мной. От неожиданности я взвизгнула и отпрянула. Но он жестко ухватил меня за запястье.
– Рогрант – владения магов. – Он буравил меня холодным взглядом. Мне тут же захотелось сжаться в комок, уйти под воду… утопиться. – Так откуда ты?
– Из Рогранта, – едва шевеля губами, прошептала я.
– Из Рогранта, – сухо повторил он, а затем в одно движение оказался совсем близко, подался вперед и прошептал мне на ухо: – Именем закона великого Рогранта, прославленного града магов стихий…
Я забилась в тесных объятьях, затрепыхалась, как пойманная в сети рыба. Стандартные слова приговора инквизов пронзили меня диким ужасом. Паника нарастала. Шею сдавило, словно она еще помнила искрящуюся петлю удавки.
– Tureuw vatio iljohaj, икота-кликуша! – в отчаянии крикнула я проклятие, выдавая себя с головой. – Haar sa ture! Покой нарушит!
А в следующий миг меня окатило лавиной холода, колючий воздух оцарапал легкие, заставил закашляться. И сквозь собственный кашель я расслышала раскатистый смех. Паника отступала, возвращая в реальность. В воде вокруг плавали прозрачные льдинки, они медленно истончались, таяли под воздействием горячих потоков источника. Я дотронулась до шеи и никакой удавки не обнаружила.
Озирис находился от меня на расстоянии вытянутой руки и смеялся, облокотившись на каменный бортик. Я стала медленно отступать.
– Куда!
Я замерла.
– И что это сейчас было, маленькая лгунья?
Я молчала.
– Полагаешь, икота – это лучший способ самозащиты? – Он вновь громко рассмеялся, но через секунду уже посерьезнел: – Признаю, ты бывала в Рогранте. И, судя по всему, не только в нем, но и в рогрантской петле. Я буду задавать тебе вопросы и хочу услышать на них честные ответы. Поняла?
Дождавшись моего робкого кивка, Озирис продолжил:
– Итак, я прав? Ты была в петле?
Снова кивок.
– Как удалось спастись?
– М-мне пом-мог друг, – заикаясь ответила я.
– Как?
В памяти всплыл образ Ярро, как он не побоялся заступиться за меня, как инквиз свалился в лужу, пачкая шваххов голубой камзол. Воспоминание отозвалось теплотой в сердце. Как бы сейчас все ни обернулось, я почувствовала радость от того, что мне в жизни встретился достойный человек. Пусть и недолго. Но он был. Ярро…
– Он дал инквизу в морду, – с гордостью произнесла я и неожиданно для самой себя широко улыбнулась.
– Занятно. Хороший, видимо, друг, раз не зассал.
– Хороший. А еще он спас меня от сектантов «Кровавой луны», раздобыл корабль, даже бегал за сапогами и… – Я запнулась, выдохнула: – Хороший. Самый лучший.
– Влюбленная ведьма – глупая ведьма.
– Я не… – Я оборвала сама себя, поняв, что он прав. В каждом слове прав. Смысла отпираться не было.
– Где он сейчас?
– Я бы и сама хотела это знать.
– Допустим. Тогда вернемся к прошлому вопросу. Откуда ты? Восемнадцать лет прожить среди магов невозможно. Такой, как ты, невозможно.
– Но я прожила. Мы часто меняли жилье.
– Мы? Ты и твой друг?
– Нет. Я и моя бабушка.
– Тоже ведьма? – Озирис дождался утвердительного кивка и продолжил расспросы: – А она где?
Мой прилив бодрости и бравады растворился, как льдинки в горячем источнике. Меня охватила застаревшая тоска, тупая боль утраты, терзающая душу. Озирис, похоже, уловил перемены в моем настроении. Он снова приблизился и вдруг обнял:
– Расскажи мне все.
Рогрант. Владения магов
– Сиби, книги! Мой гримуар! – воскликнула бабушка.
Она схватила холщовый мешок и кинула мне. Я ринулась в соседнюю комнату. В ту же секунду тяжелая дверь содрогнулась под ударами.
– Поздно! Швахх! Бросай все!
Бабушка схватила меня за руку и метнулась к окну в кухне, которое выходило в глухой закоулок. У нас был идеальный дом. Бабушка подбирала только такие – нестандартные, с переделанной планировкой, в которой сразу и не разобраться преследователям. Мы всегда были готовы к побегу. Но в этот раз надежда на спокойную жизнь притупила чувство опасности. Возможность пристроить меня в академию стихий Мелессира Третьего под видом неодаренной леди окрыляла. Перспектива получить лицензию травницы, открыть лавку и жить хоть и скромно, но жить. Главное жить. Не бегать, не скрываться. Просто жить.
Счастье стояло так близко. Но кто-то из нас ошибся, не доглядел, не заметил голубые цвета камзолов.
Из закоулка мы выскочили на оживленную улицу, скрылись в ближайшей кондитерской, пробежав мимо удивленных стряпух. Выход, предназначенный для загрузки муки, вывел нас на соседнюю улицу. Здесь по плану мы разделились. Мне не нравился этот план. Но бабушка буквально толкнула меня в людскую толпу, а сама бросилась в другую сторону.
Я петляла по улицам Рогранта, проскакивала насквозь магазины, терялась в потоке людей, делала круги по рыночной площади. Переправилась на наемном пароме через один из рукавов реки Мидалы, рассекающих город. Вода с примесью розидария должна была сбить инквизов со следа. Я это знала и четко следовала разработанному бабушкой маршруту. В подвал на Малой Цветочной я добралась к закату. Прождала час, два, ночь и последующие двое суток. Сидела, как мышь в норе. Благо предварительно оставленные запасы воды и вяленого мяса позволяли переждать это время. Вот только мне кусок в горло не лез. Я плакала, ругалась, молилась, проклинала, молчала, часами глядя в одну точку. Но бабушка Лорен так и не появилась.
Я начертила на ножке стола семерку с точкой снизу. Этот условный знак оповещал, что я буду приходить сюда каждое воскресенье к семи вечера. И если бы бабушка объявилась позже, то обязательно бы дождалась. Или оставила бы знак. Но дни шли…
По изначальному плану мы должны были встретиться на Малой Цветочной, переждать там какое-то время, а затем снять новый дом. Не дождавшись бабушки, я приняла неожиданное и очень рискованное решение – забрала половину суммы, спрятанной в тайнике подвала, и отправилась в академию, чтобы запросить комнату. Как зачисленная адептка, я имела на это право.
Вероятность того, что нас сдал инквизу лорд Моррис Блумель, которого подкупила бабушка Лорен, была ничтожно мала. Этот старик отчаянно нуждался в деньгах, а я – в аристократическом статусе. По итогу сделки лорд Моррис получил стабильный доход, а я – фамилию Блумель. Все были в выигрыше, да и старик считал меня всего лишь наглой провинциалкой, поступившей в академию для того, чтобы заарканить богатенького женишка. Иными словами, с ведьмовством он меня не связывал.
Кто и где «прокололся», я не знала, как ни ломала над этим голову, как ни анализировала последние дни перед нападением. Я не могла найти ответа на этот вопрос. Возможно, дело было в том, что мы в принципе сменили отдаленные края на шумный город. Академия заманила нас.
Заманила она меня и во второй раз. Я не могла
