в гостиничный душ, Бесланов включил воду и зажал меня в углу, но при этом он закрыл ладонями мою спину и поясницу, чтобы холодный кафель не доставлял мне дискомфорт.
Ведомая желанием, я потерлась промежностью о живот Рамина, чтобы показать, как сильно я хочу своего мужа, но мой мужчина не торопился приступать к главному. Он целовал меня с такой жадностью, будто не мог насытиться даже поцелуем. Мои губы засаднило от периодических покусываний и от колкой двухдневной щетины моего мужа.
Внезапно дверь открылась, и в ванную вошел сонный Леон.
– Выйди! – рявкнул на него Бесланов.
– Ой, что я там не видел? – Леон зевнул и взглянул на себя в зеркало.
– Вот больше и не увидишь! – Рамин надежно закрыл меня своим телом. – Изида – моя! Проваливай!
– Повежливее нельзя? – возмутился Леон.
– Я тебе сейчас очень вежливо вломлю. Я сказал: проваливай!
Леон проворчал что-то вслед и покинул комнату.
Рамин выдохнул свою злость сквозь зубы и сердито уставился на меня.
Понимая, что моему мужчине нужно успокоиться, я невинно поцеловала его в губы, а затем выдавила гель для душа на ладонь и принялась намыливать Бесланова.
– Давай поскорее искупаемся и приедем домой, – лукаво улыбнулась я. – Где не будет больше никаких свидетелей и можно переломать хоть всю мебель.
Бесланов благодарно посмотрел на меня, перехватил гель для душа и принялся мыть меня.
Через двадцать минут мы уже вновь сели в машину Рамина, где он сам занял место водителя. В этот раз дорога мне показалась гораздо короче и намного приятнее. Рамин то и дело бросал на меня голодные взгляды через зеркало заднего вида, а я смущенно прятала глаза. Мне не нужно больше никого из себя изображать. Теперь я могу быть такой, какой мне хочется. Рамин примет меня любую, как и я приму его любым. И у нас осталось всего несколько часов до нашей первой брачной ночи.
Я улыбнулась своим мыслям и вновь поймала в зеркале голодный взгляд мужа.
– Леон, езжай домой на моей машине, – распорядился Рамин. – Не трать время на такси.
– Какой заботливый! – фыркнул Леон.
– И да… спасибо тебе, – немного виновато поблагодарил его друг.
– Не за что, – Леон махнул рукой. – Я, по сути, ничего не сделал.
А затем не прощаясь мужчина уехал из дома Рамина.
– Изида, – утробно рыкнул Рамин. – Теперь ты мне ответишь за все.
Муж схватил меня за волосы и прижал к себе, а я улыбнулась ему, предвкушая его сексуальный гнев.
– Изида, – выдохнул Рамин, а затем подхватил меня под ягодицы и понес в дом.
– Хочу тебя, – жалобно проговорила я, сгорая от желания. – Хочу быть только твоей.
– Ты и так только моя, – отрезал он. – Лучше помолчи. Не зли меня.
Рамин прошелся грубыми поцелуями по моей шее, царапая кожу жесткой щетиной.
Я с удовольствием подставляла себя ласкам моего медведя, наслаждаясь его сильными руками и животной страстью.
Когда же мы дошли до спальни, Рамин резко развернулся и пошел прочь.
– Нет, я хочу тебя не здесь, – рыкнул он. – Там, где все началось.
Муж спустился в тот самый подвал с аквариумом и аккуратно бросил меня на кожаный диван. А затем навис надо мной, все так же стягивая мне волосы на затылке.
Я выгнулась и потянулась к моему мужчине губами, насколько позволяло мое положение. Но Рамин предпочел несколько секунд полюбоваться мной.
– Давай забудем, что Леон существовал в наших отношениях, – угрюмо проговорил он. – Я с ума сойду, если буду думать, что он видел тебя, пользовался тобой и…
Я закрыла ладошкой рот мужа:
– Я не помню кто такой Леон, – проговорила я. – Я помню только тебя. И хочу только тебя.
– Изида, – снова выдохнул Бесланов и смял меня под собой.
Зарываясь носом в мою шею, волосы и грудь, Бесланов рванул на мне платье, обнажив бедра.
– Мое платье! – воскликнула я. – Я хотела оставить его на память!
– Оно предназначалось не для меня, – недовольно рыкнул Рамин. – Я куплю тебе новое. Куплю все, что захочешь.
Рамин впился мне в губы и до хруста сжал мое тело, отчего я мгновенно потеряла все силы.
Мужчина сорвал с меня остатки платья и трусики, но на груди решил задержаться подольше. Он смял и укусил ее через тонкий кружевной лиф, отчего я застонала и покрылась мурашками.
– Еще, – попросила я и обняла мужа ногами.
Рамин снова смял меня как лист бумаги, и как дикий зверь зубами стянул с меня лиф.
Я дрожала от возбуждения и так и льнула к моему медведю.
Как же с ним хорошо! Как приятно чувствовать себя в его власти. Быть в опасности и под защитой; быть раскованной и зажатой в его руках; быть до одури желанной и по-настоящему любимой.
Тем временем Рамин яростно расправился со своим ремнем, снял джинсы и уперся в меня каменной плотью. Мое тело тут же отозвалось ответной реакцией, и я прижалась к его паху. Я так сильно хотела моего мужа, что страсть лишала меня рассудка. Я отчаянно терлась тазом о восставшую плоть и желала большего.
Тогда Рамин с нажимом растер влагу по моей промежности до самой попки, заставляя меня трепетать от предвкушения.
Не тратя время на подготовку, мой муж вторгся в мое лоно пальцами, а у меня на мгновенье отнялись ноги. Подкрутив таз вперед, я наслаждалась этими бесцеремонными толчками, которые заполняли меня и растягивали.
Хватая воздух ртом, я смотрела на моего властного мужчину опьяненным взглядом. Стены-аквариумы отбрасывали блики на нашу кожу, невольно заставляя наши тела следовать их ритму.
Расслабленная этим зрелищем я вдруг вскрикнула, когда Рамин вошел в меня настойчиво и сильно.
– Подожди, – сорванным голосом попросила я.
– Нет, – с удовольствием шепнул он. – С такими непослушными девочками нужно только так.
– Рамин! – заскулила я и заскреблась по плечам мужчины. – Рамин…
– Больно? – он словно только опомнился.
– Нет, – выдохнула я. – Еще!
С тяжелыми выдохами дикого зверя, Рамин принялся вбиваться в меня, сильно придавливая своим телом. Мне не было больно, но я едва дышала под таким напором. Теперь я не могла даже позвать его по имени.
Мужчина стянул мои волосы сильнее, приводя меня в
