– Уезжайте! – воскликнула Ева и оглянулась.
К гаражу бежали люди: белые и цветные… индейцы, китайцы, мексиканцы, чернокожие. Все, кого Механик похитил за годы работ, ведущихся в кратере.
– Уезжайте! – повторила она и устремилась к амбарам, чтобы разминуться с толпой, срезая путь к месту, где была пришвартована драга.
Выбежав на открытое пространство у воды, замерла – туман исчез, озеро покрылось льдом, который, потрескивая и звеня, продолжал нарастать причудливыми фигурами, будто коралловый риф, забираясь все выше по стенам драги, оплетая бурильную вышку и трубу под ней, подбираясь к кабине накренившегося башенного крана с погнутой стрелой.
На дирижабле Макалистера вращались все пропеллеры, сам летательный аппарат был слегка накренен, но уже отделился от площадки, сбросив кабели и шланги, и постепенно набирал высоту, чтобы скрыться навсегда в вышине, как это однажды случилось в Панаме.
– Аскольд! – в отчаянии крикнула Ева, понимая, что тот вряд ли где-то поблизости.
Когда они расстались, он спрыгнул на мостки вдоль стены драги. Его могли схватить, подстрелить, сбросить в воду… Да что угодно сделать, пока они с Чарли спускались к гаражу и вызволяли Белого Лося.
Она затравленно оглянулась – аэросани под управлением Чарли уверенно мчались к ущелью, за ними ехали еще две машины и бежала толпа. Над головой раздались пронзительные звон и скрежет, Ева снова повернулась к озеру.
Ледяные кораллы над ним перестали расти. Кран заваливался прямо на них, легко прорубая, словно гигантская мотыга, себе путь. В разбитой кабине виднелся человек. Вот его бросило грудью на стойку с рычагами. Еве показалось, что крановщик действует лишь одной рукой, другая почему-то прижата к боку.
Так это же…
– Аскольд, я здесь! – Она подпрыгнула, взмахнув от безысходности руками, и поняла, что ничем не сможет помочь.
Кран падал в озеро, дирижабль взлетал, движение обоих ничто не остановит.
Погнутая стрела пробила лед, взметнув к небу ворох блестящих осколков, когда пространство вокруг внезапно подернулось зеленоватой дымкой. Из глубины кратера ощутимо дохнуло неведомой силой. Ева зажмурилась, представив, как сейчас под ногами проснется вулкан и огненная лава хлынет наружу, сжигая и сметая все на своем пути. Ее мгновенно превратит в пепел – как же легко она умрет, быстро, ничего не почувствовав.
Но таяли секунды, Ева стояла на месте, ощущая лишь нестерпимый холод, слыша звон и скрежет рушащихся конструкций. Неожиданно звуки пропали. Она открыла глаза и уставилась на растущий над озером огромный зеленый пузырь.
Вот пузырь поглотил кран и часть драги, расширяясь вверх и в стороны, достиг дирижабля, съел часть скалы и палаточный лагерь и замер в считаных дюймах от ее ног.
Полусфера была идеальная, но сквозь ее маслянистую поверхность разглядеть, что делается внутри, было невозможно.
Ева, не дыша, отступила на шаг. Под ногами зашуршали камни – звук показался таким громким и неестественным в повисшей над кратером тишине.
Что же творится в этом пузыре? Какие силы пробудил Макалистер? И сам же угодил под их действие вместе с дирижаблем и своими людьми… И главное – зачем?
Сознание упорно отказывалось верить, что Аскольд мертв. Тишина давила на уши, но еще больше раздражала неизвестность. Ева решительно выдохнула, чувствуя себя пловцом, который поступает неразумно, решив направиться против течения, и протянула руку к маслянистой стенке.
Пальцы не встретили преграды. Тогда, набравшись смелости, она шагнула вперед и почувствовала, каким невесомым стало вдруг тело. Кругом царила вязкая пустота, которая неожиданно вздрогнула, будто потревоженный студень на тарелке, и успокоилась, все-таки приняв Еву в объятия.
– Аскольд, – прошептала она. – Ты здесь?
Где-то в глубине замелькали вспышки, мимо Евы пронесся ломаный искрящий разряд. Пронзив пустоту, следом появился другой, третий… Пространство вокруг зашевелилось, задышало, выхватывая из ниоткуда отдельные предметы: фрагменты разрушенной бурильной вышки, лист железа, сломанную балку. Все они вихрем пролетали перед глазами, подталкиваемые светящимися молниями.
Ева вдруг ощутила себя лишней в этой пустоте, но дороги назад уже не найти. С невероятной скоростью мимо промчалось что-то огромное и очень знакомое, взгляд на миг зацепился за два ряда пропеллеров и наклонные балки, над которыми покоились длинные несущие емкости – дирижабль Макалистера, сообразила она, когда аппарат скрылся из вида в ворохе искр. Куда его утащило?
Вспыхнувший перед глазами разряд ослепил. Она почувствовала, как неведомая сила подхватила и ее, унося прочь. Отчаянно замахала руками, но не нашла опоры. Ощущение было очень странным и одновременно пугающим – ни боли, ни звуков, ни дуновения ветерка, но Ева знала, что куда-то летит, а может быть, едет или падает, увлекаемая неизвестным потоком… Вариантов было превеликое множество, разыгравшееся воображение рисовало невероятные картины того, как все, что оказалось в пузыре, устремилось к центру земли, отдаленно напоминая сюжет нашумевшей книги фантаста Жюля Верна, и вот-вот упадет в огромное подземное море.
Ослепленная и напуганная, она перестала искать опору, отдавшись власти потока, – все равно движение, начавшись, когда-нибудь прекратится. На миг пелена перед глазами прояснилась, Ева увидела свет и бескрайнюю песчаную равнину, которую сменили лес и горы.
Невероятно! В центре земли, описанном французским романистом, упоминались леса, но грибные, из гигантских съедобных растений, растущих в столь благоприятном влажном климате на берегу подземного моря…
Перед глазами снова опустилась пелена, и Ева поймала себя на мысли, что если увидела землю и лес, пускай не грибной, то должна непременно упасть и разбиться. Но ее по-прежнему куда-то влекло, значит…
Рассуждения прервал резкий хлопок, будто поблизости лопнул парус. Тело обрело тяжесть, в ушах засвистел ветер. Ева отчаянно замахала руками, кувырнулась в воздухе и внезапно ударилась о твердую поверхность, покатилась, набивая шишки на локтях и коленях, тщетно пытаясь остановиться.
Внезапное возвращение из ниоткуда не сильно обеспокоило ее, гораздо больше волновал вопрос: где она? Когда потерявшее инерцию тело наконец замерло, Ева села, тяжело дыша, крепко зажмурилась и надавила на веки ладонями, наблюдая вспухавшие и гаснущие радужные пятна.
Отняв руки от лица, повторила про себя волнующий вопрос и открыла глаза. Холм с высоким четырехгранным обелиском, у подножия виднеется пруд… Она обернулась – похоже, солнце только поднялось над горизонтом, отблескивая теплыми лучами на куполе Капитолия. Она в Вашингтоне!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
