милейшая госпожа! — подхватил ее и поставил на ноги. — Идти точно сможете?
Я было взял ее под руку, но вампирша, проявив неожиданную силу, оттолкнула меня и прошипела:
— Ну-ка дай сюда свой посох! — взяла его пробитой гвоздем рукой, опираясь на него и кряхтя словно в туалете, сделала несколько шагов.
До Румуса мы шли больше часа, несколько раз останавливаясь, чтобы Карлен отдохнула. Хотя она иногда постанывала от боли в пробитых гвоздями ногах, держалась старая вампирша молодцевато. Поначалу что-то наговаривала Флэйрин в мой адрес, вероятно поучала принцессу, как при совместной жизни правильнее пить из меня кровь. Потом уже на подступах к площади Двух Лун старуха будто забыла обо мне и дальше всю дорогу о чем-то шепталась с Флэйрин. Я шел позади в десятке шагов, не имея желания вникать в их разговор. Когда мы обогнули Южный рынок и двинулись по темному переулку к мосту Арака, из-за угла выскочило несколько лиходеев — трое или четверо. Я хотел было поспешить моим кровожадным дамам на помощь, однако чуть раньше, чем ускорил шаг, услышал нервный вскрик:
— Это вампирши, Хлей! Давай назад!
После чего отважные парни тут же исчезли в темноте.
Лачуга Карлен оказалась рядом с доками в гадком районе, между берегом Весты и замусоренным пустырем. Берег реки здесь пустовал, потому как его часто затопляло, и он был полон глинистых наносов. Если я поначалу сомневался, что лачуга Карлен до сих пор уцелела при том, что вампирша не появлялась здесь много лет, то позже понял, почему старуха не переживала за сохранность жилища. Этот убогий сарай вряд ли представлял хоть какую-то ценность, ну разве что как топливо для очага.
— Послушайте, Карлен, — сказал я, оглядывая сооружение, сколоченное из старых досок и всякого хлама — оно примыкало к небольшому домику тоже весьма печального вида. — Если вы знали о кладе, то почему же не воспользовались теми деньгами, чтобы как-то облагородить все это? — я обвел рукой ее жалкое сооружение, освещенное двумя лунами.
— Потому, что я свою жизнь прожила. Думала дожить последние дни среди наших «птиц», но оно вон как вышло. Как бы я на тебя, Райс сердито не смотрела, я все-таки благодарна Калифе что возле моей девочки появился ты. И благодарна, что ты избавил нас от Лургира. Считай, это золотишко, я передаю даже не Флэйрин, а даже как бы тебе. Но только… — она, глядя на меня, вдруг оскалилась и глаза ее покраснели.
— Крови что ли желаете? — рассмеялся я, подходя к ней.
— Клятвы твоей желаю! — старуха протянула ко мне руку с желтыми скрюченными пальцами. — Клянись, что никогда не оставишь Флэйрин!
Боги! Я вскинул взгляд к звёздам, покосился на яркий дик Андры. Как я могу дать такие клятвы⁈ Это такая же глупость, как клясться в вечной любви. Подобными словами разбрасываются либо лжецы, либо идиоты, не отвечающие за свои слова. Старуха сама того не понимая поставила меня в неловкое положение перед Флэйрин. Сказать, что я такую клятву не дам — Флэй это может обидеть. Я перевел на взгляд на принцессу — она, мило улыбаясь мне, пожала плечами, будто не имеет к этому никакого отношения.
— Госпожа Карлен, я, может, и голодранец, но я не из тех людей, которые разбрасывается словами, тем более клятвами. Я знать не могу, что будет потом. Может, сама Флэйрин не пожелает видеть меня рядом. Я не дам вам никакой клятвы. И позвольте подобные вопросы я буду решать с лично с Флэй наедине.
— Шетов маг! — прорычала она. — Не хочешь дать мне покоя! Я беспокоюсь о Флэйрин! Понимаешь ты или нет⁈
— Карлен, пожалуйста успокойся. Райс очень заботливый мужчина. Не надо от него требовать слишком много. Когда на мужчину слишком нажимает женщина, он может убежать, — с улыбкой и вполне резонно заметила Флэйрин, и та вроде успокоилась.
— Принесите мне завтра утром крови, — поморщившись, попросила она. — Сама я слаба, чтобы сходить на рынок. И будем считать, что это ваша плата за клад.
— Обязательно принесу, — пообещала Флэйрин.
С минуту другую мы стояли молча. Я с жалостью глядел на Карлен, в свете лун похожую на худосочного призрака. Старуха будто потеряв к нам интерес, смотрела на звезды. Потом сказала:
— Все, оставьте меня в покое! Идите отсюда, шетовы дети!
Флэйрин обняла ее, что-то прошептала на прощание, и мы пошли к мосту Арака.
— Если бы не ты, Райс, меня бы убили вместе с Карлен, — тихо сказала Флэйрин, беззвучно ступая рядом со мной по темному проулку. — Ты не сердись, что она так с тобой. Грубо разговаривает и требует непонятно что вместо того, чтобы высказать благодарностью — уж такая наша Карлен. Но она нас самом деле хорошая. Все это время была очень добра ко мне и Аманде.
— Флэй, дорогая. Старики и старухи, они как дети — они полны капризов иногда несут всякую ерунду. Разве я могу обижаться на это. Тем более, если она не пошутила насчет золота в том месте, о котором я ничего не знаю. Это я должен быть ей благодарен и бить поклоны, — ответил я, поглядывая на факела, появившиеся впереди у перекрестка, где начиналось Заречье.
— Не хочешь сходить в то самое место? — спросила вампирша. — Заодно и проверим, пошутила она или нет. У меня есть опасения, что Аманда могла слышать, что шептала Карлен. У нее хороший слух. И хотя она была мне подругой, я перестала ей доверять. Тем более после того, что случилось сегодня. Я могла бы простить трусость, но кажется здесь еще замешано и предательство. А его я не прощу никогда, — последние слова Флэй произнесла порывисто и сердито.
— Хорошо, пойдем, — неохотно согласился я.
Деньги мне были очень нужны, но я устал за сегодняшний день и вечер — слишком много всего было: путешествие в иной мир, ради спасения Салгора; беготня по городу в поисках работы; непростая стычка с вампирами. Ах, да, еще страсть с Флэйрин в постели — это тоже не шуточки: много эмоций и потраченных сил. Да и отданная моей принцессе кровушка не добавляла мне бодрости. Хуже всего было то, что за сегодня я изрядно растратил магический ресурс, а там в подземелье мало ли что может случиться.
— Нам придется идти через территорию твоего клана? — уточнил
