– Пэйшенс, ты же обещала, что больше не будешь от меня убегать, – сказал Рэм, морщась, когда она вскрикнула от боли. – Только представь мое удивление, когда леди Дьюберри подошла ко мне и рассказала какую-то бредовую историю о том, что ты и есть та самая воровка, которую так долго и безуспешно разыскивают. И тут ты, моя дорогая невеста, словно в подтверждение этой истории, исчезаешь.
И хотя Пэйшенс ожидала и заслуживала его гнева, она не готова была услышать, что причинила ему боль.
– Леди Дьюберри и леди Перинот меня презирают. А мисс Ноттидж ходит за ними и поддакивает. Я знала, что они тут же побегут к тебе, чтобы рассказать о…
– Черт возьми, Пэйшенс, а почему ты сама ко мне не прибежала?
Он снова подошел к столику для умывания. Она слушала, как с мелодичным звуком капает в кувшин вода.
– Если бы ты подошла ко мне и все рассказала, то не попала бы в ловушку, которую расставил Феникс.
Одной мысли о том, какому риску подверглась Пэйшенс, было достаточно, чтобы снова разжечь в нем гнев.
– Я так испугалась, когда, проснувшись, обнаружила у себя на постели эти украшения! Я бросилась в дальнюю комнату, чтобы подать тебе знак из окна, но наткнулась на леди Дьюберри с подругами… – Пэйшенс напрочь забыла об оправданиях, когда до нее наконец дошел смысл его слов. – Ловушка? Что ты имеешь в виду?
– Я говорю о твоей хорошей подруге, мисс МакНил. Если помнишь, ты представила нас друг другу в доме у лорда Паунинга, – с иронией сказал Рэмскар. Однако, несмотря на резкий тон, его прикосновения к ее ссадинам и синякам были такими же нежными. – Скримм гордится тем, что знает всех слуг в лицо. Когда он заметил, что незнакомая служанка украдкой проскользнула в одну из комнат, это его насторожило. И при помощи лакеев он задержал девушку, чтобы я смог допросить ее.
Пэйшенс закрыла глаза, не желая встречаться взглядом с Рэмскаром.
Помнится, Феникс говорил, что они с Дейдрой на протяжении всего сезона под видом слуг или гостей проникали в богатые дома. План Феникса, как всегда, был безупречен. Он подослал Дейдру в особняк Ноуденов. Когда Пэйшенс ушла в свою комнату, чтобы вздремнуть, Дейдра тут же воспользовалась подвернувшейся возможностью. Пока Пэйшенс спала, она положила украденные драгоценности на кровать и накрыла их одеялом. Как и предполагали эти двое, Пэйшенс при виде украшений запаниковала. Кто знает, может, Дейдра наблюдала за ней с безопасного расстояния и злорадствовала? То, что Пэйшенс столкнулась с леди Дьюберри и ее заносчивыми спутницами, должно быть, показалось Дейдре волей провидения. Что, если не оно заставило Пэйшенс метаться по дому, а потом угодить в руки Джулиану Фениксу?
– Два года я жила с мыслью, что пусть и косвенно, но все же виновна в смерти Джулиана, – сказала она, смахивая со щеки предательскую слезу. – Это был несчастный случай…
– В ту ночь в гостинице ты тоже так сказала. К счастью, мисс МакНил посвятила меня в неприятные подробности, о которых ты не стала упоминать в своем рассказе. Я знаю, что Феникс хотел продать тебя и между вами завязалась ссора. Ты ткнула в него вилами и убежала, решив, что он мертв.
Пэйшенс ахнула, услышав слова Рэмскара.
– Я его не трогала! К твоему сведению, он сам упал на вилы, когда мы ссорились. – Она оборвала себя на полуслове. – А впрочем, какое это имеет значение? Все равно теперь я виновата в его смерти.
Пэйшенс не стала отрицать, что столкнула Феникса с балкона. Рэмскар и Эверод знали, что произошло на самом деле, и расценивали ее действия как отчаянную попытку спастись. Может, они и правы. Феникс скорее бросился бы вниз вместе с Пэйшенс, чем сдался властям.
Несколько минут Пэйшенс молчала, осмысливая слова Рэмскара. Он все знал. Больше между ними не было секретов. И понимание этого принесло ей облегчение.
Наконец она сказала:
– Что-то Дейдра чересчур разоткровенничалась.
– Мисс МакНил поддалась моим чарам, – сухо сказал Рэмскар и приложил полотенце к небольшой припухлости на нижней губе Пэйшенс.
Этот уход от ответа только подогрел ее любопытство. Дейдра была равнодушна к мужским чарам, разве только граф соблазнил ее деньгами. Интересно, к чему прибег Рэмскар, чтобы склонить Дейдру к сотрудничеству? Девушка сомневалась, что в молодой женщине заговорила совесть из-за того, что она послала Пэйшенс на верную смерть.
Вдруг ей в голову пришла новая мысль.
– Кстати, и где теперь моя бывшая подруга?
– Рассказывает судье, какая роль отводилась ей в планах Феникса, – ответил Рэмскар, не особенно беспокоясь о дальнейшей судьбе Дейдры.
Пэйшенс смущенно посмотрела на него.
– Ты злишься на меня за то, что я сбежала.
– Просто я мог бы избавить тебя от этих синяков, – сказал он, отбрасывая в сторону влажное полотенце.
Пэйшенс с грустью отметила, что ее нижняя губа заметно припухла.
Рэм приподнял ее голову за подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом.
– Дело обстоит не совсем так, как ты думаешь. Ты была уверена, что Джулиан Феникс умер от полученных ран. Даже если бы ты открыла мне подробности его смерти, ни ты, ни я не подумали бы, что за этими кражами может стоять человек, которого мы считали давно умершим. И мисс МакНил в любом случае подбросила бы украденные драгоценности.
Пэйшенс прижалась к графу, наслаждаясь теплом его тела. Его спокойная реакция на то, что она считала одним из самых больших проступков в своей жизни, была словно бальзам на ее израненную душу.
Рэмскар выждал немного, а потом добавил:
– Но меня задело, что ты мне не доверилась. Я бы забрал твои секреты с собой в могилу.
Пэйшенс вздохнула. Ненадолго же хватило его спокойствия!
– Сейчас я это понимаю. Но это только сейчас, а до этого было иначе. Ты должен знать кое-что обо мне, Рэмскар, – сказала она, беря его за руку. – Я так долго была одна, что…
– Не хочешь, чтобы тебя кто-то опекал. Мое стремление защищать и оберегать представляет собой угрозу твоей независимости, – с горечью подытожил он.
– Неправда! – Пэйшенс повернулась и с огромной нежностью обхватила ладонями лицо Рэма. – Напротив, я истосковалась по этому. Просто я не доверяла самой себе. Я боялась, что если привяжусь к тебе, а ты меня бросишь, то я больше не смогу справляться со всем сама.
Или не смогу жить без твоей любви…
Плечи Пэйшенс безвольно поникли, а глаза наполнились слезами при мысли, что ее страхи, если она не научится с ними справляться, могут его оттолкнуть.
– Брошу тебя? Да я жениться на тебе хочу, дурочка! – вскрикнул Рэмскар.
У Пэйшенс вдруг появилось странное желание рассмеяться. Как ни странно, но его крик подействовал на нее успокаивающе.
