Глава двадцать четвертая
Я остановилась в дверном проеме — просто застыла, как вкопанная, от удивления, осматривая роскошный зал, где прогуливались мужчины в деловых костюмах и женщины в красивых платьях, по большей мере вечерних, в пол. Я в своем, деловом, чуть ниже колена, в тот же миг почувствовала себя неуместной.
— Что это за место? — прошептала я, поворачиваясь к Даниилу. — Это не похоже на представление проекта!
— Разумеется, — согласился Котовский. — Это торжественный ужин. Проект представляли в первой половине дня.
Он осторожно приобнял меня за талию, заводя внутрь, в сам зал — и как раз вовремя, потому что я как раз была готова повернуться спиной ко всем этим людям, пока они не обратили на меня внимание, и умчаться прочь из этого ресторана. Я даже не подозревала, в чём подвох, когда Котовский назвал адрес, потому что на нижних этажах этого здания располагались офисы. Кто ж мог подумать, что "конференц-зал" выглядит шикарнее любого ресторана?!
— Но… Почему ты меня не предупредил? Я хоть бы оделась подобающе!
— Ты просто прекрасна, — прошептал Котовский, скользнув по мне внимательным, страстным взглядом. — Но ты в это упрямо не веришь. И, разумеется, отказалась бы ехать со мной куда-либо, если б я сказал тебе о том, куда мы направляемся. А так… Неужели от того, что тебе не придется представлять проект, а надо будет просто прогуляться и поприсутствовать, что-нибудь изменится?
— А результаты огласят сегодня?
Я оперлась о руку Даниила, чувствуя, что без его поддержки просто потеряюсь среди совершенно незнакомых людей, которым я, к тому же, не ровня, и восторженно оглянулась. Лаконично оформленный, зал казался мне, тем не менее, роскошным. Красота была в первую очередь в том, что организаторы не использовали множество лишних материалов, не развесили огромное количество декоративных элементов, а оформили всё очень интеллигентно, сдержанно. Я могла себе только представить, сколько стоили, например, те шторы… Я видела такие однажды, и цена на них просто зашкаливала.
— Результаты уже огласили, — улыбнулся Котовский, уверенно потянув меня за собой.
Чтобы это со стороны выглядело прилично, пришлось ускориться. Я боялась отстать от Даниила в первую очередь потому, что не представляла, как буду общаться с этими людьми, окружавшими нас. Пока я шагала рядом с Котовским, то была всего лишь его спутницей, которой, как и Даниилу, надо приветливо улыбнуться, в крайнем случае — поприветствовать её, но не более того. Но мне казалось, что, отойди я от него и затеряйся где-нибудь среди этих бизнесменов и их вторых половин — впрочем, я не сомневалась, что в части пар спутниками выступали именно мужчины, а пригласили сюда на таких же правах, как и Котовского, их дам, — и я тут же буду втянута в какой-нибудь разговор, по ошибке или…
И опять превращусь в ту самую неуверенную, несмелую Крысу, которая не способна и рта раскрыть, чтобы поставить на место своих оппонентов.
— И кто же победил? — тихо спросила я.
— Как же? — изогнул брови Котовский. — Мы. Так что, Оля, это мероприятие можно рассматривать как праздник в нашу честь.
— В твою честь, — возразила я. — Это ведь твой проект.
— Ну нет, — покачал головой Даниил. — Мне так не нравится. В нашу. Над проектом мы работали вместе. Просто я представлял его сам, потому что ко мне привыкли в том коллективе. Но это не означает, что я представлял его только от своего имени.
— Полагаю, от имени нашей фирмы, — пожала плечами я.
— Да, но в исполнителях указал, помимо себя, одну прекрасную девушку с потрясающими аналитическими способностями, — усмехнулся Котовский. — Не бойся. Ты здесь самая красивая. И самая умная. Разве есть повод волноваться?
Повод в самом деле был, вот только я всё равно чувствовала себя здесь не в своей тарелке. Все такие красивые, такие выхоленные, очевидно, богатые… Я им точно не ровня. Какой-то аналитик средней руки, работавший на фирме у Котовского. Да, вероятно, большинству этих людей помогали их подчиненные, только никому наверняка и в голову не пришло вписывать фамилии сотрудников как авторов проекта.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Когда-то, — прошептал мне на ухо Даниил, — когда я был совсем молод и только начинал создавать свой бизнес, я тоже чувствовал себя в подобных местах, как последний дурак. Не понимал, как такого невежду, как меня, могли сюда пригласить. А потом понял, что здесь — не аристократия, как в каком-нибудь девятнадцатом веке. Это такие же люди, как ты и я. Многие из них начинали с нуля. Кто-то, возможно, начинал ещё и не особенно честно, но вот их это совершенно не смущает. А ты должна краснеть и мечтать о том, чтобы сбежать? Не стоит. Просто расслабься и получай удовольствие.
— Хорошо, — пообещала Котовскому я. — Постараюсь.
Не знаю, прозвучало ли это хоть немножечко искренне, но Котовский, кажется, поверил. Что ж, я в самом деле искренне надеялась на то, что смогу расслабиться. Сейчас, если отойти вот в тот уголок.
— Пойдем, поздороваемся с учредителем, — мягко произнес Даниил, этой простой фразой напрочь разрушая все мои планы укрыться, никому не попадаться на глаза. — И не бойся. Здесь нет людей, которые лучше тебя.
Я напряженно кивнула. Можно было, конечно, окончательно закрыться, отказаться идти с Даниилом, но вместо этого я расправила плечи и улыбнулась.
— Ну пойдем, — промолвила я. — Поздороваемся.
Котовский уверенно повел меня к группе людей, стоявших у фуршетного стола и уже разговаривавших о чём-то. Кто-то, увидев Даниила, приветливо улыбнулся, однако от этой радости так и веяло притворством и неестественностью.
Впрочем, Котовского мало волновали все присутствующие. Он направлялся к конкретному человеку, и я, столкнувшись взглядом с давним знакомым, подумала, что не так уж Даниил и приукрашивал, когда говорил, что до уровня элиты этому обществу довольно далеко. По крайней мере, отдельным его представителям уж точно.
— Василий Оганезович! — воистину по-кошачьи протянул Котовский. — Рад вас видеть ещё раз!
— Даниил Сергеевич, — выдавил из себя улыбку более чем знакомый мне Бурый. — Вы всё-таки прибыли… О, и с вашей прелестной спутницей!
Женой Котовского он меня не назвал, и хорошо — иначе у остальных обязательно возникли бы дополнительные вопросы. Но зато уважительно взял меня за руку и даже чмокнул в запястье, вызывая у меня ассоциации с поддельным дворянством. Всё-таки, что бы Барчинский ни делал, я всё равно не видела в нем ничего подходящего для статуса интеллигентного человека. А уж дети его…
Рядом с мужчиной стояла Валентина. Та, к счастью, обошлась без объятий и поцелуев, только улыбнулась мне да толкнула едва заметно своего мужа локтем под ребра, напоминая ему о том, что он находится в публичном месте и к посторонним девушкам прикасаться не должен.
— Познакомьтесь, — тем временем заворковал Бурый, обращаясь к другим своим собеседником. — Это Даниил Котовский, наш сегодняшний победитель. Ольга…
Я вынужденно улыбнулась, чувствуя на себе оценивающие взгляды женщин и какие-то грязно-одобрительные — мужчин. Стало почему-то неприятно.
Тем не менее, мои чувства в этот момент никакого значения не имели. Правила хорошего тона требовали, чтобы я стояла рядом с Даниилом, улыбалась его соперникам и притворялась, будто мне очень приятно с ними общаться. Но мне почему-то казалось, что мы с этими людьми испытывали взаимную неприязнь.
Разговоры плавно перешли с проекта на какое-то финансирование, в котором я уже ничего особо не понимала, и я осторожно коснулась руки Даниила.
— Я отойду? Хочу сделать глоток воды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Конечно, — кивнул Котовский. — Вон там напитки, — он кивнул на фуршетный стол.
На самом деле, мне совершенно не хотелось пить. Но это был повод отойти в сторону и немного успокоиться, прийти в себя.
Уйти далеко мне не удалось. Я остановилась у стола, взяла в руки бокал с шампанским, но даже ни одного глотка не сделала, прислушавшись к разговорам каких-то двух женщин, стоявших от меня не так далеко.
