подолу топа. — Только и знаете, что с девушки одежду снимать…
Она медленно, будто нехотя, подняла тонкую ткань вверх, обнажая плоский живот, а потом… а потом топ застрял где-то на уровне груди.
— Застрял, чёрт бы его побрал! — фыркнула она, и оба рассмеялись, напряжение моментально разрядилось.
Смех помог ей справиться с застрявшей тканью, и Карина одним движением сняла топ через голову, бросив его на стул. Теперь она сидела перед ним в одних пижамных шортах и с голой соблазнительной грудью.
Игорь замер, его взгляд, тяжелый и пристальный, скользнул по её коже, и он с физической остротой ощутил пропасть между пиксельной иллюзией на стриме и реальностью. Там, на экране, была лишь картинка — составленная из света, продуманная ракурсами и гримом. Здесь же всё было настоящим, и эта подлинность ударила в кровь.
Её груди были упругими и аккуратными, чуть больше первого размера. Они мягко подрагивали при её дыхании, а их форма — идеальные, с мягким переходом к ареолам — казалась ему сейчас верхом эстетического совершенства. Ареолы были темно-розовыми, широкими, а соски — набухшими и твердыми. Игорь не мог оторвать взгляда от того, как мышечные волокна в ареолах сократились от прохлады или возбуждения, заставив соски стать еще более выпуклыми.
Свет ночника не просто падал на нее — он ласкал ее, ложась на склон груди и скользя в декольте, подчеркивая бархатистую текстуру кожи. Каждая крошечная родинка — всё это было частью живой, дышащей карты ее тела, которую ему теперь позволено было изучать. В этом была мощная, почти первобытная красота и щемящее чувство близости, от которого перехватывало дыхание. Карина заметила его затянувшуюся паузу и то, как он смотрит. Лёгкая краска выступила на её щеках, но она не стала прикрываться. Вместо этого она с напускной бравадой, слегка дрогнувшим голосом спросила:
— Ну что, продолжаем играть? Или будем просто сидеть и смотреть? Мне, конечно, лестно, но правила есть правила. Твой выигрыш — один предмет одежды. Хочешь узнать мою тайну — придётся выиграть ещё раз.
— Идет, — с готовностью согласился Игорь, не сводя с неё восхищённого взгляда.
Карина снова раздала карты, стараясь сохранять небрежный вид, хотя неловкость от его пристального взгляда заставляла её движения быть чуть более резкими. Они продолжили игру, обмениваясь лёгкими шутками, чтобы рассеять напряжение.
— У тебя там что-то в штанах торчит, — не выдержала Карина, смущённо указывая взглядом на его заметную выпуклость. — Или это ты так на мои карты реагируешь?
— Это у меня карманный фонарик, — парировал Игорь, не смущаясь. — На случай, если вдруг свет вырубится. Пригодится, чтобы… э-э-э… искать карты.
Они играли, смеялись, и азарт снова начал разгораться. На этот раз удача была снова на стороне Игоря. Он выложил свою победную комбинацию и посмотрел на Карину с торжествующим, но немного нервным видом.
— Ну что, — протянул он, собираясь сформулировать своё «желание».
— А ты точно не жульничаешь? — вдруг перебила его Карина, прищурившись с подозрительной улыбкой. — Два раза подряд так везёт только шулерам.
— Клянусь, нет! — Игорь возвёл руки в шутливом жесте капитуляции. — Просто повезло. Закон средних чисел, или как там его… Так что… — он сделал паузу, глядя на неё, — на этот раз я хочу…
— … чтобы я попрыгала с голыми сиськами? — быстро подсказала Карина, играя бровями и смеясь.
Игорь тоже рассмеялся.
— Это, конечно, заманчивое предложение… Но удача — дама капризная, она может уйти так же внезапно, как и пришла. Поэтому, не успев…
Он не договорил. Карина, поняв его намёк, с преувеличенным вздохом поднялась с кровати. Её пальцы потянулись к застёжке на её пижамных шортах. Она медленно, будто нехотя, стянула их через бёдра и сбросила на пол.
Теперь на ней остались только тонкие, почти невесомые трусики чёрного кружева. Эти так называемые трусики были настолько ничтожными, что скорее дразнили, чем прикрывали. Вся её сочная киска была как на ладони — тугая ткань впивалась в плоть, так что сквозь ажур проступала каждая складочка, каждая линия её половых губ.
Отчётливо виднелась пухлая щель, а в самом низу, там, где ткань растягивалась сильнее всего, зиял тёмный, мокрый разрез. Кружево стало влажным от её соков, и сквозь него проступал пряный запах возбуждения. Казалось, стоит лишь тронуть эту тонкую преграду пальцем, и она разорвётся, открывая взору всё тайное великолепие её плоти.
Игорь замер, его взгляд прилип к этой интимной детали.
— Ну всё, — с игривой угрозой в голосе провозгласила Карина. — Если в следующий раз выиграю не я, я тебя убью. В прямом смысле. Спрячу твой труп в том самом подвале.
— Ну что ж… Как карта ляжет, — усмехнулся Игорь, всё ещё не в силах отвести взгляд от её груди и тонкой полоски кружева, подчёркивающей каждую линию её тела.
Карина с азартом перетасовала колоду, карты шлёпались о стол с решительным видом. Новая партия была быстрой и напряжённой. И на сей раз удача улыбнулась ей. Она выложила выигрышную комбинацию и с победным кличем чуть подскочила на месте, отчего её грудь упруго подпрыгнула.
— Ой! — она самозабвенно рассмеялась, глядя на него с торжеством. — Ну что, Игорек? Кто теперь кого?
— Ну давай, может, желание… расскажу тебе, как меня в детстве собака укусила? — попытался увильнуть Игорь.
— Не-не-не, — Карина решительно покачала головой, указывая на него пальцем. — Не отлынивай! Я тут почти голая сижу, а ты до сих пор в штанах. Нечестно! Так что давай, снимай. Правила есть правила.
Игорь, понимая, что отступать некуда, со вздохом поднялся и стянул спортивные штаны. Под ними оказались простые серые трусы, и было отчётливо видно, как плотная ткань обтягивает его внушительное возбуждение. На светлой ткани проступило тёмное влажное пятно от предсеменной жидкости.
Карина внимательно посмотрела, и на её губах появилась ухмылка.
— Ого… Похоже, твой «карманный фонарик» не только светит, но и течёт. Надо бы починить, а то зальёт соседей снизу.
Игорь чуть смутился, но быстро взял себя в руки.
— Ну что, последняя партия? — предложил он, стараясь говорить уверенно. — И кто-то из нас будет сидеть полностью голым перед победителем.
— Да, — с вызовом кивнула Карина, её глаза блестели азартом. — Игра становится серьёзной.
Они снова начали играть. Напряжение было таким плотным, что как будто его можно было потрогать. Игорь, думая лишь о том, как
