Чтобы хоть чем-то занять оставшееся время, Тэсса проверила на компьютере последние поступившие договоры купли-продажи, прочитала несколько статей о текущем состоянии рынка и ознакомилась с прогнозом.
Когда настала пора идти, она схватила сумку, папку с документами, сотовый телефон и выскочила на улицу. Тэсса остановила такси на Мэдисон-авеню и уже несколько минут спустя стояла в фойе адвокатской конторы, где должно было состояться подписание документов.
Приехала она минут на пятнадцать раньше.
– Явились уже почти все, – сказала секретарша, и в ее интонации Тэссе послышалось нечто неуловимо зловещее. Она почувствовала, что летит куда-то вниз, в пропасть. «О нет, только не это!»
Она постучала в дверь.
– Войдите.
«Что это? Похороны, а не свадьба».
Мелисса Партридж, ее коллега из Сотби, нервно расхаживала по кабинету взад и вперед. Поверенный владельца квартиры расположился за огромным письменным столом, поигрывая карандашом. Представитель страхового агентства сидел в углу. Сам владелец – в другом. И никаких признаков человека, за которого отвечает именно она – симпатичного покупателя с французским акцентом.
– А где доктор Дюпре? – спросила Тэсса, не дожидаясь, когда ее представят остальным.
– Его нет, – ледяным голосом сказала Мелисса. – И не предвидится.
– Наверняка он сейчас появится. Ведь еще рано, – возразила ей Тэсса.
– Звонил его поверенный. Сделка отменяется, – пояснил адвокат, хозяин кабинета.
На его лице было написано скорее равнодушие, чем раздражение. Так или иначе, но какой-то гонорар адвокаты все равно получают.
Тэсса выхватила свой сотовый телефон. Позвонила в отель «Пьер». Дежурный администратор ответил без промедления:
– Доктор Дюпре выехал от нас вчера вечером, мэм. Нет, адреса не оставил. В аэропорт, мэм. Да, в Кеннеди.
– Что сказал его поверенный? – спросила Тэсса голосом, взлетевшим на октаву выше.
– Тот тип сбежал! Ни записки. Ничего. С чего, черт возьми, ты решила, что он солидный клиент? – прошипела Мелисса.
И тут все присутствующие уставились на Тэссу. Вопрос был справедлив.
– У него было подтверждение его платежеспособности, выданное лионским «Креди Лионнэ». Среди владельцев этого банка – французское правительство.
Мелисса с деланным ужасом закатила глаза.
– И ты на это клюнула? Ты что, не понимаешь? Какие у него были американские рекомендательные письма?!
– Этого я у него не спрашивала, – растерялась Тэсса. – Он же француз.
– О Боже! В твоих устах это звучит прямо как положительная рекомендация, – съязвила Мелисса.
Говорить больше было, пожалуй, не о чем, а вот задуматься и пораскинуть мозгами стоило. Подписание документов о купле жилья не состоялось. Самая первая подготовленная ею операция по продаже недвижимости сорвалась. На мгновение в Тэссе вспыхнула слепящая, типично английская застарелая ненависть ко всему французскому, которая, впрочем, тут же и схлынула. Это дьявольский бизнес, в котором тебя на каждом шагу подстерегают жулики, лжецы и скользкие личности! Хорошо бы держаться от него подальше. Однако она моментально поняла, что идти на попятный ей никак нельзя.
Тэсса принесла свои извинения и откланялась, слыша уже в дверях, как Мелисса Партридж бормотала что-то насчет дилетантов-англичан и необязательных лягушатников, на которых деловым людям приходится впустую тратить свое время.
На улице было ужасно холодно, сеял мерзкий леденящий дождь. Ей понадобилось целых пятнадцать минут, чтобы поймать такси. Когда, промокшая до нитки, Тэсса садилась в машину, у нее в довершение всего сломался каблук. Угрюмый водитель-ливанец сделал вид, что не понял слова «Мэдисон». Она съежилась на потертом кожаном сиденье. Ее всю трясло – от ярости, от холода и сырости, от унижения, через которое ей пришлось пройти. Сейчас, в теплой машине, от нее вот-вот пойдет пар. Нет, это не жизнь. Лучше умереть. Она постаралась успокоиться и привести свои чувства в порядок, но вместо этого ей только сильнее захотелось расплакаться. Тэсса сжалась, как пружина, застыв в тревожном ожидании.
Ну разве это работа? Неужели через это приходится проходить всем людям, для того чтобы заработать себе на хлеб?
Может быть, миром действительно должны править мужчины? Это занятие уж точно не для слабонервных.
Снаружи под порывами холодного ветра хлещущие потоки низвергались на землю, температура приближалась к нулю. Тэсса наклонилась и осмотрела поврежденный каблук. Самые лучшие ее туфли, фирмы «Маноло Бланик». Неужели их нельзя как-то починить? У нее просто нет двухсот долларов, чтобы купить новые. Черт! Черт! Черт! Такого она не предполагала. Дюпре был таким обаятельным. Что же это за извращение – договориться со всеми об окончательном заключении сделки, а в последнюю минуту смыться? Никакого разумного объяснения этому нет! Вот что хуже всего. Ей никогда не узнать, как именно нужно учиться на собственном опыте. Пожалуй, следует более тщательно «определять надежность» клиентов – рекомендации американских банков, бюллетени агентств кредитной информации, налоговые декларации. Все это, конечно, не устраняет вероятность подобных срывов, но хотя бы сводит к минимуму.
Она подумала, что Камилла в школе сейчас безмятежно учит стихи или таблицу умножения. Бедняжка. Находится в блаженном неведении, не подозревая, что ее будущее было только что погублено.
Тэсса сжала кулаки. «Стисни зубы и крепись» – так всегда говорили ее брат и его бывшие однополчане, когда приходилось туго. Она представила себе, как ее прадед, командовавший батальоном на Сомме, поднимает из окопов своих солдат и ведет их в атаку прямо под пулеметные очереди немцев на верную смерть. На западном фронте затишья бывали редки, и своими отважными действиями Питт-Риверы способствовали этому. Вот бы сейчас они посмеялись над тем, как она реагирует на какую-то одну сорвавшуюся сделку. Людям, шедшим на смерть, это показалось бы комариным укусом. Стоит только оглянуться вокруг, и сразу же увидишь тех, кому несравненно хуже, чем тебе.
Раздался зуммер ее сотового телефона. Звонила та самая секретарша по приему посетителей, которая вывела на нее Дюпре.
– Тэсс, как хорошо, что я поймала тебя до подписания сделки. У меня тут был один случайно зашедший клиент. Из Южной Америки, по-моему, из Бразилии. Шикарный мужчина. Сказал, что зайдет еще раз в двенадцать. Я назвала тебя, и он сказал, что любит иметь дело с англичанами. Хочет посмотреть квартиры в пределах пятисот тысяч. Успеешь вернуться к этому времени?
Тэсса лихорадочно прикидывала. Нужно заехать домой сменить туфли. Но в кабинете у нее есть пара вполне приличных, правда, несколько потертых, на те случаи, когда ей не нужно никуда выходить. Сейчас для нее важно как можно скорее опять оказаться в седле. У них в семье всегда считалось, что это первостепенно, когда падаешь с лошади. Она просто не в силах сказать секретарше, что подписание сделки сорвалось.
