августа немецкое командование уже запечатывает прорыв силами сразу двух танковых дивизий: 5-й тд, 9-й тд и частью сил 20-й тд. За 13–15 августа 5-й мехкорпус теряет 40 танков подбитыми и сгоревшими. 16 августа он выводится из боя.
Традиционно указывается, что одной из причин неудачи являлось то, что мехкорпус был укомплектован английскими «Валентайнами», мало подходившими для быстрого прорыва. Этот упрек имеет основания, ведь по английской классификации «Валентайн» был пехотным танком, т. е. изначально предназначался для непосредственной поддержки пехоты, а не глубоких прорывов.
Несмотря на ограниченный успех 10-й армии, ее вклинивание в направлении Спас-Деменска создало серьезную угрозу окружения для правого фланга немецкой 4-й армии. Это заставило командование группы армий «Центр» санкционировать отход на запад. Отход немцев с насиженных и развитых позиций стал первым успехом «Суворова». Однако до действительно крупного успеха было еще далеко. Перешедший в наступление Калининский фронт добился лишь незначительного вклинивания в оборону противника. В немалой степени сохранению устойчивости обороны группы армий «Центр» способствовала переброска к участкам советских прорывов соединений, высвободившихся в результате отхода немецких войск из Орловского выступа на так называемую линию «Хаген». В полосу 4-й армии перебрасывались 2, 5, 9-я танковые дивизии и другие соединения, ранее участвовавшие в операции «Цитадель» и оборонявшиеся в Орловском выступе.
Возвращение кавалеристов назад, в прежний район, сталкивается с теми же проблемами. Обстановка изменилась. К 13 августа целостность фронта уже восстановлена, кавалеристов вместо чистого прорыва ждут атаки на крепко занятые позиции противника. Атаки кавалеристов в пешем строю ожидаемо не смогли сломать сопротивление врага. Однако в тот же день начинается наступление Калининского фронта Андрея Еременко. Кажется, что еще один удар армия Хейнрици не выдержит, но в нее сплошным потоком идут резервы. На направление наступления Еременко прибывают 25-я моторизованная и 78-я штурмовая пехотная дивизии. Все это были войска из ударной группировки операции «Цитадель», освободившиеся ввиду отхода на линию «Хаген» в основании Орловского выступа. Также наступление Калининского фронта встречает сильное противодействие немецкой авиации.
Противотанковая оборона немцев усиливается за счет новейших самоходок «Хорниссе» с мощными и длинноствольными 88-мм пушками. Это была одна из новинок немецкой промышленности, самоходки не успели на поле сражения «Цитадели», но активно использовались после провала немецкого наступления уже в обороне. «Хорниссе» уверенно поражают с больших дистанций тяжелые танки КВ, которые поддерживают наступление Калининского фронта. Со стороны могло показаться, что немецкая 4-я армия собирается наступать, а не обороняться, – столько в ней было танковых и моторизованных дивизий. В итоге Ставка разрешила временно приостановить активные наступательные действия Западного и Калининского фронтов с тем, чтобы произвести перегруппировку войск, подтянуть тылы, пополниться боеприпасами.
Нельзя сказать, что операция была совсем уж безрезультатной. За 14 дней наступления войска Западного фронта прорвали тактическую зону обороны противника на спасдеменском направлении и, продвинувшись на 35–40 километров, освободили свыше 500 населенных пунктов, в том числе город и железнодорожную станцию Спас-Деменск. Проблема заключалась в медленном развитии прорыва. Заместитель начальника Генерального штаба генерал Алексей Антонов, докладывая в Ставке ВГК 25 августа 1943 года Верховному Главнокомандующему о ходе операции, сказал, «что войска здесь встретились с большими трудностями. С одной стороны – тяжелая лесисто-болотистая местность, с другой – возросшее сопротивление вражеских войск, которые усиливаются частями, перебрасываемыми из района Брянска».
Осознавая проблему развития тактического успеха в оперативный, Ставка передала Западному фронту 2-й гвардейский танковый корпус А. С. Бурдейного. Корпус был ветераном Сталинградской битвы, по итогам которой он получил почетное наименование «Тацинский». Он также участвовал в Курской битве в составе Воронежского фронта, сражался на Прохоровском плацдарме. На 15 августа он был пополнен практически до штатной численности и насчитывал 131 Т-34, 70 Т-70 и 22 бронетранспортера[564].
Тем временем происходит изменение обстановки на советско-германском фронте в целом. 12 августа 1943 года Гитлер принимает оборонительную концепцию «Восточного вала». На юге опорой «Вала» становится река Днепр, а в полосе групп армий «Север» и «Центр» новый оборонительный рубеж получает наименование «линия „Пантера“». Самым известным участком «Пантеры» стала Нарва, но формально линия простиралась от Финского залива до Днепра. Однако для 4-й армии «Пантера» в конце августа 43-го была еще только проектом. Гитлер строжайшим образом запретил отход на новую линию обороны до того, как она окажется законченной. Это означало, что Хейнрици еще несколько недель предстояло обороняться на прежних, уже частично утраченных позициях. Между 1 и 20 августа 4-я армия теряет 28 тысяч человек, включая 7,2 тысячи человек убитыми. Восполнить эти потери было нечем, и положение немецких войск под Смоленском становилось все более шатким.
Очередной этап операции «Суворов» начался 21 августа 1943 года. На этот раз советское командование решило максимально использовать достигнутый в результате прорыва к Спас-Деменску успех. Действительно, на новых позициях оборона была слабее, чем на участках, где фронт стоял месяцами. 28 августа Западный фронт перешел в наступление в направлении на Ельню. Расчет оказался правильным, и уже в первый день наступления немецкая оборона была прорвана на глубину 6–8 километров. 30 августа в бой был введен 2-й гвардейский танковый корпус. В тот же день он прорвался к Ельне. Город был освобожден повторно (первый раз Ельня была освобождена от захватчиков в сентябре 1941 года), и Москва салютовала освободителям.
Однако к 3–6 сентября наступление Западного фронта замедлилось. Сказывалась усталость войск от длившихся почти месяц тяжелых боев. Средняя численность стрелковых дивизий упала до 4500 человек, а девять дивизий фронта на тот момент насчитывали менее 3000 человек. Традиционно при описании Смоленской наступательной операции обращают внимание на изъятие подвижных соединений из состава Западного и Калининского фронтов и на снижение объемов отпущенных боеприпасов. Если вопрос с 4-й танковой армией и танковыми корпусами не вызывает сомнений (западное направление действительно оказалось лишено средств развития успеха), то вопрос с боеприпасами не столь однозначен, как может показаться. Обычно, указывая на проблему нехватки боеприпасов, приводят их текущее наличие, а не расход, что не вполне показательно.
152-мм гаубица-пушка МЛ-20 на позиции. Эти орудия играли важнейшую роль в сокрушении немецких оборонительных позиций.
Расход боеприпасов Западным фронтом в августе 1943 года в расчете на выстрелы 152-мм пушек-гаубиц МЛ-20 является абсолютным рекордом для всего советско-германского фронта. Было израсходовано 100,4 тысячи выстрелов, или 24 % от расхода выстрелов этого типа всеми фронтами[565]! Расход этот никак не пропорционален доле численности войск Западного фронта в действующей армии. Этот рекорд, к слову, не был побит ни Воронежским, ни Центральным фронтами в июле 1943 года на Курской дуге. Пушки-гаубицы МЛ-20 являлись в войну наиболее распространенным тяжелым орудием
