для нас месте».
«Я тоже. Хотя, не пойми меня неправильно, когда ты переодевалась прошлой ночью, эта мысль приходила мне в голову».
«О, мне она тоже приходила в голову!» — с тоской сказала София. «Она приходит мне в голову каждый раз, когда я вижу тебя! Но ты не можешь быть тем, что мне нужно в парне».
«Я знаю. Ты фантастический друг. Надеюсь, мы сможем поддерживать связь после того, как я вернусь домой».
«Конечно! Я буду писать тебе. И, может быть, когда-нибудь ты сможешь вернуться. Ты думал об этом?»
«Вообще-то, да. У меня есть много причин вернуться. Было бы очень здорово вернуться, чтобы увидеть, как мой класс заканчивает Шиллерску школу. Это будет через два года, так что это может случиться. Это то, что я бы с удовольствием сделал».
«Тогда ты можешь остаться у меня на несколько дней! Я могу договориться с мамой и папой».
«Они не против того, что мы делаем?»
«Да. Папа думает, что мы занимаемся сексом, но мама знает, что это не так. Но мы вместе настолько часто, что папа считает тебя моим парнем, и так проще!».
Я усмехнулся: «Я понимаю, как это может быть».
Мы встали, оделись и я пошел вверх по холму к Йонссонам, где быстро принял душ и присоединился к Патрику за завтраком. Андерс пришел к столу примерно через десять минут и выглядел довольно похмельным. Андерс обеспечил мне более чем достаточную мотивацию для того, чтобы я не выпивал лишнего.
После завтрака я сидел в своей комнате, когда вошла Сюзана и закрыла дверь.
«Мы можем поговорить минутку?» — спросила она.
«Конечно; что случилось?»
«Мама и папа сильно поссорились вчера вечером. Папа пил, как обычно. Я боюсь!»
«Он ударил ее? Или угрожал ей?»
«О нет, он был груб, но не так. Я боюсь, что они собираются разводиться. Я не слышала всей ссоры, потому что ушла в свою комнату и включила музыку довольно громко, но они говорили о расставании».
«Ого!» — воскликнул я.
Это удивило меня, и на мгновение я задумался о том, что если бы дело дошло до этого, что бы сделал YFU?
«Я знаю, что он сильно пьет», — продолжал я. «И он может быть грубым, когда выпьет, но в остальном он всегда был довольно милым».
«Он отличный отец, когда он трезвый, но в последнее время он пьет намного больше. Мама не в восторге от этого, как ты понимаешь».
«Я не уверен, что кто-то из нас может сделать. Они должны разобраться в этом сами. Но я здесь для тебя, когда ты захочешь».
«Спасибо», — тихо сказала она. Затем она оживилась: «Кстати, ты видел, что США и Швеция играют в хоккей 12 февраля?»
«Видел. Я рад, что они не в одной группе с русскими и канадцами. У нас может появиться шанс выйти в медальный раунд!»
«Может быть. Но Швеция точно обыграет США».
«Похоже, нам стоит заключить пари. Как насчет 20 крон?»
Это было около $5.00 и я был уверен, что для нее это не слишком много.
Сюзана сморщила нос и улыбнулась: «Конечно. Я знаю, что у тебя есть деньги! Я с удовольствием возьму их у тебя».
«Не будь слишком уверена. Херб Брукс — потрясающий тренер».
«Посмотрим!»
«Разве 12-е число не является также твоим днем рождения?»
«Да, это так. Так что я получу от тебя подарок плюс 20 крон!».
Мы оба рассмеялись.
Разговор закончился на гораздо более радостной ноте, чем начался. Мне нужно было не забыть купить и ей какой-нибудь подарок. Я был немного обеспокоен сложившейся ситуацией и думал, как это повлияет на мои последние шесть месяцев. Мне бы не хотелось переезжать, особенно если придется покинуть Гётеборг. Однако сейчас я просто посмотрю, что произойдет.
В воскресенье Сюзана и Патрик взяли меня с собой на небольшой холм и, используя лыжи Петера, научили меня основам надевания лыж, катания по прямой и остановки. Наша поездка в Австрию должна была состояться через неделю и они решили, что будет лучше, если я буду знать хотя бы немного до того, как мы приедем. В один из трезвых моментов Андерс сказал, что договорился о занятиях для меня, которые будут длиться весь день в первые два дня. Я с нетерпением ждал этого.
Следующая неделя пролетела незаметно и в пятницу я сел на поезд до Хельсингборга, чтобы побыть вместе с Пией. Мы провели фантастические выходные вместе, остановившись у нее дома. В субботу мы обедали с Рольфом и Синиккой, а позже в тот же день пили кофе с Путте и Кати. В субботу мы с Пией снова занимались любовью всю ночь, что стало нормой для моих визитов. Казалось, мы пытались вместить месяц занятий любовью в каждые выходные, которые проводили вместе.
Февраль 1980, Ховос, Швеция и Катшберг, Австрия
Я вернулся в Гётеборг и началась еще одна типичная неделя. В пятницу около 17:00 мы собрали машину и начали поездку в Катшберг, Австрия. Общее время в пути составило около шестнадцати часов, причем Ева и Андерс менялись водительскими обязанностями каждые пару часов. Нам предстояло переправиться на двух паромах — один через Эресунн между Мальме и Копенгагеном, а другой по Балтике из Дании в Западную Германию.
Поездка была спокойной. Я много времени проводил за чтением или болтал с Патриком и Сюзанной. К счастью, Андерс снова был абсолютно трезв. Я надеялся, что он останется таким на всю поездку и что он относится к катанию на лыжах так же серьезно, как и к вождению.
Мы прибыли в Катшберг поздно вечером в субботу, немного задержавшись из-за дорожных работ по пути и нескольких остановок для заправки и еды. Снег шел не переставая, температура была чуть ниже нуля. Мы нашли наше шале и я был рад увидеть, что у нас с Патриком были отдельные комнаты. Сюзана будет жить в одной комнате с Перниллой, а Ева и Андерс, конечно же, занимали главную спальню. Там была прекрасная гостиная с камином и тремя большими окнами, которые выходили на австрийские Альпы.
Распаковав вещи, мы приготовили легкий ужин, а затем сели в гостиной отдохнуть. После утомительной поездки все мы рано легли спать. Почти сразу после того, как я лег в постель, у меня заложило нос, глаза слезились и я весь чесался. Прошло несколько минут, но я понял, что проблема в одеяле, которое лежало на кровати. Я сбросил его с кровати, надел тренировочные штаны, носки и
