Через четверть часа был возглашён вердикт:
– Отчётливо чувствуются двенадцать конечностей. Имею в виду те, которые двигаются, поскольку неподвижные посчитать нельзя. Но всё равно, даже если включить хвосты, тут больше, чем у двух дракончиков, потому что крылышками зародыши не двигают. Тройня, весьма вероятно. Очень редкий случай. Хотел бы я знать, откуда у вас столько?
– Думаю, на этот вопрос мог бы ответить мой муж.
Все трое от души посмеялись.
– Я рекомендую обратиться к целительнице Фррене. Не знаю никого, кто превосходил бы её как в опыте, так и в знаниях, касающихся беременности и родов. Она, правда, живёт не очень близко, два часа лёту точно на юг. Да, кстати, что это у вас за браслет на лапе? Я такие уже видел.
– Это знак того, что я ученица самого Стурра.
– Стурра? Звучит знакомо, но пациента с таким именем у меня не было.
– Он мой десятник. Лучший тактик из всех, каких я знала.
– А, да-да, слышал о нём. Военные подвиги, как же.
Когда дракони вышли из пещеры целителя, Варра решительно заявила:
– Сегодня уже никуда не полетим, а завтра прямо с утра к этой целительнице. Стурра я сама предупрежу. А сейчас наловлю рыбы. Питание вам всем – и тебе, и маленьким – очень нужно.
– Но…
– Ты воин в десятке Стурра?
– Да.
– А я его мать.
Против этой логики возражений не нашлось.
Произошло то, что и предполагалось: целительница отстранила Ррису от учёбы. Приказ был жёстким:
– О полётах до родов забудьте! Вы замужем? Вот и прекрасно, пусть муж летает за вас. Неторопливая ходьба – вот что я вам прописываю.
Разумеется, я не стал дезавуировать многоуважаемую Фррену. На то были и этические, и чисто прагматические резоны. Пока что мне хватало летунов.
Главной задачей на остаток зимнего периода я поставил розыск потенциально богатых месторождений кристаллов на территории драконов. Пришлось дрессировать десятников, выдавая им самые минимальные сведения в области геологии. Те, в свою очередь, учили рядовых.
Результатом двухнедельной учёбы и трудов были: месторождения с друзами кварца – пять (об одном из них я уже знал); месторождения гранатов разного вида – три (одно я уже пробовал разрабатывать); месторождения турмалинов – два; месторождения бериллов – столько же (одно уже известное, о втором я раньше не знал). Разумеется, основательная проверка ещё только предстояла. Ещё нашли небольшое месторождение железа, в районе которого на глубине вполне могли оказаться пириты, но там предстояло работать магам земли, желательно не одному и не двум. Наконец, Согарр (к тому времени он уже был в полной форме) обнаружил нечто весьма интересное: участок, усеянный обломками какой-то изверженной породы. Куски были достаточно малы, чтобы имело смысл проверять наличие в них кристаллов оливина.
Всем моим «геологам» было накрепко вбито в голову, что «потенциальное месторождение» – совсем не то же, что «месторождение с доказанной экономической ценностью». И все они оптимистически полагали, что какая-то доля из найденного непременно даст практический выход.
Также ребятам было предписано собирать все доступные сведения о пещерах, а равно выискивать входы в таковые. Но лезть в них строжайше запрещено, хотя я помнил, что там может найтись нечто весьма ценное. По моему мнению, только группа с универсалом могла бы пробраться туда без неоправданного риска. У остальных умения в части магии земли хромали на все четыре лапы. И уж точно одному дракону там нечего делать. Значит, подождём до тёплых деньков.
Между делом я заказал через Пика книгу о кристаллах. Она была очень дорогая (два с половиной золотых!) и не особенно нужна мне лично, но на ней я был намерен учить грамоте соратников. Имелись основания полагать, что читать ребята выучатся дней за десять – с драконьей-то памятью. Писать – тут труднее, но если без финтифлюшек в почерке – месяц, да и того много.
Книга, особенно иллюстрации, вызвала всеобщее восхищение. Особенный восторг проявлял женский пол:
– Как ровно написано!
– А какие картинки!
– Драконочки, гляньте, ведь это красный гранат, клянусь гребнем Чёрного дракона! У меня в браслете почти такого же цвета!
– Стурр, а ты сам видел что-то подобное?
Пришлось сыграть на повышение авторитета:
– В общем, все эти кристаллы я видел. И книгу уже прочитал. Она, правда, была не моей.
Ход оказался весьма выигрышным…
Проблема пришла, как всегда, откуда не ждали. В одно из занятий Таррик поднял кончик хвоста:
– Командир, вот я гляжу на картинки в книге, а если посмотреть на кристаллы в наших браслетах, то есть разница. Форма немного другая, да и поверхность у наших глаже.
А ведь мог предусмотреть. Лопух я после этого. Требуется экспромт. Срочно! Двукратная надбавка за скорость!
– На самом деле в книге изображено верно, потому что такие кристаллы и бывают, но и наши кристаллы правильные. Хочу сказать, они по сумме характеристик лучше тех, которые в книге. Просто те, которые с хорошей поверхностью и формой, раздобыть очень не просто. Не обижайтесь, ребята, вам это пока не под силу. Но обещаю… – последнее слово я произнёс с усилением, – что научу вас, как можно получить такие кристаллы. Для этого придётся много учиться.
В дискуссию вмешалась Хьярра:
– Как же так? Мы в школе отучились семь лет, да ещё с дополнительными занятиями. И сейчас учимся. Когда ж конец? Всю жизнь учёба – так получается, что ли?
Пришлось ответить с самыми мягкими интонациями:
– Нет, не так. Вы все будете учиться лишь половину жизни. А вторую половину будете учиться сами и учить других… – Я так и не смог оценить, чего было больше во взглядах – удивления или разочарования. – Это была шутка. Наполовину.
Занятия окончились, а мне наука: недооценка наблюдательности подчинённых опасна, по меньшей мере. А ведь ещё существует Гирра, у неё-то дедукция работает на ять. Пока что мне удаётся уклониться от её многозначительных взоров. Пока… Следовательно, надо улучить момент и посвятить её в некоторые тайны. Сейчас она не знает, что такое магия телепортации. Оно и к лучшему: даже если встретится маг-мозголом, то он от неё не получит никаких внятных сведений.
Но жизнь снова запустила коррекцию моих планов.
На следующий день Глорр внёс предложение:
– Командир, вот у нас то самое место с большими глыбами… ну, тех, где оливины встречаются. Почему бы всем трём десяткам не устроить там тренировку по магии земли?
Теоретически возможно, а как насчёт практики? Ну-ка, прокрутим варианты…
– Нет, друг, не выйдет. И скажу почему. Основы этого вида магии знают все, это так. Только для более-менее пристойной работы нужны кристаллы – заметь, каждому, кроме универсалов, да и тем были бы кстати. А у нас пока что экипирован первый десяток, ещё я сам да пришлые универсалы. Всё.
Но Глорр не собирался так просто сдаваться:
– Ну хорошо, а если силами тех, кого ты назвал?
– Можно. Но при условии, что ты объяснишь, зачем нам это?
– Запросто! Тренировка в магии земли – это раз. Кристаллы для магии жизни получим, их у нас на всех не хватает, – это два…
Тут на выручку пустилась Суирра:
– И ещё. Вот мы учимся-учимся-учимся. Нужно, как мне кажется, чтобы мы почувствовали: умеем ведь. Имею в виду, то, чему учили.
А ведь верно говорит. Это соображение как бы не самое главное.
На сей раз план оказался ближе к реальности. На первый день я положил чистую учёбу с тренировкой, вообще не рассчитывая на добычу. И точно: с первого раза лишь универсалы почувствовали нечто чужеродное в толще базальта, да и то оливин на поверку оказался дрянным – с многочисленными включениями. Но к концу дня все соратники научились ловить включения в глыбах, исчерпавшись сами и исчерпав все запасы энергии в своих кристаллах. Силы в них оставались лишь на то, чтобы долететь до родных пещер и на подзарядку.
Весь следующий день был убит на практику поиска кристаллов. Я подсчитал: на проверку одного среднего булыжника (килограмм на сто) уходил полный рабочий день дракона со стихийной специализацией или чуть более четырёх часов универсала. Исключениями были мы с Фиоррой, у нас навыки в магии земли отработаны куда лучше. Но как мы ни трудились, результаты были удручающими: за целый день было добыто лишь три кристалла, из них два не более полусантиметра (правда, они были прозрачными) и один миллиметров восемь (но чуть мутноватый). Всё.
Драконы – упрямая раса. Три следующих дня напряжённого труда принесли повышение производительности труда аж до трёх часов на исследование глыбы, а также практический выход в виде девятнадцати приличных оливинов, из коих один был чуть ли не сантиметровым. Прогресс!
