Впрочем, примерно 20 островов из нескольких тысяч не так уж и малы: от 200 до 3000 кв. км. Например, шведский Готланд, «Божья земля» – второй по площади после датского острова Зеландия (Сьелланд, 7016 кв. км). В справочных данных площадь Готланда указана с точностью до 1 кв. км, а именно – 3001 кв. км. На острове располагается одноименная провинция Швеции с центром в городе Висбю. Готланд известен как туристический центр, весьма оживленный, правда, только в летнее время. Своеобразны занятия и язык жителей острова – это диалект, заметно отличающийся от шведского. Готланд привлекает не только туристов. Его «каменные корабли», остатки древних захоронений интересуют археологов, специалистов по истории Скандинавии эпохи викингов. У поэта Валерия Брюсова есть стихотворение «На Готланде», 1906 г.:
Тощий мох, кустарник чахлый,Искривленная сосна,Камень, сумрачный и дряхлый,Белой пыли пелена…
Замечательны эстонские острова Сааремаа (2671 км2), Хийумаа (960 км2) и Муху (205 км2), с которыми нас познакомил в 1960-х гг. эстонский писатель Юхан Смуул…
В середине Финского залива находится наш российский остров Гогланд, «Высокая земля» или по-фински Суурсаари, «Большая земля», хотя он совсем невелик, менее 1000 км2.
Здесь сохранились редкие растения, необычные озера, мрачные пещеры – прибежища пиратов, контрабандистов и викингов. Гогланд, хранящий множество тайн, включая тайны советско-финской и Отечественной войн, начали изучать только в самое последнее время Балтийское море отличается своеобразным распределением солености – от почти нулевой в нашей Невской губе, сильно распресненной в центральной части и у входа в Финский залив (5– 7 граммов на литр или в гидрохимических единицах – промилле) и до почти океанической на границе с Северным морем (30—32 промилле). Погодные условия изменчивы, метеорологические наблюдения и измерения в открытом море довольно ограничены, надежные данные имеются только на береговых и островных станциях. Нередки на Балтике жестокие штормы, например: 19 сентября 1893 г., когда погиб корабль русского военного флота «Русалка» (известный памятник в Таллинне, 12 офицеров и 166 матросов); 17—18 октября 1967 г., когда редкие по высоте волны и бурные течения изменили топографию дна на подходах к прибалтийским портам Клайпеда, Лиепая, Вентспилс; 11 ноября 1969 г., когда ураган, частоту которого оценили повторяемостью 1 раз в 300 лет, вызвал наводнение в Риге. Почти ежегодно в Балтийском море появляется лед, но его распространение чрезвычайно изменчиво: от полного отсутствия в открытой части и до полного покрытия поверхности моря в суровые зимы. Развитие ледового покрова на Балтике иногда используется как показатель суровости зимы в Петербурге. Балтийское море считается бассейном экологического риска из-за активного антропогенного воздействия со стороны технически развитых стран, расположенных на его берегах. Со временем оно усиливается: по продольной оси Балтики на ее дне в ближайшем будущем предполагается проложить газопровод из России в Европу. Кроме того, серьезные опасения вызывают захороненные после Второй мировой на балтийском дне боевые химические вещества.
Путь до Балтийского моря из Петербурга оказывается неблизким. И считать наш город морским можно, пожалуй, довольно условно. Кроме того что открытого моря у Петербурга нет, город обращен к воде совсем не парадной своей стороной, а промышленно-торгово-деловым обликом – портом, заводами, складами. Его «морской фасад» имеет пока довольно непривлекательный вид, его благоустройство и оформление существуют только в проектах.
О воде в Петербурге и вокруг него можно рассказывать еще много и долго. Каждый водный объект заслуживает внимания, каждый неповторим и необходим. Вокруг города и в Ленинградской области протекают, кроме Невы, еще около десятка рек, которые считаются большими, примерно 15 средних и более 19 000 малых рек. Сравним: на Украине площадью в 7 раз превосходящей нашу область рек чуть больше 20 тысяч. Расскажем коротко о некоторых крупных реках Ленинградской области.
Волхов – длина 224 км, из которой ровно половина приходится на Новгородскую область. Вытекает из озера Ильмень, втекает в Ладожское озеро. Средний расход (объем воды в единицу времени) – 552 кубометра в секунду, максимальный – около 3000. На редкость прямая река, даже по сравнению с Невой, почти без извилин. Не имеет дельты. Обширная пойма в среднем течении при половодье надолго затапливается.
Волхов подвержен заторам и зажорам, так как часто создаются условия для образования внутриводного льда. На порогах реки построена знаменитая Волховская гидроэлектростанция – первая после революции по плану электрификации Советской России.
Свирь – соединяет Онежское и Ладожское озера. Длина в точности равна длине Волхова, но, в отличие от него, Свирь очень извилиста. Средний расход – 780 кубометров в секунду. Имеет много притоков: Паша, Оять, Важинка и другие. Судоходна на всем протяжении. Построены гидроэлектростанции – Нижне– и Верхнесвирские.
Вуокса – вытекает из Сайменского озера в Финляндии, впадает в Ладогу. Длина 156 км. На течении – несколько водопадов, из которых знаменит Иматра. Сток зарегулирован четырьмя ГЭС. Средний расход – 600 кубометров в секунду.
Нарва – начало берет в Чудском озере, впадает в Финский залив. Длина 77 км, средний расход 400 кубометров в секунду, максимальный – 1470. Приустьевая часть реки протекает по Эстонии. Зарегулирована гидроэлектростанцией.
Луга – самая длинная река Ленинградской области: 350 км. Средний расход – 100 кубометров в секунду. Устье реки подвержено сгонно-нагонным колебаниям при прохождении циклонов по Финскому заливу.
Не только перечисленные, но и все другие реки Ленинградской области живописны, интересны в географическом и историческом отношениях, могут служить объектами туризма и отдыха.
Но нет на Северо-Западе России, а тем более вблизи города, пожалуй, ни одной даже маленькой речушки, которая не подверглась бы влиянию человека. И об этом следует сказать особо. Вскоре после Второй мировой войны, едва восстановив разрушенное, люди обнаружили, что их созидательная работа имеет и обратную сторону, а именно – она отрицательно воздействует на окружающую среду. Так, впрочем, бывало всегда. Где бы ни появлялся человек, тотчас же начиналось использование и потребление природных ресурсов, на окружающую среду начинала оказываться так называемая антропогенная нагрузка. Гораздо реже и, как правило, с опозданием принимались природоохранные меры. У нас долго провозглашался девиз: «Мы не можем ждать милостей от природы. Взять их у нее – наша задача!», автором которого считался замечательный селекционер Мичурин. В действительности же этот клич был очень удобен власти для оправдания хищнического вторжения в природу, против которого всегда выступали и наши и зарубежные ученые и естествоиспытатели. Выдающийся географ-климатолог Александр Иванович Воейков еще в 1893 г. предостерегал: «от противоречия между временными выгодами человека и выгодами целого общества… – И заявлял далее: – Считаю необходимым особенно оттенить противоположность между хищнической деятельностью человека и деятельностью охраняющей и восстанавливающей, между злоупотреблением и разумным пользованием силами природы. Истинная культура в том и состоит, чтобы путем временных ограничений, трудов и усилий достигать блага в будущем, если не всегда для себя, то хотя бы для подрастающих поколений».
Со второй половины XX в., с началом научно-технической революции, мера антропогенного воздействия стала опасной. Горожане начали испытывать трудности с дыханием, в сельских местностях заметили вред от химических удобрений, поредели леса, испортилась вода в реках, озерах, морях. Проблема вышла на мировой уровень. Организация Объединенных Наций обращалась к главам государств, принимала воззвания, решения, определения. Например: «Под загрязнением моря понимают прямое или косвенное введение веществ или энергии в морскую среду, включая прибрежные и устьевые районы, которые приводят к вредным последствиям для живых организмов и к опасности для здоровья человека, препятствуют развитию активной морской жизнедеятельности, в том числе и рыболовства, причиняют ущерб качеству морской воды и всем сторонам человеческой деятельности». Определение принято, им руководствуется Конвенция по охране морской среды бассейна Балтийского моря, оно приложимо к любому водному объекту российского Северо-Запада. Но не достигнуто главное: полный контроль над загрязнением и его прекращение. Хотя некоторые положительные сдвиги имеют место, они все же явно недостаточны.
