— Не знал, что вы здесь, Баркли. — Его изящная бровь выгнулась. — Разве вам не нужно ловить кого-нибудь лассо либо еще чем-то заниматься?
Уэйд вошел в комнату, снял шляпу и швырнул ее на стол, стоящий перед диваном. На лице его блестел пот, сапоги были в грязи. В клетчатой рубашке, грубых штанах, сапогах со шпорами и шейном платке он казался усталым, пыльным, привыкшим к тяжелой работе, тогда как Дрю Рейли в своем темном костюме и вышитом шелковом жилете выглядел весьма элегантно.
— Не помню, чтобы я приглашал вас в свой дом. Наверное, вылетело из головы.
— Я приехал повидать Кэтлин.
— Неужели? — Уэйд взглянул на нее. — Вы его приглашали?
— Нет, но на самом деле на ранчо «Синяя даль» всегда рады гостям. — «Ах, Уэйд, почему ты не пришел несколькими минутами раньше и не спас меня от необходимости ехать с ним на эти дурацкие танцы? « — подумала она, но вслух сказала с вымученным смехом: — Он просто шутит, Дрю. Пожалуйста, поймите его правильно и не думайте, что он грубит вам.
— Верно. Когда я буду вам грубить, Рейли, у вас не останется никаких сомнений. — Уэйд вытащил пробку из графина с виски, стояв. шего на каминной полке, и налил себе. Он осушил стаканчик одним глотком, после чего снова стал перед Рейли.
— Вы кончили свои дела здесь? — Это прозвучало скорее как утверждение, а не как вопрос. — Я провожу вас.
— Уэйд! — Кэтлин закусила губу. — Может быть, Рейли не отказался бы выпить? Или подкрепиться? — спросила она, разрываясь между глубоко укоренившейся привычкой держаться любезно и желанием избавиться от незваного гостя. Хватит и того, что она связала себя, согласившись поехать с ним на танцы, — оставалось только надеяться, что он не расскажет об этом Уэйду.
Кэтлин уже решила, что будет лучше, если все расскажет ему сама. Уэйд невзлюбил Дрю Рейли еще больше, чем она, и она знала, что, услышав о его предложении, он взорвется.
— Мне не кажется, что ему хочется выпить. — Уэйд холодно смерил глазами собеседника. — Кэтлин занята.
— Я занята?
— Ага.
Он скользнул по ней взглядом, быстро переведя его с аккуратно зачесанных кверху волос к белой блузке и темной юбке. На подбородке у него дернулся мускул. Потом он перевел взгляд на Рейли, и почти незаметно этот взгляд стал тяжелым.
— Кэтлин нужно просмотреть бухгалтерские книги ранчо. Я вспомнил, что еще в январе, кажется, сделал ошибку в вычитании. А может, и еще одну — в июне прошлого года. Пожалуй, на целые двадцать центов. А вы знаете, каковы женщины — они не успокоятся, пока не укажут мужчине каждую ошибку или изъян.
— Чего у вас, кажется, хватает.
Но, говоря это, она улыбалась. Дрю Рейли заметил эту улыбку, заметил, как свирепый ковбой с ранчо «Синяя даль» усмехнулся ей в ответ, и почувствовал полное удовлетворение.
В конце концов планы Трента, пожалуй, и осуществятся. И он решил прозондировать почву.
— Ну что ж, тогда я, наверное, поеду. Я сделал здесь все, что хотел. — Он прошел мимо Уэйда, снова взял Кэтлин за руку и нежно пожал ее. — На танцах я буду самым счастливым из всех мужчин.
Дрю Рейли отпустил ее руку и лучезарно улыбнулся Уэйду.
Кэтлин заметила, как у того напряглись плечи.
— Мисс Саммерз согласилась, чтобы я сопровождал ее на танцы в честь Майского дня.
— Вот как?
Рейли смотрел на него насмешливо, но дружелюбно.
— Вы пойдете на танцы, мистер Баркли?
— Может, пойду. А может, и нет.
— Праздник не за горами. Если вы хотите найти себе в спутницы красивую леди, нужно решить это быстро, не то всех хорошеньких разберут.
Услышав эти слова, Кэтлин, испугавшись, подумала, что Уэйд его ударит. Она узнала в его глазах этот холодный стальной блеск, но голос его звучал тихо, спокойно, ровно:
— Благодарю, Рейли. Я это запомню.
— Я провожу вас, Дрю, — торопливо сказала Кэтлин. Но к ее досаде, Уэйд вышел за ними и в холл, и на крыльцо, а потом прошел по двору к загону.
У сарая на скамейке сидел Джейк Янг, чинивший седло. Вытерев пот со лба, он смотрел, как Уэйд и Дрю Рейли бросают друг на друга взгляды, в которых была почти открытая неприязнь, как натянуто болтает Кэтлин, проходя по двору, залитому солнечным светом.
Их уже двое, с досадой подумал он. Черт побери. Она заарканила и Дрю Рейли, и Уэйда. Впрочем, и всех остальных ковбоев в городе. Сердце у него упало.
Мало того, что он видел, как Кэтлин и Уэйд смотрели друг на друга в тот день в Хоупе. Он попытался убедить себя, что они смотрели так потому, что оба были расстроены исчезновением сестры Кэтлин, но что-то подсказывало ему, что дело не только в этом. Проклятие! Если он не наберется храбрости сказать Кэтлин как можно быстрее, что он к ней чувствует, то, чего доброго, опоздает.
Раз за разом, когда Джейк видел ее, ездил с ней в город, помогал учиться стрелять, ему хотелось признаться ей во всем. Он мечтал прочесть ей эти стихи — те, что она прочитала ему в тот день у каньона.
«Как я люблю? Я тебе перечислю… «
Он не помнил ничего, кроме этой строки, но обязательно вспомнит. Это будет гораздо легче, чем придумывать свои слова. Потому что когда она смотрит на него, он вообще не может думать. Даже и дышать-то почти не может.
Когда Рейли уехал, Кэтлин и Уэйд вернулись в дом. «Интересно, он уже пригласил ее на танцы? — разволновался Джейк, глядя им вслед. — А может, ее пригласил этот сукин сын с востока — Рейли? Держу пари, за этим-то он и приезжал сюда». Сломанное седло лежало, забытое, на скамье.
Солнце клонилось к западу. Джейка охватило отчаяние, но он еще не собирается сдаваться. Его чувства были слишком сильными.
В доме, в гостиной, Кэтлин смотрела на Уэйда.
В последний раз она видела его наедине, когда лежала в его объятиях. За окном занималась заря, и губы у Кэтлин горели от поцелуев.
Но теперь вид у него был какой угодно, только не влюбленный и не нежный. Его худое красивое лицо было мрачным и осунувшимся, большими пальцами он зацепился за ремень, на котором висел пистолет. Тяжелый подбородок зарос щетиной, глаза сверкали стальным холодным блеском.
— Вам и впрямь так хочется пойти на танцы с этим проходимцем?
— Уэйд…
— Отвечайте. Да или нет?
— Все не так просто. Он меня пригласил. Вежливо, прилично. Вряд ли я могла…
— К черту все эти «вряд ли».
Кэтлин изо всех старалась сдерживаться. Не думает ли он, что раз она спала с ним, так теперь он может диктовать ей, что ей делать и с кем? Он, естественно, полагал, что она пойдет на танцы с ним, но при этом даже не потрудился ее пригласить.
— Никаких других приглашений я не получала, — спокойно сказала она.
— Делайте, как хотите. Если вам так хочется пойти с ним — дело ваше. — Уэйд подошел к окну, потом вернулся. — У вас с ним будет целая ночь, чтобы состряпать план, как убедить меня отпустить вас с ранчо «Синяя даль» и уехать бог знает куда. И помочь Рейли наложить свои грязные руки на эту часть имения, чтобы потом он смог заграбастать все целиком.
