В воображении Антуанетты сразу же возникла сцена: Сесили в руках сластолюбивого Эпплби. Но она решительно отогнала ее прочь. Сейчас не хватало только истерики. Необходимо было безотлагательно и продуманно действовать, а не впадать в прострацию как изнеженная леди.
– У меня на руках ваше письмо, – сказала она, – но я еще не использовала его. За мной постоянно следили, а потом лорд Эпплби отправил меня в Девон, где за мной также присматривали. Я только сейчас сбежала оттуда.
– Сбежали? – удивилась мисс Брайдуэлл. – О, мои страхи совсем не безосновательны. Судя по всему, он намерен поступить с вами точно так же как…
Их взгляды встретились.
– Да, думаю, вы правы, – согласилась Антуанетта.
– Как это ужасно! – Мисс Брайдуэлл вздрогнула. – Какой он страшный человек.
– Брайди, я только искупаюсь и переоденусь и сразу отправлюсь в Лондон. Сесили наверняка в доме Эпплби в Мейфэре, и если мне капельку повезет, то лорд Эпплби задержится в Девоне или по пути назад в Лондон.
– Лорд Эпплби тоже был в Девоне? – Мисс Брайду-элл опять удивилась. – Мисс Антуанетта, пожалуйста, шепните мне по секрету: вы не потеряли то драгоценное сокровище, которое должна отдать леди своему любимому мужу, а… не этому негодяю?
Антуанетте очень хотелось рассмеяться, но она вовремя сдержалась:
– Нет, Брайди. Эпплби не соблазнил меня. Вернее, он испортил мою репутацию, но мое тело от него не пострадало.
Мисс Брайдуэлл облегчено вздохнула и решительно заметила:
– Репутацию можно поправить, но девическая честь – это такое сокровище, которое, раз потеряв, больше не обретешь заново.
Антуанетта промолчала. Слишком уж оптимистичным показался ей взгляд преданной гувернантки на утраченную репутацию. А что касается ее чести, то тайну того, как она потеряна, она сохранит вплоть до своей смерти.
– Первым делом по приезде в Лондон я зайду в особняк в Мейфэре и попытаюсь встретиться с Сесили, – объяснила она. – После того как спрячу сестру в надежном месте, я воспользуюсь адресом, указанным в письме, и… Ну, вы понимаете, Брайди, что я сделаю потом. Как только всем станет известно, что за человек лорд Эпплби, все от него отшатнутся. Свет подвергнет его остракизму. Тогда он погибнет. Закон, наконец, обратит свой равнодушный взгляд на его делишки, и, конечно, Эпплби будет осужден и наказан.
Мисс Брайдуэлл облегченно вздохнула:
– Звучит весьма успокаивающе, мисс Антуанетта. Я так рада, что вы приехали. Без вас я бы совершенно не знала, что делать.
– Не беда, Брайди, все будет хорошо. Я уверена. Мы избавимся от лорда Эпплби раз и навсегда.
– А затем мы опять заживем как раньше.
Антуанетта сама так думала, однако вопреки всему эти мысли, выраженные мисс Брайдуэлл вслух, не доставили ей радости. Внутри у нее образовалась какая-то пустота, которая требовала заполнения. Вероятно, она слишком изменилась за последнее время, и ей трудно было представить, что пройдет время, и ее жизнь опять войдет в прежнюю колею.
Мисс Брайдуэлл с тревогой взирала на ее лицо.
– С вами все в порядке, мисс Антуанетта? Думаю, вам стоит остаться дома до завтра и только утром ехать в Лондон. Несколько часов отсрочки не имеют большого значения.
– Нет, Брайди, я должна ехать немедленно. Скорее всего, лорд Эпплби вернется в Лондон завтра утром, и мне надо обогнать его; Нельзя терять ни минуты. Со мной все будет хорошо. До тех пор пока я опять не отправлюсь в плавание по морю.
Мисс Брайдуэлл недоуменно заморгала:
– Плавание? Ради чего вы отправились в плавание? Вы мне не говорили ничего подобного.
Антуанетта нагнулась и слегка похлопала гувернантку по руке, как бы давая знак, что не стоит расспрашивать дальше.
– По возвращении я все объясню. Когда Сесили будет в безопасности, когда жизнь опять станет полной спокойствия и привычного комфорта, я уверена, тогда мы все посмеемся над нашими злоключениями и невзгодами.
Мисс Брайдуэлл через силу улыбнулась:
– Надеюсь, мисс Антуанетта. Очень надеюсь.
Когда Антуанетта добралась до Лондона, она едва не валилась от усталости с ног, но для отдыха у нее не было времени, впереди ее ждало много дел. Пыхтящий паровоз въехал на станцию Ватерлоо, откуда она сразу, взяв кеб, поехала в Мейфэр.
Ее подгоняло искушение опередить Эпплби. Ей очень хотелось сразу войти в дом, но она опасалась угодить в ловушку – это было бы катастрофой. Антуанетта решила сначала походить вокруг площади и понаблюдать за домом. Если ей повезет, она подстережет Сесили выходящей или входящей в дом Эпплби.
Кебмен не стал противиться, особенно после того как ему предложили удвоенную плату. Итак, Антуанетта сидела, ждала и наблюдала. Прошло около часа, прежде чем она увидела экипаж, подъехавший к парадному входу, и выглядывавшую из окна белокурую головку сестры в одной из своих новеньких модных шляпок.
Сесили вышла, воплощенная прелесть; при взгляде на нее сердце Антуанетты заныло от боли, как только она представила, что красота ее сестры может быть погублена человеческой подлостью.
Она поспешно вышла из кеба и уже устремилась было навстречу сестре, как вдруг еще один человек вышел из экипажа следом за Сесили. Антуанетта сразу узнала его. Прекрасно сшитый сюртук, блестящий цилиндр, трость, которую он носил ради большей важности, и легкая усмешка, играющая на его губах, как бы в ответ на болтовню Сесили. Лорд Эпплби уже вернулся, и ее надежда похитить сестру из его дома разлетелась как дым.
Она тут же развернулась и торопливо повернула обратно к кебу, но тут ее ноги подкосились, и, чтобы не упасть, она прислонилась к ограде особняка. Закрыв глаза, она ждала, когда у нее пройдет внезапное головокружение.
Ее сестра оказалась пленницей в логове чудовища, словно героиня одной из сказок, которые Антуанетта читала в детстве. Она понимала, что не в силах вызволить сестру сейчас, слишком уж велика была опасность самой оказаться в плену у чудовища. Нет, она не имела права рисковать. Попади она опять в лапы Эпплби, кто тогда выведет его на чистую воду?!
Она хоть и боялась за судьбу Сесили, но обязана была срочно взяться задело, которое и привело ее в Лондон.
Антуанетта попросила кебмена доставить ее по адресу, указанному в письме мисс Брайдуэлл.
Разговаривая с кебменом, Антуанетта заметила, что стала объектом нездорового любопытства со стороны прохожих и расположившегося неподалеку чистильщика обуви. Один из проходивших мимо нее джентльменов неодобрительно проворчал:
– Напиваться в такое время дня!
Антуанетта поспешно зашла в кеб.
Откинувшись на спинку сиденья, она пыталась собраться с силами для предстоящей борьбы. Наверное, стоило освежить в памяти кое-какие подробности, указанные в письме. Сунув руку под одежду, она вынула письмо: вид у него был плачевный – оно было помято и местами попорчено водой, но для нее было ценнее, чем платье, целиком вышитое золотом.
