что вы, не люди, что ли? Их там целый полк, а народ хваткий и вооруженный до зубов…
— Я так полагаю, бургомистр или господин Сувайн уже додумались. Если у командира совесть есть, не откажет… А то от нашей стражи толку мало…
— Еще егеря господина Сувайна есть.
— Сколько их? Дюжина… Тут бы и в самом деле драгун, чтобы прочесали весь город, как граблями. Враз прикончат.
— Вы как хотите, а я домой. Вдруг этот бешеный вломится? Вломился же он к Баругану…
— Точно, пошли.
— Эй, а как же я? Я что-то сам вниз и не могу даже…
— Вы уж, Жамый Пиритуш, посидите пока. Ветка, я гляжу, у вас удобная, не свалитесь. Потом придумаем, как вас снять, а сейчас некогда… Пошли!
Судя по звукам шагов, все торопливо удалялись. Пиритуш пытался их звать, вернуть, но, видя, что бесполезно, разразился бессильными ругательствами.
Сварог почувствовал, как его прошибла холодная дрожь. Такого оборота он никак не ожидал. Значит, вот так… На смену сказочке о сбежавшем гончаке запустили жуткий рассказ о бешеном псе — том самом гончаке, конечно. Вполне возможно, что этот их Чибер не работает на Сувайна, а в самом деле видел зверски убитое семейство некоего Баругана — этим подонкам ничего не стоит для правдоподобия и в самом деле кого-то прикончить, так даже надежнее… Они спешат, нервничают, вот и придумали…
Теперь ситуация для Сварога осложнилась несказанно. Нужно признать, эти мерзавцы придумали эффектнейший ход: бешеную собаку моментально кинутся истреблять, что в городе, что в деревне, все, у кого найдется крупица смелости, похватают вилы с топорами и бросятся обшаривать городок, защищая жен с малыми детушками, да и себя самих…
Пустая улица, не особенно и застроенная. Песок летит из-под лап… Конский топот справа!
Из переулка выскочил городской стражник с пикой наперевес, зачем-то нацепивший в дополнение к уставному серому камзолу старый, нечищеный, тронутый ржавчиной рокантон. Форменным образом вызверившись, с испуганно-злой физиономией, он направил коня на отпрыгнувшего к забору Сварога, попытался достать пикой, зажав ее в кулаке острием вниз. Получалось у него скверно — вряд ли когда-то приходилось пускать свой дрын в ход, да и лошадка, как ни дергал поводья всадник, не смогла прижать Сварога к забору — наверняка всю жизнь трюхала по улицам, большей частью шагом, и никаких курбетов, на которые горазд хороший строевой конь, выделывать попросту не умела. Без особого труда увернувшись от заржавленного острия, Сварог подпрыгнул, рявкнул, щелкнул зубами у самой лошадиной морды. Лошадка шарахнулась с истошным жалобным ржаньем, взмыла на дыбы, и всадник полетел в дорожную пыль, причем острие пики уперлось в землю и древко переломилось с хрустом.
Стражник заорал, закрываясь руками. Перепрыгнув через него, Сварог огляделся. Топот, вопли! С двух сторон по переулкам набежали немаленькие кучки горожан, с вилами, топорами, цепами, а кое-кто попросту с длинными жердями — оставаясь в руках владельцев, даже жерди были для Сварога так же смертельны, как для обычного человека… или собаки.
Он метнулся туда, где облавы пока что не было. Слыша за спиной топот и яростные крики, перепрыгнул низкий заборчик и понесся садами. С воплем шарахнулась женщина, рассыпав вишни из ведра — он пронесся мимо, и внимания не обратив. Появившийся меж деревьями экземпляр в соломенной шляпе метко запустил в него вилами — с ожидаемыми последствиями, вилы улетели куда-то, не коснувшись собачьего бока.
Сварог наддал, несясь тем путем, которым сюда пришел на рассвете, мимо высоких заборов, чахлых рощиц, обширных огородов. Пару раз то справа, то слева раздавались крики. Сварог несся. Одним прыжком перемахнул давешний ручей.
Взлетел вверх по пологому песчаному откосу, остановился в сосновом лесочке, перевел дух.
Справа послышалось далекое пение трубы. Горнист уверенно выводил сигнал, прекрасно Сварогу знакомый: «Колонна, короткий галоп!»
Сквернее некуда. Итак, командир полка снизошел к беде горожан и поднял в седла, надо полагать, весь полк. Вскоре городок буквально затопят драгуны. Две тысячи всадников, превосходно обученных в том числе действовать с седла пикой и мечом против пешего противника. А вооруженные чем попало горожане, без сомнения, сейчас обшаривают все укромные закоулки в городке, которые они, в отличие от Сварога, прекрасно знают с детства, и наперечет…
Он побежал, взяв чуть левее, уже видя, что сумел выбраться из города. Места потянулись насквозь необитаемые, лес густел, ни единой тропинки не видно. Сварог взбирался все выше и выше по склону невысокой горушки, заросшей сосняком.
Остановился на вершине, найдя удобное местечко меж двумя деревьями, с которого открывался вид далеко вперед. Что происходило в оставшемся за спиной городке, видеть он не мог, зато прекрасно рассмотрел противоположный склон, лесистый, спускавшийся к равнине, где на горизонте виднелась зубчатая синяя полосочка — отроги Каталаунского хребта. Неподалеку от них как раз и должен пролегать Большой Тракт. Карту Сварог прекрасно помнил: примерно в полусотне лиг к полночному закату Тракт раздваивается, правая дорога уходит к Ителу, за которым, совсем недалеко от реки, начинаются горротские владения, левая сухопутьем тянется к гланской границе.
Нисколечко уже не колеблясь, Сварог рысцой стал спускаться с горы, направляясь в сторону Тракта, до которого было лиг двадцать. Решение пришло неожиданно, но он практически и не раздумывал…
Даже если самолеты вот сейчас, сию минуту приземлятся на пустыре, пробраться к ним будет невозможно, непременно ухайдакают по дороге. Горожане, чуть ли не поголовно высыпавшие на улицы, да вдобавок драгунский полк… Нереально. Укрыться в окрестностях городка, выжидая удобного момента — опять-таки слишком опасно. Поймут ли прилетевшие, услышав о всеобщей охоте на бешеную собаку, что речь идет о Свароге. А если нет? Понадобится вовсе уж фантастическое стечение счастливых обстоятельств, чтобы добраться до них невредимым…
А потому он выбрал другой путь — он, конечно, отнимет больше времени, но станет гораздо безопаснее. Не мудрствуя и не рискуя, Большим Трактом уходить в Глан. До гланской границы — менее сотни лиг. Еще немного — и он окажется за пределами читы. А у гланских пограничников давным-давно есть интересная статья устава…
Грамотностью большинство стражей Родины похвастать не может. Да и агенты, отправляемые в сопредельные страны (точнее, отправлявшиеся до недавних пор) частенько неграмотны. Поэтому Баглю, одиннадцать лет назад занявши свой нынешний пост (и оказавшись еще и начальником над пограничной стражей) нашел великолепный выход. Любому новобранцу в первый же день службы: если вышедший к пограничникам человек с другой стороны начертит — хоть прутиком на земле — три руны, Фиарр, Тер и Брадос, человека такого следует немедленно доставить к начальству, при необходимости накормив-напоив и удовлетворив иные
