Над парком поднимались две башни, – видимо, здесь жили студенты. Высоко вверху здания соединял переход, с прозрачными стенами. Над первым шпилем парили слова: «A fonte puro, pura defluit aqua», над вторым – «Qui prior est tempore, potior est est jure».
В правой из башен открылась дверь, и на садовую тропу вышел демон в черном строгом костюме, и того же цвета рубашке, застегнутой на все пуговицы. На лацкане сверкала алмазная заколка, в форме пеликана.
– Это наставник, – пояснила леди Артанис.
Вслед за ним появились семеро вормов.
Один из студентов шел сразу за наставником, остальные на шаг позади. Замыкала колонну женщина средних лет, – видимо, младшая воспитательница, – в темном жакете и плиссированной юбке. На голове ее хмурилась унылая шапочка.
Мне хотелось спросить, – всегда ли студенты здесь ходят строем, в сопровождении двух учителей, и бьют ли их молниями за то, что чихнут невовремя. Но потом я вспомнил о пирогах в кладовке леди Артанис, и решил с ней пока не ссориться.
– Не знал, что здесь учатся вормы, – заметил я.
На лице шестилапого, который шел впереди, ледяной коркой застыло высокомерие.
Мне показалось, юноша с глубоким презрением относится и к наставнику-демону, важно шагавшему журавлем, и к воспитательнице, ежом семенившей сзади, и тайком зевающей во весь рот.
Из другой башни появилась новая группа.
Впереди был ментор в черных одеждах, за ним шли юные демоны, – в таких же форменных сюртучках, что и вормы.
Шестилапые замедлили шаг.
Инферналы замерли.
Леди Артанис вся собралась и сказала:
– Ах, как неловко получилось.
Она шагнула вперед.
Воспитанники хором проблеяли:
– Добрый день, леди попечительница.
И мне показалось, что один из них сказал это слово на букву «ж», – впрочем, я мог и ошибаться.
Юный ворм поклонился нам и спросил:
– Леди Артанис, что эти делают в наше время?
– Генри, – суровым голосом ответила баронесса. – Вам прекрасно известно, какое решение приняли магистрат и попечительский совет Дома Плюща. Ваш отец был одним из тех, кто голосовал «за».
Лицо юноши стало еще надменнее.
Колонна остановилась. Наставница, видимо, придремала на ходу и не рассчитала шаг, толкнув последнего ворма.
Генри подошел к ней, и угрожающе зашипел, распушая жабры.
Демоны застыли.
Леди Артанис холодно спросила:
– Что вы себе позволяете?
– Слушайте, леди, – ответил Генри. – Вы прекрасно знаете, что происходит. Я не позволю этой ничтожной училке даже пальцем коснуться одного из моих вормов.
Леди Артанис побледнела, потом покраснела.
Шагнув к Генри, баронесса прошипела так громко, как может только рассерженная мантикора.
Я сразу понял, в кого удалась ее племянница.
– Маленький, маленький негодник, – сказала леди Артанис. – А если бы мне было позволено сказать «гаденыш», то я бы сказала: гадкий гаденыш. Если ты еще раз позволишь себе так говорить со мной, или зашипишь на одного из наставников, то пеняй на себя.
Генри смешался.
– А теперь, – повысила голос леди Артанис, – ваш класс будет наказан. Вы лишаетесь права участвовать в Олимпиаде, и победа достается соперникам. Немедленно извинитесь, и возвращайтесь на занятия.
Еще секунда, – мелькнуло у меня в голове, и нужно будет вмешаться.
Лицо ворма внезапно перекосилось. Никогда не думал, что шестилапые могут быть такими отвратительными и злобными.
Маленькие глазки сузились, шесть рук сжались в огромные кулаки, но леди Артанис стояла совсем близко, и не собиралась отступать. Что-то щелкнуло в голове Генри, и он, наверное, вспомнил о последствиях.
– Простите меня, баронесса, – холодно отчеканил ворм. – Простите меня, наставница.
Затем поклонился, и направился в башню, не дожидаясь ментора. Шестилапые последовали за ним.
Леди Артанис подошла к воспитательнице и тихо зашептала ей на ухо. Та попыталась что-то объяснить, но баронесса лишь махнула рукой и ответила:
– В другой раз. Проследите за тем, чтобы мое распоряжение было сразу же выполнено. Если сейчас не пресечь это безобразие, скоро мы все будем ходить с фингалами под глазом.
2
– На самом деле, – пояснила леди Артанис, устроившись в кресле.
Потом прервала себя, поднялась и сказала:
– Думаю, мы с вами испытали ужасное потрясение, а когда я испытываю ужасное потрясение, – пояснила она, – то, как я полагаю, и это уже проверено временем, очень положительно действует эльфийская настойка.
Она достала из шкафа довольно большую бутылку, и, насколько я разбираюсь в напитках, там была вовсе не эльфийская настойка, а нечто гораздо крепче.
Леди Артанис налила нам по бокалу.
– Как вы, конечно, поняли, вормы играют не первую скрипку в городе Преисподней. Магистрат старается сгладить противоречия, – поэтому был создан колледж Плюща. Здесь занимаются дети лордов-демонов и богатых вормов. Долгое время обучение шло раздельно. Сейчас мы решили пойти дальше, и ввели совместные курсы. Не всем это по душе, как вы могли заметить. Но мы надеемся, что дети Плюща проложат мосты между нашими народами.
Я в который раз подумал о том, что у шкрабов смешиваются два стиля речи. Первый – пафосный, когда они сеют разумное, доброе, вечное; и второй, – который больше пристал погонщику хрякобуйволов.
Ведь если взялся посеять, сначала надо распахать пашню, и лучше всего делать это розгами.
В дверь тихо постучали, и, не дожидаясь ответа, в комнату вошла инфернала.
Немного старше леди Артанис, она носила строгое платье с высокой талией. В волосах сверкали бриллиантовые заколки, над лицом славно потрудился пластический маг-трансмутатор.
Стоячий воротник закрывал ее шею, – второго предателя, после рук, который говорит вам о женском возрасте.
– Ченселлор, – сказала она, не утруждая себя такими мелочами, как познакомиться или «добрый день». – Как неприятно, что вы стали свидетелем этой отвратительной сцены. Но что поделаешь! Вормы – наглые и заносчивые существа.
– Розалинда, уймись, – прервала леди Артанис. – Мы должны сохранять спокойствие, и не выплескивать эмоции.
– Хотя, скажу по совести, – демоница не слушала баронессу. – Эта наставница такая клуша. Мы держим их для того, чтобы следили за мальчиками, – а что вместо этого? Сонная курица чуть не передавила студентов. Подумать только! Ах, уж эти люди.
– Да, и в этом тоже проблема, – обратилась ко мне леди Артанис. – Если еще и есть шанс примирить демонов и вормов, те и другие схожи в одном. Они терпеть не могут людей.
3
Когда мы вернулись домой, Джоуи еще долго бухтел и шумел, что его не взяли на прогулку.
Николас возразил:
– Тетушка работала, и даже твоя сестра Френки работала, а что сделал ты, мой юный друг, покажи мне результаты твоей деятельности за день?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
