— Сейчас… Сейчас так везде? — Джон провожал взглядом проплывающие пустые дома и одиноких тварей, оглядывающихся на нас с обочин.
— Не совсем так… Но, в целом, да. — Я, в свою очередь всматривался вперёд, пытаясь определить, что нас ждёт на обратном пути мимо комбината. — Ты сколько был на орбите? Один там что ли висел?
— Я был там в… С сентябрь. Но нет… Не один. Ещё Иван. Стрельников. Ваш инженер. Русский.
— А он что, решил там остаться? Могу понять…
— Нет. Он нас двоих спускал… Когда стало можно. Всё рассчитал. Его эти… Creatures… Кушать… Не убежал.
— Этих «кричерз» все вокруг называют жорами. Жора. Есть такое русское имя, как ваш Джордж. Созвучно со словом «жор»… Э-э-э… Ну это когда сильно кушать хочется.
Американец сощурил глаза. Похоже, что под респиратором он улыбнулся.
— А вы… Если не спасатель… То кто? Э-э-э… Армия? Полиция?
— Нет, Джон. Они тоже теперь все жоры. И армия и полиция. Болезнь не тронула только детей. Самым старшим сейчас около семнадцати. Вот они теперь и армия и полиция. И служба спасения. — Я кивнул на Алину. — Сейчас как раз едем обратно к таким ребятам. Они засекли твой сигнал.
— Да… Я слышать об этом из сообщений с Земля… — Он изучающе рассматривал девочку, деловито выравнивающую наш курс. — Но… Они закончить… Эм-м… Быстро… Резко…
Он задумался, поёрзал, устраиваясь поудобнее в своём углу и снова задал вопрос:
— А как вы… Почему вы не такой? — Он кивнул на шагающих за нами красноглазых. — Уже есть… Э-э-э… Вакцин?
— Наверное, иммунитет. — Я пожал плечами. — А над вакциной детишки тоже собираются поработать. Не знаю как, но как раз для этого ты нам и нужен. Вы же там наверху стерильные были всё это время. И судя по тому, что ты сейчас не среди этих голодающих, то ли тебя спасает респиратор, то ли вирус от жор уже не передаётся.
Он проговорил про себя мои слова, вспоминая их значение. И согласно кивнул, когда справился с переводом.
— Это значить… — У его глаз снова пролегли весёлые морщинки, и он немного приосанился — насколько позволяло его скрюченное положение. — Это значить…Что сейчас я по линия наследование власть… President of the United States of America!
И заразительно рассмеялся. Смотри-ка, не теряет всё-таки присутствие духа, мистер президент.
— А вы много раз в космосе были? А на Луне? — Услышав смех, Алина, наконец, расслабилась и осмелилась поговорить с настоящим космонавтом.
— No… На Луна я не успеть. — Джон с любопытством повернулся к девочке, продолжая улыбаться под респиратором. — На орбит это мой два… Второй раз. Джон Шеппард. Президент of the US.
Представившись, он галантно кивнул и протянул руку.
Алина стеснительно её пожала:
— Алина… Кузнецова. Хронист Ордена Квашеной Капусты. — И тоже заулыбалась ему в ответ.
— What?… — Джон удивлённо поднял брови и оглянулся на меня. — А вы, my friend?
— Кир. Из той же организации. Не спрашивай. — Я махнул рукой и пригляделся к толпе, которая показалась вдалеке около шоссе. Как раз рядом с тем перекрёстком, где нам нужно было сворачивать.
Приближаясь к ней нашим размеренным темпом, мы вскоре заметили, что это вовсе не толпа. Точнее, не совсем толпа…
— Sweet Mother of God… — Ошарашено выдохнул космонавт. Значит, он видит то же самое, что и я.
У обочины, в окружении обычных красноглазиков, сидело чудовищное существо, состоящее из десятков тел, сросшихся друг с другом. Пучки рук и ног торчали в разные стороны под разными углами, непрерывно шевелясь и сгибаясь. Тела срослись разными местами — кто спиной, кто животом, кто плечами. Кто-то шевелил ногами в воздухе, чья-то голова висела внизу, почти у самой земли. На ком-то ещё были обрывки грязной одежды. Некоторые тряпки словно вросли в тела хозяев и повсюду свисали клочьями.
И теперь оно заметило нас. Перебирая по земле десятками конечностей — как ногами, так и руками, оно медленно двинулось в нашу сторону.
— Давайте-ка это объедем… Алина, поворачивай… — Не в силах отвести взгляд от фантастической мерзости я похлопал её по плечу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Девочка, точно также уставившаяся на это нечто с выражением ужаса и удивления, повернула свои рукоятки. Машина сменила курс и выехала на встречные полосы, подмяв под себя парочку обычных неудачников.
Многорукая и многоногая тварь тоже свернула, двинувшись нам наперерез. Причём не вдогонку, а на опережение, с учётом нашей текущей скорости и направления.
— От такой, похоже, не отстреляешься… — Я взялся за рычаги, чтобы попытаться отодвинуть это существо от нас ковшом. — Как это вообще возможно…
Вспомнился рассказ кадетов про инфекционное отделение городской больницы. И про сотни жор, которые постоянно толклись возле него. А что, если там в корпусе такая же тварь утрамбовалась… Прямо у них под боком… Или ещё что похуже…
Распрямляясь ковш упёрся многорукому комку в то, что можно было бы назвать боком. Если бы не свисающие из него ноги и торчащие головы. Гидравлика завизжала, послышался металлический скрип из-под кабины — это не мы двигали тварь, это она толкала нас!
Конечно, она вряд ли была тяжелее экскаватора. И не могла сдвинуть с места гусеницы — те продолжали исправно цепляться за асфальт и перемещать нас ровно по курсу, заданному Алиной. Но вот кабину и отсек с двигателем эта гадость, похоже решила оторвать. Скрип усиливался.
— Сворачивай! Сворачивай ещё! — Прикидывая варианты дальнейших действий, я пока мог только наблюдать, как многочисленные руки вокруг черпака схватились за его края и потянули его внутрь этого тела, окружая сросшейся плотью. Головы, торчащие вокруг уходящего куда-то вглубь ковша, что-то гортанно голосили на разные лады.
Алина заставила нашего золотого дракона повернуть ещё немного и скрип под кабиной прекратился. Теперь ковш, выставленный в бок относительно нашего движения, потащил тварь за собой по асфальту, оставляя позади неё кровавый след. Двигатель заревел и изверг густые клубы чёрной сажи, преодолевая возросшее сопротивление. Гусеницы, с лязгом и скрежетом врылись в асфальт и начали пробуксовывать. Гидравлика, управлявшая поворотами кабины, взвыла, и та начала сама разворачиваться в сторону прицепившейся массы.
— Джон, а ну-ка пусти… — Я протиснулся к двери и вылез наружу, пропустив его на кресло вместо себя. — Тут проще, чем на ракете. Разберёшься. Я щас…
— Кир! Вы куда?! — Алина испуганно обернулась.
— Займусь прополкой. Держи курс. — Я захлопнул дверь и вытащил из-под кабины косу, которую ранее закрепил в гнёзда для лопат, предусмотрительно оборудованные там рачительным японским конструктором.
Оседлав штангу ковша, я начал постепенно подбираться к многоликой твари, цепляясь свободной рукой за гидравлические штыри. Существо уже смогло подняться на свои нижние конечности и перестало стираться об асфальт. Теперь об него стирались десятки как босых так и обутых ног, упираясь и препятствуя свободному движению гусениц. Свисающие снизу руки цеплялись за малейшие неровности, теряя пальцы и ногти, но также внося свой вклад в тормозящий эффект. Экскаватор продолжал натужно реветь и буксовать, расходуя драгоценное топливо быстрее обычного.
Почти добравшись до черпака, продолжающего исчезать под конечностями и телами, я уселся поудобней и приступил к рубке. Наточенный накануне инструмент прекрасно справлялся с руками и ногами, обхватившими ковш — они полетели на асфальт одна за другой, конвульсивно дёргаясь под наступающими на них нижними конечностями твари. Там, где я не дотягивался до локтей или колен, я срезал хотя бы пальцы, не позволяя им продолжать цепляться за черпак.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Существо оглушительно завизжало всеми своими многочисленными головами одновременно. Захотелось зажать уши — визг был такой, словно рядом резали сразу роту свиней. Он полностью перекрыл натужный рёв двигателя. Но продолжать рубить мне хотелось ещё больше — теряя хватку и заметив, что наша скорость увеличивается, тварь начала поворачиваться и тянуть к ковшу новые, ещё целые конечности.
