разум. Он отвернулся и ушел, не простившись.
Между тем встревоженный мастер Мур присел рядом с Аллой, вынул из кармана фляжку:
— Глотни, станет легче. Прости, что не разобрался сразу. Здесь много магии, трудно заметить активацию одного из сотен артефактов. Может, уйдем? Ты бледна…
— Ничего, я сама виновата, понадеялась на солидарность коллег по цеху, — поморщилась библиотекарь, не отказываясь от напитка. — Интересно, что он так страстно желал активировать…
— Думаю, что-то подобное тому артефакту, что заинтересовал лорда Илькара, — промолвила телохранительница, вновь превращаясь в улыбчивую полноватую рыжулю с наивным взглядом.
— Слишком много взяли… — задумчиво проговорила Алла Николаевна, делая еще глоток терпкого бодрящего отвара, — я сейчас без помощи и до дверей не дойду.
— Значит, еще что-то. Эта библиотека не моложе твоей. Кто знает, сколько здесь всего хранится?
Взбодрившись напитком, Алла Николаевна вспомнила о цели своего визита:
— Лесли, — шепотом позвала она, — посмотри, пожалуйста, тут есть эта девушка?
Ювелир встал, огляделся и утвердительно кивнул:
— За дальним пюпитром. Хочешь подойти?
— Боюсь, ноги еще плохо держат, — призналась женщина. — Можешь пригласить ее сюда?
— Лучше я, — вмешалась «кастелянша», — заодно проверю на яды и амулеты.
Возражать ей не стали. Мастер Мур считал, что вмешиваться в отношения женщин некрасиво, а у самой Аллы Николаевны не было сил сопротивляться.
Девушка подошла и остановилась, рассматривая мастеров и давая рассмотреть себя:
— Здравствуйте, эта дама сказала, что вы ищете помощницу среди выпускников?
— Добрый день, — библиотекарь нашла в себе силы улыбнуться. — Да, я ищу помощницу в библиотеку Академии Драконов. В Билейсе.
— Далеко, — улыбнулась в ответ девушка, — а жилье предоставляется?
— И жилье, и питание в столовой, и зарплату обещаю неплохую. Объем работы, конечно, большой, но зато интересно.
— Предварительный договор? — уточнила девушка.
— Обязательно. Можем составить и заверить прямо сейчас, — сказала Алла Николаевна. — Мастер Мур и госпожа Фиркин могут быть свидетелями. Но сначала расскажите немного о себе. Чем увлекаетесь в свободное время? Какие книги любите читать и что из последнего прочитанного вас особенно зацепило?
— Меня зовут Сирена Винифред, — девушка внешне спокойна, но дыхание выдает ее волнение. — Я родилась и выросла в Карвел-Дойле, это небольшой город, принадлежащий королевству драконов. Отец мой был нотариусом, а мама до свадьбы работала в библиотеке. Они очень любили книги, и мне нравились книги, история, искусство, поэтому я поступила сюда, тут все это можно было соединить. Читать люблю разную литературу. Особенно нравятся исторические хроники, история искусства и сборники баллад. Очень уж выразительный язык у народных песен, — улыбнулась студентка.
Алла Николаевна подумала, что дочь нотариуса — это хорошо. Правовые вопросы этого мира специфичны. Излагала девушка ровно, видимо не в первый раз. Почему же ее никто не выбрал?
— Порекомендуйте мне, пожалуйста, что-нибудь к прочтению на ваш вкус. Что-нибудь из того, что поднимает настроение долгими зимними вечерами, — попросила она.
— Вот, например, труд Эрана Арагонского, — девушка задумчиво оглядела зал и уверенно двинулась к одной из открытых полок, на которой лежали старинные фолианты. — Он пишет «Историю мира и войны Серых веков». Здесь много исторических данных, биографии самых известных людей того времени, есть любовные истории и политические союзы, а еще иллюстрации с пояснениями и геральдическими символами. Или вот, «История кавалера Гризайля и девицы-единорога Манон» — средневековый роман, но очень подробный и любопытный. А вот мое любимое: «Ужасы Сариссы». В этом сборнике собраны легенды нашего города. Призрак художника, безголовый скульптор, оживающий фонтан…
Чувствовалось, что девушка действительно увлечена старинными легендами, балладами и пугающими историями. Возможно, она подружится с духами? Однако важно было узнать и другое. Алла Николаевна откашлялась и продолжила разговор:
— Какая работа вам наиболее интересна: скрупулезная бумажная или творческая? Как вы представляете свою работу на должности помощника библиотекаря? Каким своим умением вы особенно гордитесь?
— Я люблю, чтобы все было аккуратно, — призналась Сирена, — но если нужно что-то сделать быстро и ярко, на моем столе беспорядок. Мастер Люциус позволил мне работать в этом отделе во время практики, но задания давал скучные: вытирать пыль, раскладывать книги по местам. Это тоже нужно было делать, но мне хотелось показать другим студентам, какие интересные книги тут есть! Вот сделать бы открытую витрину с редкими экземплярами или устроить конкурс среди читателей «Кто вспомнит больше вариантов баллады о девушке, уронившей цветок в воду»… А просто читать хроники мало кому интересно, — со вздохом закончила студентка.
Мастер-библиотекарь поняла. У мастера Люциуса не хватало обычных рабочих рук, ведь не устающих духов у него не было. Вот он и занимал практикантов скучной унылой рутиной. А девушке хотелось поделиться знаниями… Да этот бриллиант нужно срочно забирать себе!
* * *
Бумага и перо в библиотеке нашлись. Формулировку стандартного договора мастер Мур знал назубок. Сирена написала обязательство прибыть в Билейс, а мастер-библиотекарь пообещала придержать для нее место, если девушка в устной или письменной форме не откажется от службы. Четыре подписи, четыре капельки крови — для предварительного договора этого было достаточно.
Студентка сияла: получить приглашение зимой, когда основная масса студентов еще учится, а работодатели не слишком-то щедры на предложения, было почетно. Она проводила мастеров до выхода, пообещала прислать кое-какие рекомендации прямо в гостиницу и радостно ускакала, помахивая договором.
Мастер Лесли и Алла Николаевна медленно шли к гостинице, любуясь праздничными огнями и порхающими в воздухе снежинками. Иногда останавливались, чтобы полюбоваться витриной или поцеловаться. Потом внезапно вспомнив, что пропустили обед, зашли в ресторанчик, из которого доносился сытный дух рыбного супа, и плотно поели, болтая о разных пустяках. А закончив трапезу, долго бродили по праздничным торговым рядам, радуясь прекрасному настроению и близости друг друга.
Когда сгустился вечер, Мур проводил Аллу до лестницы, задержал ее руку в своей и сказал:
— Аллочка, я впервые так боюсь отпускать тебя… Сегодня утром мы сумели преодолеть чужую волю, но мне кажется… Ты позволишь мне снять соседний номер и быть поблизости? Просто для того, чтобы никто не сказал тебе, что я ушел к гулящим женщинам или продал свои чувства на вес альфаров.
Женщина смутилась, дыхание участилось, щеки покраснели. Было невыразимо приятно чувствовать себя сокровищем. Она не успела ответить — дверь гостиницы распахнулась, впуская растрепанную, перепуганную Сирену.
— Мастер Алла! — закричала девушка, увидев знакомое лицо. — Простите, я вынуждена отказаться от нашего договора!
Алле Николаевне хватило одного взгляда, чтобы понять, что произошло. Отлетевшие на груди пуговицы, измятый плащ, сорванная шляпка говорили о том весьма красноречиво. Она непроизвольно сжала кулаки и спросила, стараясь придать голосу спокойствие, которого отнюдь не испытывала:
— Ты знаешь тех, кто на тебя напал?
— Нет, — вытирая слезы, прошептала Сирена. — Они срезали
