Благо
Ричард, не обращал на них внимания, зная истинную причину возмуще-ний наглой миссис Литл.
Сплетни сплетнями, но в каждой сплетни есть доля правды. Лейтенант
Аркетт настойчиво искал встреч со мной после ужина. Он, словно призрак, появлялся из ниоткуда, стоило мне выйти на улицу. Присутствие рядом
Ричарда избавляло меня от навязчивого и неприятного общения с лейтенантом. К сожалению, мой «муж» редко сопровождал меня. После наших случайных встреч на глазах у жителей Ред-Ривер, я давала себе слово больше не выходить за двери дома без полковника. Но наступал новый день, за ним другой, третий и я забывала о лейтенанте Филиппе Аркетте.
Тем более что Ричард никак не напоминал мне о нём. Лишь однажды он спросил, стоит ли ему волноваться, ведь молодой офицер бестактен и напорист в отношении меня. Я, пожав плечами, ответила:
— Ричард, лейтенант Аркетт обречён на поражение.
— Тогда я спокоен, Лили, — поцеловал меня «муж». — Знаешь, я думал, если в форте у меня будет жена, то служба пройдёт относительно спокойно. Я не буду волочиться за дочками и жёнами подчинённых. Избегу сплетен и выяснений отношений.
— А в итоге, — перебита я его, улыбаясь, — получил головную боль и кучу проблем.
— И я счастлив, — он сильнее прижал меня к себе, — ты делаешь меня счастливым, хоть я и схожу сума от ревности. Ты самая красивая женщина в Ред-Ривер и моя. Ты принадлежишь только мне.
— Принадлежат вещи, Ричард, — отстраняясь от полковника, сказала я, — и рабы. Я не рабыня. Я свободна.
Он глубоко вздохнул, словно мои слова ранили его.
— Да, ты свободна, — подтвердил он, — и я жалею, что дал тебе свободу.
— Жалеешь?
— Я боюсь тебя потерять. И знаю, что не дай тебе свободу, я потерял бы тебя навсегда. А так у меня хотя бы теплится надежда, что ты пере-думаешь уходить.
Ричард был прав. Его подпись под освободительной бумагой заставила посмотреть на полковника другими глазами. Может, поэтому я осталась с ним. Он человек чести и если история об этом фарсе выйдет наружу, то его репутации конец. Как, впрочем, и моей. Мы стали оба заложниками собственной лжи. Пока в Ред-Ривер никто даже не подозревал, какую правду скрывали наши отношения. Я была в этом уверена до того злопо-лучного дня.
Как всегда по привычке я провожала уходящий день, стоя на стене и любуясь закатом. Весна не торопилась в этот суровый край. Снег ещё кое-где лежал сугробами. Правда, было уже чуть теплее, чем неделю назад. Я не ожидала, что увижу на стене ещё кого-то. Ричард уехал рано утром в гости к отставному солдату, прибывшему вместе с нами в прошлом году. Шаги за моей спиной заставили обернуться. Я знала, что это не мой «муж». Со стены открывался прекрасный обзор дороги и возвращающего-ся коменданта с экспортом я не видела.
По деревянным ступенькам поднимался мой надоедливый поклонник.
Сняв треуголку, он поздоровался.
— Вы так часто сюда приходите, миссис Монтгомери, — улыбаясь, говорил лейтенант. — Неужели вам так нравится встречать ночь на стене?
Отступив на шаг в сторону от напирающего ухажёра, я ответила:
— Я не ночь встречаю, а любуюсь закатом, лейтенант Аркетт.
Он поджал губы, будто мой ответ ему пришёл не по нраву. Филипп словно ожидал другой. Но, какой? Он, наверное, думал, что я скажу «ждала вас».
— Соглашусь. Закат, и вправду, красив, — придвигаясь ближе, подтвердил Филипп.
Я снова отступила, но уже не молчаливо.
— Лейтенант Аркетт, вы компрометируете меня своими действиями.
В Ред-Ривер и так слишком часто моё имя на слуху. Я прошу вас, будьте джентльменом и перестаньте преследовать меня.
Мои слова нисколько его не затронули. Поклонник сделал ещё один шаг ко мне. Сердце ёкнуло в груди. Уж больно его действия напоминали мне, моего брата. Тот тоже не признавал отказов. В голубых глазах Филиппа мелькнуло что-то хищное и я, впервые за всё моё пребывание в форте, пожалела, что пришла на стену одна.
— Я замужняя женщина и моя репутация мне важна. К тому же в Ред-Ривер есть и более достойные кандидатуры на ваше внимание, — говорила я, а по телу уже бежал холодок.
Лейтенант Аркетт громко засмеялся.
— Вы о Джорджиане? — спросил он, прежде чем сказать. — Увы, такие пустышки, как она, меня не привлекают.
— Вас привлекают замужние женщины? — я начинала нервничать, и голос предательски звенел.
— Вы не замужем, мисс Лилия Дарлингтон, — наклонившись, он прошептал мне на ухо.
Эти слова обожгли мой слух. Теперь я не холодела от страха. Я горела от ужаса и стыда. Откуда лейтенант Аркетт знает наш секрет? Кто он?
Мы никогда не встречались, но он знает меня и моё имя. Господи, если
Филипп расскажет обо мне ещё кому-нибудь, то я пропала. Из жены коменданта форта, я превращусь в шлюху. В куртизанку! Мне не будет оправдания. Никогда не будет волновать, что я продавала себя не за звонкую монету, а за надежду быть свободной.
Отступая, моя нога соскользнула с края стены. Я бы упала, но рука лейтенанта схватила меня и резко вернула на стену. Мы стояли так близко, что его дыхание шумело в моих ушах. Филипп прижал к себе и коснулся моих губ своими. Это быстро привело меня в чувства. Упёршись одной рукой в грудь мужчины, другой я ударила его по лицу. От неожиданности лейтенант Аркетт разжал свои руки, и я вырвалась.
— Как вы смеете! Да кто вы такой! — возмущалась я уже не от страха, а от гнева.
Он потёр покрасневшую щёку, поджимая губы от злости.
— У меня больше прав на вас мисс Лилия, чем у полковника. Вы не его жена, вы моя невеста, — прошипел долгожданный, но уже забытый жених.
Будь я такой впечатлительной, как моя сестра, то упала бы в обморок от неожиданной новости. Но, я испытала только удивление, хоть не была готова к такому повороту событий в моей жизни. Я не ожидала, что мой наречённый найдёт меня в этих диких землях. В голове молнией пронес-лось: «ложь».
Лейтенант Аркетт мне резко стал противен. Если до этого момента, я относилась к нему с равнодушием, то после его признания мне хотелось бежать от него. Я ещё раз окинула взглядом с ног до головы жениха.
Неужели этого человека отец считал достойным мужем для своей дочери?
Папа перед смертью говорил, что доверяет своему другу и собирался от-писать всё своё имущество в качестве моего приданого, чтобы он распо-ряжался им. А кого я видела перед собой? Филипп Аркетт больше напоминал мне брата, чем моего жениха. Этот образ далёк от того
