южных ворот рынка также имелась большая доска, кстати, бесплатная, но объявления там не убирались под стекло, поэтому их часто срывали, а написанное на них смывало дождем.
Увы, после моих долгих дневных скитаний, я так и не нашел ничего подходящего для себя. Были либо запросы на всякие мелочные услуги, за которые не хотелось браться, либо работа, связанная с поездками за пределы города, сопровождение караванов, либо охрана всяких важных особ. На всякий случай я все-таки запомнил тексты двух объявлений — если в ближайшие пару дней не попадется ничего лучше, и никто не обратится по моему предложению на доске у «Лунного Гонца», то придется воспользоваться тем, что я сохранил в памяти.
Когда я вернулся, Флэйрин все еще спала. Я лег рядом с ней, но не для того, чтобы вздремнуть, хотя мне это было бы весьма на пользу, а для того, чтобы выйти на тонкий план: расширить свои энергоканалы и более эффективно пополнить магический ресурс, растраченный в утреннем вояже в чужой мир. Были опасения, что этот ресурс может мне потребоваться при вечерней прогулке в подземелье.
— Райс… — я услышал тихий голос Флэй.
Она, наверное, думала, что я сплю, и поэтому произнесла мое имя шепотом.
— Да, Флэй, — я мигом вышел из тонкого плана и повернулся к ней.
— Райс, я тебя люблю, — принцесса поцеловала меня в плечо своими мягкими прохладными губами.
Боги, как сложно отвечать на такие слова женщине! Для меня сложно совершенно всегда. Даже тогда, когда я тоже могу признаться в подобном состоянии своего сердца и это будет правдой. Говорила ли Флэйрин сейчас правду, я не знал. Однако я точно знал, что вампирши любят играть этими словами. Они умеют делать это хитро, даже коварно, что является частью их способности привязывать к себе своих любовников.
— Флэй, — я коснулся пальцем ее подбородка, — ты шутишь. Я же маг и знаю, что вампирши не влюбляются по-настоящему. Ты играешь мной, но мне очень приятна твоя игра. Я не против быть твоей жертвой.
— Нет, Райс. Я говорю правду. И теперь понимаю, что старуха Карлен говорила правду, что такое может случиться. То, что у меня к тебе, это совсем другое. Я никогда не испытывала такого трепета и желания ни к одному мужчине. Почему ты не веришь мне? — она приподнялась, заглядывая мне в глаза. — Пожалуйста, верь. Это идет от сердца. Мне кажется, оно становится другим. Оно бьется чаще и в нем все больше тепла. Я начинаю бояться саму себя.
— Флэй, моя девочка. Я тебя тоже люблю. Это еще не стойкое чувство, но знаю, что оно зачинается, — я погладил ее волосы.
— Ты не хочешь говорить об этом, Райс. Я чувствую — не хочешь. И я от тебя вовсе не требовала ответа. Я лишь поделилась, что происходит со мной, — она встала, поглядывая в окно. На верхушке башни Герсел остывали последние лучи солнца.
Я хотел возразить Флэйрин, но она перебила меня:
— Ты же проводишь меня? Я чувствую, мне обязательно нужно появиться сегодня дома. Я нужна Карлен и Аманде.
— Мы обязательно пойдем вместе. Я тебя одну не отпущу, — заверил я, вставая с кровати.
Примерно часа через два мы стояли у тайного входа в подземелье, один рукав которого вел под крепость Алкур, а другой в дому графини Арэнт. Позвенев ключами, я справился со ржавым замком, сдвинул засов и открыл решетчатую дверь.
Пройдя в темноту шагов двадцать, остановился, делая между двух ладоней светляк. Скоро яркий желтый шарик вплыл к своду, готовый сопровождать нас. Флэйрин зажмурилась и на ее лице появилась улыбка.
— Ты чего смеешься? — спросил я, беря ее руку.
— Мне нравится, как ты это делаешь. Как же хорошо, когда мой мужчина — маг, — ответила вампирша. — После полуночи пойдем на охоту? Не против? Все-таки мне нужна кровь. Я по-прежнему слаба, — признала она.
— После того, что ты делала со мной в постели, я бы такое не сказал, — ответил я, направляясь по расширяющемуся проходу.
Когда мы прошли примерно половину пути, Флэйрин вдруг насторожилась. Пройдя еще немного, вампирша замерла, вцепившись в мою руку.
— Там что-то происходит… — сказала она, вслушиваясь в звуки, которые я пока не слышал.
Мы пошли дальше, ускоряя шаг.
Флэйрин снова замерла, зажмурив глаза. И воскликнула, открыв их:
— Что-то с моей Карлен! Ее хотят убить! Райс! Карлен хотят убить! Бежим!
Глава 22
Гвозди в теле Карлен
Не знаю, что такое могла услышать Флэйрин, тем более, чтобы делать подобные выводы. Лично я не слышал ни единого звука, но последовал за ней.
— Догонишь, Райс! — крикнула она, скрываясь в темноте.
Я за Флэй явно не успевал. И как можно успеть за вампиршей, тем более в темноте? Светляк мне не слишком помогал, хотя он исправно двигался впереди вверху. Из неровностей свода, частых перепадов высоты и поворотов его свет для моих глаз часто сменялся резкой тенью, и мне приходилось замедлять шаг, чтобы не споткнуться. Вдобавок мешал посох. Я раз случайно зацепился им за выступ стены, и он едва не вылетел из рук.
За аркой начинался относительно ровный коридор и там я ускорил шаг. Теперь и до моего слуха доносились выкрики. Они раздавались невдалеке, скорее всего возле решетки, отделявшей путаный лабиринт подземных ходов под крепостью Алкур. Среди этих голосов я услышал голос Флэйрин, но не смог разобрать слов. Принцесса кричала на кого-то с сильным раздражением, скорее со злостью.
Я активировал «Усы Тигра», подозревая, что намечается серьезная стычка. Против вампиров без ускоренных реакций тела очень трудно. Посох? Вряд ли он сейчас мне потребуется. Судя по разноголосью там не менее десяти-пятнадцати жадных до крови «птиц». Временно перекинув посох в правую руку, я активировал в «Щит Нархана», пока не раскрывая его. Не останавливаясь ни на миг, правой принялся делать светляка, в этот раз большого, яркого. По-хорошему для этого требовалось две руки, но мастер я или нет? Когда-то в далеком прошлом я научился использовать собственный живот как вторую поверхность для линзы магического воздействия. Вот и сейчас между моей ладонью и животом зачалась желтоватая яркая точка, похожая на солнечную каплю. Яркий свет мне очень поможет, а вампирам он будет во вред. Уж, простит меня Флэйрин!
Когда я вбежал в зал, увидел принцессу и
