл руками:
— Поэтому. Причём, насколько знаю, никто так и не смог преодолеть это препятствие. За все времена его существования.
— Интересный… Экскурс. Но для чего нужен я, всё ещё не очень понимаю.
Колдун погладил бороду и, подняв палец вверх, со значением произнёс:
— Охранный тригон!
Поскольку я не отреагировал, он вздохнул:
— Ладно. Тригон — самая простая магическая фигура. Равносторонний треугольник. Самый маленький базовый элемент домена Уэлсли. Всего три мегалита в его вершинах. Простейшей магии родовых окрестностей хватает, чтобы их подпитывать бесконечное число лет, поскольку здесь в принципе минимальное давление зеркальной магии. Поэтому даже единственному жалкому сквибу, что не способен заполнять мегалиты быстрее, чем они разряжаются, есть, где обитать.
Но так было не всегда. На пике могущества Уэлсли имели домен, границы которого держали до тридцати шести ритуальных фигур, и каждая из них отодвигала зеркальную магию на милю-полторы. Конечно, в среднем, обычно силы рода хватало на одиннадцать-двенадцать ритуальных границ, но и это не мало.
— Насколько я понял, я нужен, как батарейка для подзарядки артефактов?
— Ну… Не так грубо, но, в целом, да. Если заполнить три, граница отодвинется и откроет следующую тройку. Все эти круги, созданные предками, никуда не делись, так и существуют где-то там в целости и сохранности. Гм, надеюсь, что в целости и сохранности.
— А что там, за этим самыми зеркальными стенами?
— Там — тот самый вожделенный магический мир Пангеи, который никуда не делся. Растения, животные, вода… А главное — солнечный свет. Не знаю, как «с той стороны» выглядят наши домены, но оттуда льёт дождь, падает град, бьют молнии. Дует, опять же, ветер, не всегда тут так тихо. Оттуда иногда забредают животные, залетают птицы, насекомые или семена растений. Домен Уэлсли славился всегда призраками, поэтому их-то тут больше всего.
— Кстати, Флоримон, я смотрю, ты вполне нормально колдуешь палочкой. В чём же вообще сквибство твоё выражается?
— Разве это колдовство? Так, родовые дары кое-как работают, даже у такого сквиба, как я. Опять же, несколько слабых заклинаний, подходящих местной магии. Вне своего домена колдовать получается очень слабо. Мало у колдуна магии для серьёзных действий.
— А какие у тебя дары?
— Ну, в общем-то, не слишком полезные. К примеру, Уэлсли могут рубить призраков чем угодно. Даже руками могут рвать и, соответственно, манипулировать их частями.
— Ну… Круто ведь?
— Да не особо. Не слишком сложная рунная вязь на оружии — и любой маг может рубить призраков точно так же. Опять же, масса не слишком сложных чар самых разных магий позволяют справляться с призраками. Это вообще одни из самых простых и вместе с тем малополезных магических существ. Это как, скажем, дар очень изящно и красиво убивать кроликов.
Глава 30. Призраки Уэлсли — сновиденье магии
Призраки… Не были похожи на сложившиеся в голове образы совершенно, от слова "совсем". И на первый, и на второй взгляд они выглядели бесформенными кусками тумана, которые притягивает кристалл — магнит. Какой-то магии я в них не рассмотрел, а очки надевать пока опасался.
Флоримон же, казалось, просто упражнялся с мечом, делая чёткие выверенные взмахи, передвижения, используя инерцию меча, грамотно выдыхая в нужный момент. А туманные куски вроде бы как сами попадали под лезвие, после чего распадались, оставляя, как я отметил, комочки эктоплазмы. Она где-то растекалась лужицами на камнях, где-то медленно, вязко проходила сквозь травины, а где-то клейко стекала с листьев.
Через несколько минут свиста меча колдун недовольно буркнул:
— Что-то многовато сегодня этих… сновидений магии. Гарри, не зевай, собирай эктоплазму.
Я хмыкнул. Вот любят местные взрослые активировать детскую соображалку такими вот неконкретными задачами. Дать команду на выполнение и смотреть, как бедолага будет справляться. Иногда, конечно, таким образом молодёжь придумывает и новые способы. Что же… Придётся, я ж теперь как раз эта самая «молодёжь» и есть, да ещё вообще детского уровня.
Первым делом я отсоединил от своей робы капюшон, который всё равно просто так за спиной болтался. Не сложно, поскольку он крепился на первобытных пуговицах — коротких палочках, к центру которых была привязана бечёвка. Палочку в петлю, поворот — и всё работает. Поскольку ткань зачарована, вероятность того, что сквозь неё этот призрачный ингредиент просочится, не велика.
Ну не руками же брать эту подозрительную субстанцию? Поэтому вторым делом сотворил «две китайских палочки» из росшей у тропинки лебеды (как мне показалось на вид и запах). Но, чёрт возьми, определённо, лебеды магической, поскольку небрежно счищенные вместе с листками неспелые семена вдруг взлетели, собравшись в комок, и, подпрыгивая, покатились куда-то по воздуху. Гм. Но хоть инструмент не изменился. Мда, и лебеду эту руками зря. Хотя, вроде, на первый взгляд обошлось без урона.
Я крутанул палочки между пальцев и понял, что вполне могу применить навыки управления с китайскими столовыми аксессуарами из прошлой жизни. Попытка… Ещё одна и ещё попытка ухватить дымящуюся каплю эктоплазмы импровизированным инструментом успехом не увенчались. Палочки просто проходили насквозь. Почему же тогда на листьях кое-как, но держатся? Ага! Потому что они живые, да с магией. Из сорванного же растения магия, похоже, куда-то унеслась вместе с семенами и листьями.
Несколько безуспешных вариаций — и удалось подцепить пару капель эктоплазмы уголком капюшона. Чертовски неудобно, поэтому всё же попробовал пальцами. Ну что же… На ощупь, как холодная слизь, как я и предполагал. А вот то, что эктоплазма испарилась из ладоней, не успел я её донести до капюшона, было досадно.
— Гарри, в сумке черпак эктоплазмы, похожий на ложку на длинной ручке, исписанной рунами. Там же набор пустых фиалов, плоская чёрная коробка в боковом отделении.
И продолжает себе равномерно посвистывать мечом.
В душе шевельнулось было негодование, я же хмыкнул: «Да-да, Гарри, такой вот он гад». А теперь обязательно поморщиться, ведь это естественная реакция ребёнка. Но вместе с тем промолчать, создавая типа слизеринскую реакцию, что позволит повесить колдуну на меня определённый ярлычок и успокоиться, наконец, со своими шляпными тестами.
С «ложкой», что по размерам походила скорее на шумовку для снятия накипи с супа, дело пошло куда легче. Да ещё фиалы оказались очень даже приспособленными ёмкостями для сбора. На горлышках каждой
