class="p1">— Интересно, всё-таки они будут устраивать шмон? — сказала Марта, — или посчитают срабатывание сигнализации системным сбоем.
— Шмон? — усмехнулся я, — интересные словечки у тебя иногда проскакивают. Где, интересно, ты их набралась.
— Я просто взрослая, и у меня очень богатый лексикон, — невозмутимо сказала Марта.
— Иногда слишком богатый! — усмехнулся я.
24. Хирург
Из этого цеха по разделке людей, а разделывали здесь, вне всякого сомнения, людей, что подтверждалось банками с частями тел на складе, мы нашли три выхода. Решили для начала обследовать тот, что был самым незаметным и непрезентабельным. Скромная дверь среди всякого медицинского хлама, сваленного возле стены.
Я на всякий случай сформировал над рукой шар плазмы, после чего Марта резко распахнула дверь.
Сначала показалось, что мы попали в небольшое пустое помещение и хотели было уже идти дальше, как вдруг, в неровном свете, проникающем через открытую нами дверь, заметили слабое шевеление в углу.
Марта посмотрела на меня, я кивнул, и мы осторожно вошли внутрь. Марта всё-таки пересилила себя и «зажгла» свои волосы. Помещение наполнилось мягким светом. Куча тряпья возле стены зашевелилась более активно, и мы увидели блеснувшие из-под неё глаза.
— Вылезай, — сказала Марта, — мы тебя не обидим, если будешь хорошо себя вести.
Куча тряпок ещё немного пошевелилась, перевернулась, и перед нами оказался человек. Все эти тряпки были его одеждой. Соорудил он её себе из того, что оказалось под рукой. И когда он сменил позу и сел в своём углу, гора тряпок как будто исчезла, распределившись по его телу.
— Вы кто? — испуганно сказал он. Надо сказать, что вид у него был довольно затравленный.
Он немного пошевелился, и звякнула цепь, пристёгнутая к его ноге.
Мы с Мартой снова переглянулись.
— Ты пленник? — спросил я.
— Наверное, — не очень уверенно сказал человек, — меня уверяют, что нет, но говорить можно всё что угодно. По всему выходит, что пленник.
— Почему ты здесь? — спросил я.
— Я здесь работаю, — сказал человек, — но не по своей воле. Просто, иначе кормить не будут. А если совсем откажусь, то, скорее всего, убьют…
— А чем ты занимаешься? — спросила Марта.
— Я хирург, — неохотно ответил человек, — операции провожу, — ещё более неуверенно добавил он.
— А, мы видели твою операционную! — саркастически заметила Марта.
— Это не мой выбор, — сник хирург.
— Ты владеешь магией? — поинтересовался я.
— Нет, — поднял на меня затравленный взгляд хирург, — совсем нет! Уж не знаю, везение это или, наоборот… но не владею…
— Не бойся, я к тебе прикоснусь, но ничего плохого делать не буду. Просто проверю кое-что насчёт магии, можно? — я шагнул к нему и протянул руку, но прикасаться не стал, ожидая его согласия.
Он некоторое время колебался, но потом подумал, что упираться нет смысла, и если мы захотим, то сможем обойтись и без его согласия. Так зачем обострять? Поэтому он неуверенно кивнул.
Я подошёл и прикоснулся пальцем ему ко лбу.
— Это ложь, — сказал я через несколько секунд.
— Что ложь? — не понял хирург.
— Что ты не владеешь магией, — сказал я.
— Правда, я вообще ничего не умею! — эмоционально заговорил он, видимо, не хотел, чтобы мы думали, что он нас обманывает.
— Уметь и владеть, это разные вещи, — сказал я, — в тебе есть мана. Ресурс не очень большой, но полный. Наверное, потому, что ты её не расходуешь совсем. У людей, лишённых магии, маны нет в принципе. Я видел таких, прикасался к ним, проверял и точно знаю, как это выглядит. Они пустые, как барабаны!
— Барабаны! — эхом повторила Марта, видимо, вспомнив недавний гипно-концерт с участием ударных.
— Да, как барабаны! — кивнул я, — а в тебе есть мана. Это ничего не говорит о твоём даре. Может быть, он очень слабенький, или очень бесполезный… такое бывает. Но он обязательно должен быть. Тебе внушили, что его нет, а ты и поверил.
— Я могу делать заклинания? — не очень мне веря, спросил хирург.
— Нет, — сказал я твёрдо, чтобы он особо не обнадёживался, — магия, это навык, которым нужно овладевать. И прокачивать его нужно, чтобы он становился сильнее. Именно поэтому, когда магия пришла в наш мир, не все сразу стали магами. Понадобилось время на осознание открывшихся возможностей и на их освоение. Это до сих пор ещё не закончилось, мы многого не знаем о магии. Но знания в окружающем мире постепенно накапливаются, происходит обмен опытом, и уровень магических взаимодействий постоянно растёт.
— Да? — удивлённо сказала Марта, — а я и не знала! Я думала, что всё есть, как есть!
— Нет, — сказал я, — поэтому я с твоим профессором и встречался. Хочу знать как можно больше. Это ведь конкуренция. Тритон, вон, может больше остальных, и смотри, чего успел здесь нагородить. Если ты что-то умеешь, но не можешь постоять за себя, рано или поздно будешь работать на одного из таких. А не захочешь, тебя просто ликвидируют.
Когда я говорил и произнёс имя «Тритон», хирург вдруг сжался в комок и снова забился в угол.
— Может, возьмём его с собой? — предложила Марта.
— Ты что, — возмутился я, — откуда ты знаешь, как он поведёт себя в сложной ситуации? Заорёт не вовремя от страха и выдаст нас… ну это так, для примера. Нет! Мы не благотворительная миссия!
— Ты хочешь освободиться? — спросила у него Марта, наградив меня осуждающим взглядом.
— Теоретически да, практически нет, — уверенно сказал хирург.
— Почему нет? — удивилась Марта.
— Потому что выбраться отсюда не получится и меня убьют. Вот если бы была волшебная возможность оказаться сразу где-то в другом месте… но этого никто не может, — вздохнул хирург.
— Кое-кто может, — возразил я, — но телепортация дар редкий, и его никто не афиширует. Но в принципе, говорят, такое существует.
— Если вы оказались тут незаконно, то вам не выбраться, — с лёгким сочувствием в голосе сказал хирург.
— Незаконно? — удивился я, — а какие законы ты имеешь в виду?
— Здесь только одни законы, Тритона! — сказал хирург и даже вздрогнул, когда произносил имя местного хозяина.
— По этим законам можно расчленять людей? — спросил я.
— Мы их улучшаем, — неуверенно сказал хирург.
— Хочешь, чтобы тебя также улучшили? — спросила Марта.
— Нет, конечно, — замотал головой хирург.
— Мы местным законам не подчиняемся, — сказал я, — мы пришли сюда по делу, сделаем его и уйдём. Нам никто не указ!
Я это сказал и постарался сделать это уверенно, но правда в том, что до конца я и сам не верил в эти слова. Но, держать марку тоже нужно. Убивать мы этого случайного свидетеля не будем, и если он будет потом кому-то про нас рассказывать, пусть транслирует образ уверенных
