несколько обступивших ее вампиров. Кричавших на нее и распалявшихся от собственных криков. Все шло к драке.
— Прочь от нее! — крикнул я, отпуская светляка.
Он взмыл вверх, превращаясь из желтой капельки в яркий шар. Его свет тут же залил весь зал. Это был очень важный миг. Хотя мои глаза тоже ослепли от ярких лучей, куда больше он повлиял на вампиров. Они замерли, все разом замолчали, вертя головами и пытаясь сориентироваться, понять, что происходит. Я же получил возможность быстро оценить обстановку. Сразу бросилось в глаза место между осветительной чашей и проломом в решетке. Там к стальным прутьям была прикреплена большая доска и к ней какой-то человек… Чуть позже я понял, что это вовсе не человек, а та самая старая вампирша — Карлен. Какие-то негодяи прибили ее гвоздями к доске, забив их в плечи и ноги несчастной старухи.
Мельком я увидел Аманду с несчастными, смертельно напуганными глазами. Слева от нее Лургира, зло таращившегося в мою сторону.
Я тут же выронил посох, который мешал. Сильным ударом кинетики снес двоих вампиров, наседавших на Флэйрин справа — точно тряпичные куклы они отлетели к осветительной чаше. Трое других кровопийц попятились, и я помог им, развернув «Щит Нархана», прикрывая им себя и Флэйрин.
— Какой трусливый негодяй сделал это⁈ — вскричал я, кивнув в сторону Карлен и гневно глядя на Лургира.
После того, что Флэйрин рассказывала мне о своем давнем противнике, у меня не оставалось сомнений: Лургир или сам приложил к этому руку, или он был вдохновителем случившегося с Карлен бесчинства. Я примерно понимал мотивы: после того как Флэйрин помогла мне найти убийц Талонэль, Лургир постарался ее очернить. Особо ему не давала покоя победа в Флэйрин в поединке над ним и то, что Карлен провозгласила ее принцессой. Вот и решил этот негодяй вместе с приятелями отыграться на несчастной старухе.
— Забирай свою шлюху и уходи отсюда! Она больше не в нашем клане! — прорычал Лургир, разглядев меня в ярком свете и намекая на Флэйрин. — Я пока даю вам двоим шанс убраться с нашей территории!
— Но на этом наша история не кончится! — взвизгнул стоявший с ним рядом какой-то молодой кровосос. — За тобой большой должок! За Зейрона, за Раллона!
— За Кейнора! — подсказал кто-то со стороны пролома в решетке.
— Отдайте мне Карлен, и я уйду! И будьте вы прокляты! — воскликнула Флэйрин, направляясь к Карлен, которая была еще жива. Красные глаза старухи, полные страдания, смотрели на Флэй.
Зря пошла туда Флэй. Я понимал, что драки нам не избежать. И если бы принцесса оставалась рядом со мной, то мне было бы проще защитить ее. А так силы были не на нашей стороне. Все-таки охотников их клана здесь собралось с полтора десятка.
— Моя девочка! Моя принцесса! Уходи! Здесь только боль и страдание! Это место не для тебя! Прошу, уходи! — голосом, похожим на скрип сухого дерева, произнесла Карлен. — Оставь меня! Мне давно пора умирать!
— Старуха верно говорит: ей пора умирать! И умрет она здесь! Она приговорена кланом! Ты же, Флэй, понимаешь за что? За то, что посмела короновать тебя и внести смуту! Виновата во всем ты, Флэй! И ты должна быть казнена рядом с ней за самодурство и за предательство! — прорычал Лургир шагнув ей наперерез и с опаской поглядывая на меня. — Но мы сегодня добрые — возьмем лишь одну никчемную жизнь! Ступай, пока не передумали!
— Уходи и каждую ночь дрожи! Ведь мы потом объявим охоту на тебя! — прошипела рыжая вампирша.
— В сторону, Лургир! Я забираю Карлен, и ты не посмеешь мне помешать! — Флэйрин замерла перед ним, чуть согнувшись в коленях и будто готовясь к броску.
— Флэй, остановись! — крикнул я ей. — Ты же понимаешь, они не хотят решать это миром! И я очень хочу, чтобы тот, кто сделал это с Карлен ответил за это сейчас! Еще раз спрашиваю, какой негодяй мучил старуху⁈ Я хочу посмотреть ему в глаза и заставить заплатить за сделанное!
— Это не твое дело! Но ты прав — миром не будет! Разом с разных сторон! — крикнул Лургир, призывая своих к атаке. В руке его бледно-голубой молнией сверкнул адамантовый клинок.
Не знаю, как успела отреагировать Флэй — клинок рассек воздух в мизинце от ее лица. Прикрываясь слева «Щитом Нархана», я припал на правую ногу и ударил кинетикой, слишком не концертируя силу — важно было сбить с ног Лургира и двоих его приятелей рядом с принцессой.
Сбил, но зацепил Флэйрин. Она тоже упала на наземь от сильного толчкам в бок.
Вампиры, было бросившиеся на меня по команде Лургира, налетели на упругую преграду магического щита. Еще двое других оказались умнее и догадались щит обойти. Спасли меня «Усы Тигра»: я успел уклониться от когтей первого. Второго встретил точным «Наро панти чесс» — моя пятка с хрустом примяла его челюсть. Сильно примяла, так что тот упал наземь с раззявленным ртом, в котором торчали острые белые клыки.
Теперь «Щит Нархана» мне скорее мешал. Из-за него я не был достаточно подвижен. Я поменял его на «Дыхание Огня». Жар потек от точки Мантипуры через грудь к левой руке. В тот же миг из центра ладони появилась тонкая струйка огня, превратившаяся в огненный поток. Мощный поток толщиной с мою руку. Ближний ко мне вампир, оказавшийся в нем, с воем упал на пол, и принялся кататься, объятый пламенем. Остальные разом отхлынули к решетке: кто-то опаленный огнем, кто-то гонимый собственным страхом.
Я получил передышку. Сейчас больше всего меня заботила Флэйрин и Лургир. Моя принцесса уже вскочила на ноги и, к счастью, успела занять удобное место между колонной и осветительной чашей. Лургир, даже ослабленный недавним поединком с Флэйрин, оставался самым опасным из «птиц». А главное, он был вдохновителем расправы над Карлен и всего происходившего здесь. Самое разумное было его убить — это сразу бы остудило пыл остальных кровопийц.
Мои глаза мигом нашли Лургира. Я согнул правую руку и тут же выбросил ее вперед. Бил акцентированной кинетикой, сильно. Однако не попал так, как хотел — удар пришелся в его плечо. Клинок, до сих пор бывший в руке вампира, со звоном вылетел из нее. Я знал, что такой удар кинетикой — это очень больно, примерно, как удар молотом. Лургир едва сдержался чтобы
