Когда тишину неба взорвал рев моторов 37 немецких бомбардировщиков, которых прикрывали несколько вражеских истребителей, на взлетном поле в Половинкино стояли всего два дежурных самолета. Первый не завелся, поэтому Евгению Быковскому пришлось принимать бой одному. Очевидцы рассказывают, что уже на первых минутах советский летчик подбил два вражеских самолета и своим неистовством навел панику на немцев. Они сбросили все бомбы мимо цели, благодаря чему город и железнодорожная станция избежали разрушения, и открыли бешеный огонь по советскому истребителю. Свидетели того боя вспоминали весьма странное поведение самолета. Судя по отсутствию дыма и огня, машина не была подбита, тем более что летчик продолжал стрелять. В то же время самолет быстро падал на землю. Позже выяснилось, что Быковский был убит через лобовое стекло и, падая, зацепился за гашетку. Уже будучи мертвым, летчик продолжал расстреливать врага, сея в его рядах панику… Владимир Талашко не раз бывал в Половинкино, принимая участие в мероприятиях, проходивших в рамках акции «Венок памяти» на могиле героя.
В сценарии много эпизодов, взятых из реальной жизни: так ветераны особого отдельного 434-го истребительного полка рассказывали, что эпизод, когда Маэстро – Титаренко возвращается в полк после боя не на самолете, а на лошади – «махнул не глядя!» – случился под Сталинградом с летчиком их полка Александром Александровым, когда он был сбит и вернулся ночью на коне. А ветераны 1-й гвардейской авиадивизии узнали эпизод с замаскированными под копнами сена немецкими танками, который имел место в биографии их боевого товарища и командира, Героя Советского Союза гвардии майора Степана Пруткова.
Но наибольшие дебаты вызвал эпизод с трофейным «мессершмиттом», на котором Титаренко летал на разведку, закончившуюся, как все помнят, смачной потасовкой с пехотинцами на передовой. Подобный случай был, как оказалось, далеко не единственным. Наши летчики, как, кстати, и немецкие, часто использовали для разведполетов трофейные самолеты. Была даже создана «спецгруппа Александра Покрышкина» на трех «мессерах» для полетов по вражеским тылам. Во время возвращения с задания у одного из «Ме-109» отказал мотор. Летчику все же удалось дотянуть до нашей передовой и плюхнуться у самых окопов. Его с криками «А, фриц, попался!» сразу же окружили пехотинцы и, несмотря на то, что капитан кричал им по-русски, надавали ему тумаков.
Еще более анекдотичная ситуация была у летчика-истребителя Льва Радигера, который, сев на вынужденную посадку и решив, что попал на немецкую территорию, пользуясь тем, что в совершенстве знал немецкий, начал на нем «шпрехать» с набежавшими солдатами. И получил «по полной». От него отступились только тогда, когда «фриц» взвыл на всю округу благим матом.
Среди других прототипов героев фильма:
– Дважды Герой Советского Союза, командир 270-го истребительного авиационного полка 203-й истребительной авиационной дивизии Сергей Данилович Луганский. В небе Румынии, над Одером он летал на самолете – подарке алма-атинских комсомольцев. Боевой путь закончил в Берлине. К концу войны совершил 390 боевых вылетов, лично сбил 37 и в группе 6 самолетов противника. Написал книгу «На глубоких виражах».
– Герой Советского Союза, гвардии капитан, штурман 7-го гвардейского штурмового авиационного полка Василий Борисович Емельяненко, за время войны совершивший 100 успешных боевых вылетов и уничтоживший 23 самолета противника, подбивший десятки танков и автомашин, нанесший врагу большой урон и в живой силе. Автор книги воспоминаний «В военном воздухе суровом».
– Трижды Герой Советского Союза, маршал авиации, а в годы войны – гвардии майор, легендарный ас «Ла-7» Иван Никитович Кожедуб, на фронтах войны продемонстрировавший высокое воинское мастерство, личное мужество и отвагу, совершивший 330 боевых вылетов, в 120 воздушных боях сбивший 62 самолета противника, сам ни разу не сбитый.
– Дважды Герой Советского Союза подполковник Арсений Васильевич Ворожейкин, во время войны возглавлявший 32-й истребительный авиационный полк 256-й истребительной авиационной дивизии. На счету героя более 300 боевых вылетов, 90 воздушных боев, 52 сбитых самолета противника лично и 13 в группе с товарищами. Написал книги: «Рядовой авиации», «Под нами Берлин», «Солдаты неба» и другие. В них он рассказал о своей неповторимой манере боя, включающей резкие маневры, использование различных уловок для введения противника в заблуждение, стрельбу с короткой дистанции…
– Герой Советского Союза, гвардии майор Владимир Дмитриевич Лавриненков, в разное время командующий сначала звеном, потом эскадрильей, а затем и прославленным 9-м гвардейским авиаполком. Прошел Западный, Воронежский, Сталинградский, Южный, 3-й и 1-й Белорусские фронта, участник боев под Сталинградом, в Крыму, под Кенигсбергом и Берлином. К концу войны на его счету было 448 боевых вылетов, в 134 воздушных боях сбито лично 35 и в группе 11 самолетов противника.
Биография Лавриненкова весьма необычна и насыщенна: побывав в плену, летчик воевал в партизанском отряде. Благодаря прессе Геббельса, имя его обросло легендами и небылицами – в глазах врага он был коварным и кровожадным асом.
История создания картины
Конечно, после успеха фильма «Где вы, рыцари?» у Леонида Быкова была возможность сделать еще один фильм на Центральном телевидении. По горячим следам ему не раз предлагались сценарии, но он уже был настолько увлечен идеей, которая жила в нем с детских лет, что не мог думать ни о чем другом.
В конце 60-х годов Быков узнал из уст дважды Героя Советского Союза летчика-истребителя Виталия Попкова о его «поющей» эскадрилье, которая создала собственный ансамбль, поднимающий боевое настроение однополчанам музыкой. «Мы старались беречь молодежь, давая ей возможность стать на крыло», – делился своими воспоминаниями легендарный фронтовик. История о героизме советских истребителей, сражающихся в небе с фашистскими асами, и о «желторотиках» – юных летчиках, вчерашних школьниках, пришедших на фронт из училищ «взлет-посадка», заворожила Быкова. Особенно то, что вместе с готовностью к подвигу в юных летчиках жила и потребность в шутке и песне.
Идея фильма о летчиках появилась у Леонида Быкова еще на «Ленфильме». Он поделился ею с начальством, но ему ответили: «Снимать будешь на студии Довженко. Студия слабая, а ты украинец, тебе ее и поднимать». В те годы в ходу была шутка: есть фильмы хорошие, есть плохие, а есть фильмы студии Довженко.
Сам Леонид Быков вспоминал этот момент так: «Старики» относятся к темам выношенным. Я много лет мечтал о своем Титаренко, о летчике-асе времен Великой Отечественной войны. Если хотите, о Максиме Перепелице военных лет, о ребятах, которые, едва достигнув совершеннолетия, стали освободителями Родины от фашистов. Нашел единомышленников, драматургов-профессионалов Женю Оноприенко, который солдатом всю войну прошел, и Сашу Сацкого, бывшего зенитчика. Написали мы с ними сценарий, и стал я делать своего Титаренко…» Никогда больше друзья не видели Быкова в таком приподнятом настроении. Глаза его были такими лукаво-заговорщицкими, такими прозрачно-зелеными… Он словно чувствовал, что наступил его звездный час!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
