— Ха-ха, — ухмыльнулась Алиса. — Я не обижусь, если ты немедленно начнешь валяться у меня в ногах.
— А давай я лучше отведу тебя в ресторан! — предложил возбужденный Олег.
— Поздно уже, — отказалась Алиса. — Завтра.
— Хорошо… — с загадочной улыбкой согласился Олег и завалил ее на подушки.
Он был все тот же — пылкий, красивый, мужественный, но почему-то Алиса его не хотела.
— Подожди… — с томной улыбкой (на всякий случай — вдруг передумает) она высвободилась из его рук и ускакала в ванную.
Усевшись на унитаз, закурила и попыталась разобраться, что с ней такое. Как она может его не хотеть? Ведь совсем не обязательно любить его — можно просто получить отличный секс от хорошо знакомого партнера, так в чем же дело?
А дело было в том, что она вдруг так ясно увидела этого взрослого мальчика, первого ученика в классе, избалованного сыночка, привыкшего к восхищению, боготворившего собственные капризы, и совершенно незрелого мужчину, который и пальцем не пошевелит ради того, чтобы женщина была с ним счастлива. ОК, женщина как аксессуар — неплохое дополнение к «Порше Кайман» или «БМВ 525», женщина как иллюстрация его мужского эго: вот, посмотрите, я трачу на эту ципу десять тысяч евро в месяц — и многие к этому стремятся, многие готовы терпеть, мириться с тем, что их не любят, и никогда не полюбят, но она-то, Алиса, женщина, которая может все — она ведь достойна большего. Достойна мужчины, который поймет, что она его единственная любовь, и сделает все, чтобы ее удержать. Бывает такое?
Мда… Олег — пройденный этап. Слишком близко она его подпустила, и теперь ей очень обидно: еще несколько дней назад она верила, что любит этого человека. Из-за обиды она даже секса никакого не хочет! Ну, и пошел он со своим сексом! Тоже мне — подарок!
А муки ревности? Зачем он заставил ее так страдать. Хотя, конечно, если бы не было этого дурацкого зеркала… но тут Алисе стало стыдно, и она про себя попросила у зеркала прощения… она бы и не узнала…
Глупости все это! Если твой парень не звонит неделю, а когда ему звонишь ты, разговаривает преувеличенно скорбным голосом: мол, я так устал, весь в делах, ни секунды свободной… — значит, он врет. Измена пахнет мертвыми чувствами — и к этому тошнотворному запаху невозможно приноровиться — как ни старайся, потому что пока у нас еще есть силы верить в собственное счастье, мы не готовы жить среди призраков — а они подкрадываются по ночам, принимая вид всех тех Лен, Кать, Оль и Марин, с которыми он был, пока мы ждали его звонка, и пугают нас тем, что мы все-таки останемся ни с чем — а точнее, ни с кем — раньше или позже, и тем острее будет наше одиночество, чем больше воспоминаний мы сохраним о том, как нас унижали — а мы соглашались.
Алиса вышла из ванной, подмигнула Олегу, который уже снял майку и выставил на обозрение свой безупречный торс, сказала, что хочет домой, и улизнула.
По дороге заехала в первый попавшийся бар, заказала ром с колой и огляделась. Несколько пар, компании одиноких девушек и одиноких мужчин, и еще одна компания — видимо, что-то празднуют.
— Разрешите вас угостить? — обратился к ней мужчина, что сидел по левую руку за стойкой.
Ничего мужчина — не «ах», но вполне годится для легкого флирта в баре. На полчаса.
— Только если вы не собираетесь меня спаивать, — предупредила Алиса.
— Ну, будем надеяться, что я произведу на вас впечатление своим интеллектом и чувством юмора, — улыбнулся мужчина.
Алиса насторожилась. Ответ ей понравился. И что, теперь ей придется оставить ему свой телефон? Смешно… Она сто лет не знакомилась в барах. Обычно это происходило на вечеринках, где все друг друга знают — при желании можно пошептаться кое с кем в туалете и выяснить, каков он в сексе и нет ли у него странных причуд. А тут — совершенно незнакомый мужик!
— Давайте, действительно, рассчитывать на лучшее, — согласилась Алиса. — А вы тут часто бываете?
— Иногда. Я живу рядом.
— С женой, детьми, мамой? — поинтересовалась Алиса.
— А это имеет значение? — он изогнул правую бровь, и у него получилась смешная гримаса.
— Пока не знаю, но все может быть, — Алиса пожала плечами.
— Живу я один, но ко мне часто приезжают две шикарные фотомодели, и мы занимаемся таким бурным сексом, что на других у меня сил не хватает, — выдал он.
Алиса сидела, открыв рот. Он ее срезал? Или это правда? Может, она и погорячилась с женой, детьми и мамой, но…
— Марк, — представился незнакомец и протянул руку.
Алиса вложила свою руку в его и почувствовала, какая у него теплая и сухая ладонь — видимо, в себе он уверен.
— Рада познакомиться с вами, Марк, — произнесла Алиса и потянулась к бокалу.
— А как мне вас называть?
— Что? А! Алиса! Извините! — спохватилась она.
Марк усмехнулся. Ямочки! У него были такие ямочки!
— Ладно, вы меня так впечатлили своими забавами с фотомоделями, что я дар речи потеряла. Не ожидала, что меня отвергнут в такой рекордно короткий срок, — улыбнулась она, наконец.
— Ну, если одна из фотомоделей заболеет, я буду иметь вас в виду, — сообщил он.
— Ой! — Алиса положила руку на сердце. — Чувствую, я не готова к такому изощренному остроумию, так что давайте вернемся к истокам и начнем все заново — без выкрутасов. Спросите меня, не скучаю ли я одна или что-нибудь в этом духе!
— Вы можете называть меня Марик, — ухмыльнулся он, и Алиса снова уставилась на его ямочки. — Моя мама живет в Швейцарии с отчимом, швейцарцем, у меня было две жены, от одной есть ребенок, ему двенадцать, и он живет в Питере.
— Вы — мужчина с прошлым, — заявила Алиса.
— И с будущим, — кивнул Марик. — А что вы хотите рассказать о себе?
— Ничего! — широко улыбнулась Алиса.
— Ну, ладно… — он вроде бы расстроился. — Тогда я буду рассчитывать на худшее — вы юрист и вы любите женщин.
— Марик, только не обижайтесь — я не хочу вас задеть, просто любопытствую — вам никто не говорил, что вы — извините, если ошиблась, может, мне это показалось — в общем, что вы хам?
— Никто не видит за напускным хамством ранимую душу и уязвленное самолюбие… — пригорюнился Марик.
Алиса оторопела. Еще пять минут — и она либо выльет ему на голову ром-колу, либо отдастся ему прямо за барной стойкой.
— Ну, ладно, мне пора, а то напьюсь и придется ехать на такси! — засуетилась она.
— Я буду ждать вас здесь каждую пятницу! — пообещал Марик.
— Ага! Пока! — Алиса старалась не смотреть на него, что выглядело довольно глупо, так как было ясно, что она нарочно не поворачивает голову в ее сторону — и понятно почему.
