Лучник, как показалось Трешу, грустновато вздохнул и направился к коменданту. Ему предстояло временно побыть членом гарнизона и дождаться полудня. Независимо от того, нападут ли враги или нет. Затем отправиться в сторону Пади, к Большим Лужам.
Но даже обладавший ментальной силой и телекинезом Избранный пока не догадывался, что принесет ему день и удастся ли вообще выполнить задуманное.
* * *
– Орк, дружище, чего он творит? Зачем они пошли через Мертвую заставу? Они же так всех уродов Пади соберут! Какого черта он игнорирует задание и занялся робингудством?! Орк?
– Армада молчит, видимо, знает, что и как. Значит, Треш делает все правильно, только, согласен, очень странным способом.
– Либо Армаде все равно, что с ним случится, либо… – Никита сдернул с головы берет, стал мять его в кулаке. – Она может. Может! А потом сослаться на то, что «задание провалено, цель не достигнута, Избранный не оправдал надежд, статус Стража отменяется, аккаунт закрыт» и бла-бла-бла. Проходили уже…
– Никитос, успокойся, ты же прекрасно знаешь, какие цели Армада преследует кроме посвящения Избранного Треша в Стражи. Ее интерес в ином. И она не позволит поставить крест на миссии сталкера. Хотя и помогать ему… гм… тоже вряд ли станет. Иначе в системе Мироздания может что-то нарушиться. О, Господи! Что-то заклинило меня опять. Пойду сто граммов накачу за удачу Треша.
– Скайпер отключи, не забудь! Я, пожалуй, тоже опрокину за сына. Пока она не видит… Пошли, Орк, чокнемся. Эх-х, Данилка, как бы я хотел оказаться там, плечом к плечу с тобой!
* * *
– Парни, а вы с нами повоевать за честь Пади и мир во всем мире не желаете? Или узы братства «синих» не позволяют нести добро в люди, помогать другим, а подталкивают только лишь творить темные делишки?
Оба наемника, недавно освобожденные сталкером из плена в заминированном подвале, переглянулись и снова уставились на Треша.
– У нас другая дорога, уж извини, – сказал один, коренастый и угрюмый, – респект тебе, Треш, за помощь и хабар какой-никакой. С голоду и от крысаков точно уже не сдохнем.
– Знаем мы вашу дорогу! Не удивлюсь, если через час, как нагрянут плохие парни, за умеренную плату встанете в их ряды.
– Сталкер, ты уж палку не перегибай! Зачем хреново о нас думать?! – подскочил другой, отряхивая от грязи потертый комбинезон.
– А я о вас не думаю, я знаю! – Следопыт прищурился. – Я таких мочу на расстоянии. И есть причины! Отчего-то у людей всегда возникают проблемы, когда на горизонте появляетесь вы. Еще не было ни одного случая, чтобы «синие» кому-то улучшили, а не сократили жизнь! И вы, я уверен, ничем не отличаетесь от остальных, творящих в Мире выживших только бедлам. Ладно, не будем разводить демагогию. Я вам не учитель, а вы – не школяры. Каждый сам выбирает свою дорогу… Топайте, куда считаете необходимым, но имейте в виду, что вставать поперек нашего пути не стоит. И платить гнилой деньгой гарнизону заставы тоже негоже. Если не хотите примкнуть к ним для обороны форпоста, как сделал это Лучник, то хоть не мешайте, не крысятничайте и не принимайте сторону врага. Не бросайтесь подбирать кость, когда вам ее швырнут с презрением, не лижите ноги разбогатевшего на беде других. Вы могли бы стать неплохими бойцами вон, например, у Холода в отряде… Смотрите, короче, ваше дело. – Сталкер отошел на шаг и вздохнул. – Одно прошу – не подставляйте парней в крепости. Если бы погибли в подвале, вместе с ними точно бы встали в строй где-то там, за гранью жизни…
Треш подмигнул наемникам, вернулся к отряду и продолжил сборы. «Синие» еще долго стояли одни посреди площади заставы, гоняя мысли и пережевывая услышанное.
«Урал», загруженный бойцами и имуществом, басовито, с небольшими сбоями заурчал, выбрасывая клубы черного дыма от некачественного рапсового топлива, и натужно двинулся из крепости. Вся застава долго махала вслед грузовику руками, народ грустно смотрел на полосу пыли, удалявшуюся от Мертвой заставы все дальше и дальше на восток. Затем автомобиль сделал поворот и пошел на север.
Профессор Лиознов, щурясь от утреннего солнца, тоже неотрывно следил за клубами пыли в степи, думая о чем-то своем. Потому что многое в его планах сегодня нарушилось.
Лучник оторвал взгляд от грузовика, осмотрел небо и, кивнув коменданту, зашагал на свой пост. Им наверняка скоро предстояло хорошо повоевать.
* * *
Впереди маячила нелегкая дорога, в которой требовалось совершить не один сложный маневр. Поэтому, помня о том, что Грешник плохо управляет машиной, Треш посадил за руль Гучи, а «каскадовца», как знатока этих мест, все же оставил в и без того тесной кабине. Вжавшиеся друг в друга Фифа и Злата тихо ворчали, потели и с трудом выставляли вперед руки, чтобы утереться или попить воды. Но мужественно терпели неудобства, лишь изредка визгливо вскрикивая, когда машину сильно заносило или подбрасывало на очередном ухабе. Ко всему прочему, Злата все время пыталась закрыть выскакивающую из зажима крышку бардачка. Дверца оказалась упорнее, периодически бренчала, подпрыгивая вместе с машиной. Злата плюнула на пустую суету и придавила бардачок противогазной сумкой.
Обрадованный возможностью «тряхнуть стариной», Гучи выжимал из грузовика все его лошадиные силы. «Урал» ревел движком при переключении скоростей, гремел расшатанными бортами кузова, пускал все те же черные выхлопы дыма, но упорно наматывал на колеса километры, оставляя далеко за собой поднимающиеся над дорогой клубы пыли.
В кузове бойцы едва успевали ловить подлетающие вещи и держаться сами. Народ зароптал:
– Э-э-э! Не дрова везешь!
– Охолонись, безбашенный! Всех угробишь!
– Вот козлина, а! Командир, а можно я потом так же? Прямо руки чешутся этого раздолбая на нашем месте прокатить!
– Эх, я бы тоже с удовольствием вспомнил молодость…
– Черт! Бандану унесло!
– Ничего, проветришься! Противогаз нацепи, он не слетит!
– Да ладно вам! Все не пешком шкандылять!
Высунувшийся на миг из окна Гучи весело осклабился, подмигнул Холоду, спрятал голову в кабину и повернулся к Грешнику.
– Ты это… Не липни ко мне, чтоб я не заподозрил тебя в неправильной ориентации! А то словно руль у меня хочешь отобрать…
– Так неудобно же, – пытался оправдаться «каскадовец». – Не к женщинам же мне липнуть!
– Вот ты чудила, а! – Гучи захохотал. – Я б на твоем месте к ним только и лип!
– Я тебе прилипну! – Фифа состроила гневную гримасу. – Как прилеплю сейчас пулю из винтовки промеж глаз, сразу мысли пошлые пропадут!
– Ахах! – водитель все сильнее распалялся, не забывая давить на газ. – Ты там и моргнуть толком в тесноте не можешь, а еще винтовку доставать собралась. Придумал! – гаркнул он. – Ты сначала в потолок липани из нее, снесешь крышу, а потом спокойно ружьишко ко мне развернешь!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
