Верховный Инквизитор и пятьдесят шестая отслеживает его состояние. Он волнуется, переживает стресс, у него учащенное и усиленное сердцебиение, повышение артериального давления, учащение дыхания и повышенный мышечный тонус. Абсолютно нормальная реакция человеческого организма на стресс. Пятьдесят шестая продолжает мониторить его состояние, просто потому что может. Ее ядра пульсируют, мерно, неторопливо охватывая пространство вокруг.
— Мне перечислить все проблемы из-за тебя и твоего научного комплекса? Чертовы кланы опять начали грызню, а это плохо отражается на имидже Императора! Все подумают, что мы не контролируем кланы, не контролируем страну! У них штурмовые винтовки и свои спецподразделения! Как еще не артиллерия! Клановые войны это меньшее что нам нужно сейчас. Уж ты-то должен понимать, что на данном этапе нам не нужно внимание, не нужны волнения, нам нужно спокойствие в обществе и государстве. Еще хотя бы год.
— Неверно. — отвечает Масадзи Китано, командир 731-го отряда и ее хозяин. Пятьдесят шестая привычно настраивается на мониторинг его состояния. Пульс в норме, артериальное давление слегка повышено, имплант в состоянии инкубации. Все идет своим чередом. Она замирает, не привлекая лишнего внимания. Ее место — за правым плечом хозяина. Хозяин сидит за своим огромным столом, в кресле и она чувствует пульсацию крови внутри кресла, внутри стола, внутри этого помещения. Она чувствует потоки информации, прямо сейчас проходящие через нейропотоковое волокно, она чувствует лезвия Алых Стражей, спрятанные у них в предплечьях, она видит как расширяются зрачки у Верховного Инквизитора и медленно падает вниз белый волос, лежавший у него на плече.
— Пойми, Кента, ты исходишь из неверных предпосылок. — говорит ее хозяин, откладывая ручку и сосредотачивая внимание на посетителе, словно не замечая две громады Алых Стражей, возвышающихся над ним: — ты думаешь, что от кланов здесь что-то зависит. Их слишком много, а значит их поведение поддается простым прогнозам моделей стадного поведения. Это и мурмурация птиц и роевое сознание пчел, и поведение рыб или простейшие модели машинного интеллекта. Они — просто набрасываются на маркер. У них нет мозгов, у них есть только жадность. Клановые войны — это только вопрос времени. У меня не было намерения вызвать клановую войну, это произошло само по себе. Достаточно было того, что у клана проблемы с Канцелярией — вуаля, мы получаем два клана изгоя и остальных, которые раздирают их на части. Это же твой любимый механизм сдержек и противовесов, Кента. Ты сам, стоя в этой комнате не раз говорил о том, что системе нужна стабильность, а стабильность в системе достигается только путем периодического сброса накопившихся конфликтов между акторами. То есть — клановых войн. Вывод очень простой — время от времени клановые войны просто неизбежны и более того — необходимы. Не обращай внимания.
— Вот как. Что тогда ты скажешь насчет того, что ты объявляешь в розыск, арестовываешь и показываешь это по национальному телевидению?! У тебя появились такие полномочия? — ядовито спрашивает Верховный Инквизитор. Пятьдесят шестая замечает истерические нотки в его голосе и делает себе заметку. Это надо будет занести в отчет. Вечерний отчет.
— Может быть ты теперь — Верховный Инквизитор? И можешь выписывать ордера на арест? Ах, да, я забыл — ты всего лишь руководитель научного отдела! Какого черта ты содержишь собственные штурмовые отряды?!
— Да нет у меня штурмовых отрядов. — закатывает глаза Китано: — умному человеку нет нужды в содержании специальных подразделений. У меня вообще нет ни солдат, ни штурмовиков, ни следователей. Все это — твоя прерогатива, Кента. Все что у меня есть — это мои лаборатории и материал для исследований. Да, я клонировал твоих штурмовиков, но это … как это… — он пошевелил пальцами в воздухе: — tempus tortor, не более. Клоны уже распались, идентификации твоих гвардейцев ничего не угрожает.
— Да вопрос не в их идентификации! Не в том, что у тебя оказывается есть свои штурмовики и оружие! Вопрос в твоем поведении! Ты объявил Антимагию вне закона! С ума сошел?! Мы же договаривались — действуем аккуратно. Они…
— Winners non iudicatur, не так ли? — отвечает Китано: — и где сейчас Антимагия? А? Нету.
— Это, кстати, было неплохо. — признает Верховный Инквизитор: — но как?
— Я нашел критическую уязвимость подразделения Антимагии. Их якорь. Она призвала всех остальных в наш мир, и они оставались в нашем мире только благодаря ей. Как только…
— Ты убил сестру Императора?!
— Не убил. Не убил, а … лишил магии. Формально она жива… в индуцированной коме и с вырезанным мозжечком, но жива. Я выращиваю клон, чтобы представить его ко двору. К этому вашему Осеннему Балу как раз будет готова.
— Ты… ты… — Верховный Инквизитор падает в кресло и хватается за голову: — что ты натворил. Мы же теперь не отмоемся.
— Расслабься, Кента, ее не найдут. — говорит Китано: — все под контролем. Сестра она или нет, но ее подразделения подрывали устойчивость государственного строя в стране. С устранением силы, которая удерживала всех сестричек в нашем мире — их всех выбросило назад в собственные, оригинальные миры. Изящное решение проблемы, не так ли? С нашими нынешними силами конфликт с Антимагией мог бы дорого нам обойтись и не факт, что мы бы победили. А так — я увидел возможность и воспользовался ей. Не в последнюю очередь, кстати — из-за твоей нерешительности. Теперь же — Антимагии нет, путь свободен.
— Какой еще путь? — Верховный Инквизитор устало поднимает глаза: — о чем ты?
— Ну что ты как ребенок, Кента. — Китано вздыхает и трет лоб: — сколько раз ты мне жаловался, что ничего не можешь сделать с ограничениями твоих полномочий. Сколько раз от тебя уходили преступники и заговорщики только потому, что кланы отстаивали своих? Сколько раз подразделение «А» вставляло тебе палки в колеса? Власть Императора над Японией — всего лишь фикция, ты сам говорил об этом. Что же мы с тобой должны сделать как истинные патриоты своей страны? Как подданые своего Императора? Укрепить его власть по всей стране, конечно же. Убрать эти сдержки и ограничения, сделать его власть абсолютной, как и должно быть. Что в свою очередь — поможет нам в изучении феномена эскалации. А это не может ждать, у нас не так много времени…
— Масадзи! Ты развязал клановую войну, нанес урон Слову Императора — когда арестовал команду магов под иммунитетом — о каком
