Читаем без скачивания Элиза Хеммильтон. Происшествие в Ист-Энде - Лин Рина

очень люблю кофе Джейми! – возмущенно воскликнула я, откладывая в сторону сумку и тубус и разматывая шарф. Шея под ним вспотела от быстрого бега.

– Да это же вообще не кофе, – застонал констебль, и я только посмеялась его ограниченности. А мне-то казалось, только у Анимант есть такая не слишком приятная черта.

– Все понятно. Вы просто педант из Вест-Энда, – нарочно поддразнила я, и он гордо приосанился.

– Я родился на Бродвик-стрит. А вы откуда будете? – спросил он с нескрываемой гордостью в голосе, которая, видимо, должна была меня развеселить, и я решила сыграть в его игру, кокетливо улыбнувшись.

– А я из глубинки. Близ лондонского порта, – объявила я, разрушая тем самым его представление обо мне как о благородной богатой леди, повесила пальто и шарф на металлический стержень, что торчал прямо из полки как раз на уровне моей головы, и направилась в кузницу, откуда исходил нестерпимый жар, какой обычно бывал на улице в середине лета.

– Эй, с добрым утром, – окликнула я молодого парня, который как раз снимал с огня чайник с закипевшей водой и потому лишь мимолетно мне улыбнулся, стараясь не отвлекаться и не терять концентрацию, необходимую ему для этого опасного маневра.

До этого он уже слишком часто обжигал себе руки и очень не хотел повторить снова эту ошибку.

На нем была светлая рубашка свободного покроя, на удивление чистая, если принять во внимание условия, в которых он сейчас находился. Рукава были закатаны почти до плеч.

– Жарковато здесь, – заметила я, вдыхая горький запах жареных бобов, что постепенно заполнял всю комнату.

Джейми усмехнулся и кивнул на странные металлические фигуры вдоль стен, которые чем-то напоминали шестерни. Он объяснил, что успел изготовить прошлой ночью и какое это будет иметь значение для механики в дальнейшем. Правда, я не запомнила ни единого слова, но сам он, очевидно, очень гордился своей работой, поэтому я уважительно покивала головой, похвалила его старательность и за это получила кофе.

↫Если я напишу, над чем тогда работал, ты же в любом случае это вычеркнешь, ведь так?Ага.

– Как прошел вчера бал? Тебе… удалось вчера поговорить с тем лордом? Как его там зовут? – нерешительно спросил меня Джейми, и я похлопала его по плечу.

– Сэр Годрик Перси, – помогла я ему вспомнить имя нашего первого подозреваемого. – Да, удалось. Но он не наш убийца. Впрочем, все по порядку. Я принесла торт, – сообщила я, идя за ним обратно в мастерскую, где за одним из рабочих столов уже расположился констебль, как будто это был его собственный дом.

Кофе он пить так и не стал, однако ничего не имел против шоколадного торта.

Джейми принес две тарелки для себя и констебля, и я отказалась от своего куска торта в пользу бравого господина полицейского, который, судя по всему, пожертвовал своим выходным, чтобы продолжать приглядывать за Джейми.

Они сидели за одним столом чуть ли не вплотную друг к другу, хотя в комнате оставалось еще достаточно места, где можно было бы сесть. Но я ничего не сказала. В конце концов, я хотела, чтобы у Джейми не портилось настроение, поскольку собиралась снова вовлечь его в расследование дела Дэвида Брайтона, но сделать это нужно было очень осторожно. Поэтому для начала я поинтересовалась, как он себя чувствует.

– Все хорошо, спасибо. Со вторника никаких тревожных происшествий, никаких таинственных фигур в темных переулках. Знаешь, жизнь становится какой-то скучной, когда тебя нет рядом, – пошутил он, и мы оба знали, что он наслаждался такой скучной жизнью. Ему нравилась рутина.

Но я все-таки надеялась, что ему это не слишком нравилось.

– Дело ведь не в том, что рядом не было меня, а в том, что рядом был констебль Миллер, – с усмешкой заметила я, и он пожал плечами.

– Может, и так, – согласился он, запихивая в рот кусок торта. Он спокойно жевал, но вдруг блаженно-рассеянное выражение его лица сменилось серьезным, и он пытливо посмотрел на меня.

– Элиза? Ты что-то задумала? – спросил Джейми укоризненно, но напуганным при этом не выглядел, так как уголок его рта был перепачкан шоколадным кремом.

– И что же, интересно, я должна была задумать? – вопросом на вопрос ответила я. Джейми прищурился.

– Не знаю, но вот это все явно неспроста. Заявляешься ко мне в гости с утра пораньше, нахваливаешь мой кофе, угощаешь тортом… Дело явно нечисто, ведь так? – спросил он, и я хитро улыбнулась.

– Ну, я так и знал, – простонал Джейми, отставляя свою тарелку в сторону.

– У тебя здесь что-то, – лукаво засмеялся констебль, указывая на свой левый уголок рта и намекая тем самым Джейми, что он испачкался шоколадным кремом.

Тот смущенно вытер рот рукавом, а затем снова нахмурился и с осуждением посмотрел на меня.

– Я собираюсь допросить следующего подозреваемого в убийстве. И хочу, чтобы ты пошел со мной, – наконец раскрыла я ему свой план. Он на мгновение застыл, пристально глядя на меня и пытаясь понять, не шутка ли это.

Но я была настроена очень серьезно. И действительно собиралась пойти к Эрнесту Пауэллу и допросить его.

– Тебе, видно, совсем жить надоело, – покачал головой Джейми, но я не дала ему закончить.

– Не отказывайся раньше времени. Хочу тебе еще кое-что рассказать, уверена, тебя это убедит, – поспешно вставила я и потянулась за тубусом, прислоненным к ножке стола рядом с моим стулом. –  Как ты знаешь, я разговаривала с сэром Годриком Перси. А он был одним из меценатов Дэвида Брайтона, – пояснила я специально для констебля, чувствуя, как во мне медленно поднимается волнение. – Он сказал, что машина на чертежах из чемодана – это электрогенератор. И, скорее всего, одна такая машина сможет вырабатывать столько же электроэнергии, сколько целая электростанция.

Я нерешительно протянула Джейми рулон, ожидая, что он ужасно испугается появления чертежей, от которых он так хотел избавиться. Однако его реакция меня удивила, потому что он буквально вырвал их у меня из рук и, выйдя из-за стола, развернул.

Джейми так много времени ломал голову над тем, что же это за машина на чертежах. И еще примерно столько же пытался перестать об этом думать.

Он неплохо в этом разбирался, наверняка понимал отдельные фрагменты, что для чего предназначено. Но без точного понимания основной функции машины все уже имеющиеся знания были чересчур разрозненными.

Едва же он услышал от меня слово «электрогенератор», его любопытство вспыхнуло с удвоенной силой.

Пытаясь сдержать дрожь в пальцах, он развернул чертежи, от которых пахло старой бумагой и кожей, отодвинул в сторону инструменты и разложил планы на рабочем столе перед собой.

Такой интерес мог считаться хорошим знаком, и я решила, не тратя времени, подробнее рассказать о своем разговоре с сэром Перси.

– По словам Эрнеста Пауэлла, Брайтон уехал в Америку, и поэтому его давно уже никто не