Рене сама не знала почему.
— Он тебе доверяет. Он попросил меня понаблюдать за тобой там, где был монстр. Я поехала в «Глаза и уши» на автобусе, узнать, где может быть одна моя старая подруга. Она собиралась в Пирамиду, а тут и он тоже подоспел. Он волновался, хотел посмотреть.
— Посмотреть, — ядовито повторила я. — На разорванные тела?
— Ч-что?
Я завела «Гиенту», и та тут же сорвалась с места. Рене быстро пристегнулась. Не стоило заводить этот разговор, стоя возле дома Легранда. Либо эта женщина одна из тех, кто мне врет, а таких полный город. Либо она действительно ничего не знает. Тогда как она оказалась на фото?!
Но я не чувствовала, что она представляет опасность. Черт, она ведь отстирывала кровь с моих штанов, когда меня ранили…
— Вы приехали в Пирамиду неделю назад? — спросила я, нервно перестраиваясь из ряда в ряд, чтобы быстрее доехать.
— Верно.
— Но у вас нет водительских прав. Однако вы пересекли границу на пикапе? Верно? — кто-то начал агрессивно мне сигналить, когда я подрезала его.
— Да. Мои закончились, просто закончились, а продлять было уже негде. Половины Бирша нет, там пустота и вода. И розовые дельфины, такие с перьями. Они выскакивают из воды как рыбы-летяги…
— А где был в это время ваш сын?
— Он пересек границу незаконно. Пожалуйста, мы можем ехать аккуратней? Извините, но это очень опасно, — пролепетала Рене.
Краем глаза я заметила, как она испуганно вцепилась в ручку двери. Энид, не делай так, чтобы она не пожалела о том, что пошла к тебе, а не в полицию. Возможно, эта женщина мой последний шанс.
У Рене оказался ключ, что, конечно, не мудрено, однако странно.
— А где живете вы?
— В том же здании, где наша запасная квартира, — тихо отозвалась Рене и впустила меня в коридор.
— Кому они принадлежат? Для людей, у которых не заводится автомобиль и которые неделю назад приехали в город, не много ли недвижимости? Шака живет один, вы тоже? Откуда та пустая квартира?
Я спрашивала и спрашивала. Не могла заткнуться. Волновалась? Или была просто очень зла? Рене заперла дверь и разулась.
— Знаете, в Пирамиде довольно чистые улицы… — заметила я. Шака тоже так делал.
— А в Бирше нет. Старые привычки сложно менять, дорогая, — усмехнулась Рене и включила свет в коридоре. Сморщилась и ладонью стерла пыль с комода в прихожей. — Мог бы и прибраться…
— Похоже, он вообще здесь живет недавно, да? — спросила я опять.
Рене отвернулась и прошла в кухню. Дверь в спальню была закрыта. Что же, я и в третий раз туда не попаду. Я скинула кроссовки и пошла за ней. Рене рылась в шкафах.
— Ни чаю, ни выпивки, даже воды нет. А вот, бутылка газировки. Отлично. Это всё? Как можно ничего не есть? — Рене перешла к ревизии холодильника. — Надо бы напечь ему пончиков.
Так вот чьи они были тогда в пакете. Горячие, с глазурью. Я поняла, насколько голодна. Те два бутерброда оказались бесполезны для моего бездонного желудка.
— Гляньте в морозильнике, там должна быть замороженная пицца. Наверное, даже не одна, — предложила я и села за стол.
Кухня выглядела пустой, как и квартира. Тогда я не особо её разглядывала. А теперь есть пару минут никуда не спешить. Ведь есть, правда? Маркус уже мертв и мертвее не станет. Гишш уже обзавелся монстром из вырванного у человека ши-ире. Пирамида погружается в хаос. Спешить некуда. Хаос подождет.
— Как ты узнала? — Рене выудила из морозильника коробку пиццы с ветчиной, сыром и грибами. Бумагу на углах слегка повело, пицца подтаяла ещё вчера и теперь вновь замерзла.
— Вроде как он при мне её выиграл в покер у тене-людей. Сказал, что кто не блефует, тот не живет, что-то вроде того, и выиграл, — отозвалась я. А чего толку врать, что вчера он весь день таскался за мной, а потом я просто свалила.
— Кто не блефует, тот рискует, — как-то мрачно отозвалась Рене, бросив коробку с пиццей на столешницу. — Это слова Донни. Отца Шеда.
Она как-то странно сказала его имя. Очень осторожно. Будто проверяя, знаю ли я точно, как зовут её сына.
— По мне так блеф и есть риск, и я не понимаю, как это можно противопоставлять. Но мы отвлеклись. Садитесь и рассказывайте всё, что знаете.
— А что я знаю, я обычная женщина, — махнула руками Рене, но села напротив меня. — Мой сын никого не убивал. Точка.
— Запятая, многоточие и ещё много знаков после этого. А ещё предлог «но». Никак не «точка». Кто он такой и чем занимается? Когда прибыл в Пирамиду и как скрывался? Чем зарабатывает на жизнь, и кому принадлежит это имущество? Климатические беженцы не приезжают на готовенькое. Это так не работает. Но с вами почему-то сработало. Как минимум, у вас есть три квартиры. Чье всё это?
— Да чего ты зацепилась за это имущество? Это может принадлежать моей подруге, моей сестре, моему дяде, матери моего мужа или кому угодно. При чем тут Шед? — Рене уставилась на меня так, будто на лбу у меня были написаны все ответы. Наверное, я смотрела на неё точно так же.
Но эти чертовы квартиры, мне вдруг показалось, что ответ можно найти и в этом.
— Хорошо, — Рене подняла руки ладонями вверх. — Лотан Легранд наш, эм, хороший друг. Он вообще хороший человек, вы не подумайте. Это его имущество, но он не светится в документах владения. Но это всё принадлежит ему.
Легранд?! Друг?! Видимо Рене заметила выражение моего лица и поспешила добавить:
— Но он не убийца! Не убийца, я в этом уверена на все сто! Правда, то что про него говорят, мол он убил этого вашего Ньеро — чушь собачья!
Вот зачем я была нужна Шаке. Сливать Легранду информацию о расследовании. Он мог следить за тем, как далеко я или Каго продвинулись, не выдавая себя. А я, дура, повелась.
— Поэтому вы выслали ему своё фото? — спросила я. — Вы знаете, где он? Что ещё вас связывает? Шед работает на него?
— Стоп-стоп-стоп, — отмахнулась Рене, почесав в задумчивости голову. Бусины и колечки, вплетенные в некоторые дреды, звякнули. — Дорогая, давай по порядку. Да, поэтому я выслала ему своё фото. Он был близок к нашей семье. Очень. Я не знаю, где он, об этом тебе лучше спросить Шеда. Связывает нас сложная жизнь. Работает ли на него Шед? Об этом тоже лучше спросить его лично, — обстоятельно ответила она. — Пицца тает, ты не против, если я суну её в
